Страница 21 из 46
Но тут Эрих приобнял за талию, наклонился ближе, шагая рядом, и предостерегающе шепнул:
– Ева, не здесь, держи себя в руках! Надо найти укромное местечко…
Она настолько ушла в свои мысли, что даже не сразу поняла, о чём он – покосилась на себя и осознала, что начинает светиться. Самое странное, что в этот раз погасить сияние Еве не удавалось.
После инструктажа Шона Чернова уже научилась довольно легко входить в состояние «я – фея», я так же легко из него выходить. Но сейчас, наверное, из-за этого раздражения вернуться в нормальное «человеческое» состояние у неё так просто не получилось.
А, может быть, наоборот, эта ярость – следствие её перехода в пограничное состояние. Ева уже хорошо понимала, что тот зверёныш, которого она таила внутри себя, существо по сути своей довольно дикое, вспыльчивое и агрессивное. Вечно чудит: то головы монстрам отрывает, то энергетическим фаерболом запустить в кого-то хочет, то с Эриха кожу содрать пытается (ну, или хотя бы одежду). Как говорится, глаз да глаз за этой фейри нужен. И то, что выскакивает иногда без приглашения, это тоже не очень-то удобно.
– На крышу! – неожиданно остановилась Ева.
– Что? – внимательно оглядел её Эрих.
– Надо на крышу, – пожала плечами Вита, она и сама не знала, откуда эта уверенность. – Найди, как туда подняться!
Она отметила, ещё когда была внизу, что верх здания не покатый, а прямой, плоский, как вертолётная площадка. Конечно, в качестве мини-аэродрома её никто использовать не будет – не та высота, но выйти туда наверняка можно.
Эрих как раз потащил её в сторону, заприметив дверь с характерной табличкой – пожарный выход. Они оказались на какой-то запасной лестнице и быстро, перешагивая через ступеньку, поднялись на самый верх. На последнем этаже обнаружился люк в потолке, и железная лестница, вмурованная в стену.
Разумеется, люк оказался заперт на увесистый амбарный замок.
Но Ева, даже расстроиться не успела, как Эрих голыми руками свернул это чудо-устройство и откинул крышку люка. Получилось немного шумно, но никто не прибежал смотреть, что там происходит. Эрих поднялся наверх, через минуту свесился вниз:
– Поднимайся! Тут хороший вид, – усмехнулся он.
46
На крыше гулял ветер. Он приносил с собой ощущение простора и свободы.
Свежо. Даже холодно. Ветер пробирался под куртку, мурашками по коже.
Пусто. Тихо. Шум машин где-то вдалеке.
Ева огляделась. Ничего интересного и нужного. Зачем она сюда пришла?
Эрих стоял в стороне, приглядывал за ней, но не вмешивался.
Лишь одну фразу сказал, заметив сейчас её растерянность:
– Попробуй в режиме «фейри»!
А ведь он прав. Это её скрытую сущность так манило наверх, так, может быть, пора ей предоставить возможность действовать. Несколько глубоких вдохов, и вот уже кожа засветилась привычно.
И знакомое – хищное, необузданное – поднялось из глубины.
Но только не помогло. Крыша как крыша. Здание, в котором работают люди. Сейчас Ева улавливала их энергию, чувствовала немного хаотичное движение внутри этих кабинетов.
Но ей нужно было иное. След, знак, прощальный подарок из прошлого…
Но ничего такого она нащупать не могла.
Ева выдохнула шумно, раздражённо и запрокинула голову. Небо хмурое, солнце тусклое. И всё-таки оттого, что небо ближе, здесь на крыше даже дышать легче. Оно как будто обволакивало своей мягкой серой пеленой, засасывало в глубину, шептало настойчиво: «Взлетай!».
А ещё через миг ей показалось, что она действительно стала невесомой и взлетела, как случалось в счастливых детских снах, когда не думаешь, как это – просто веришь, отрываешься от земли и летишь.
Туманная мгла обступила со всех сторон, будто Ева нырнула в облака. И под ногами такая же мягкая упругая «облачная» перина, а где-то впереди, в тумане, свет, и её, как магнитом, тянет туда. Она знает, что должна пойти туда, обязательно пойти и дойти…
Тогда её ждёт встреча. Она найдёт то, что так жаждет найти.
Запределье... Ну, конечно, она же в Запределье!
Где ещё искать фейри? В Тонком мире, разумеется.
И путь к нему нужно искать здесь, в мире волшебных существ и странных явлений, а не пытаться выяснить его фамилию и адрес в Милане.
Ева вдруг почувствовала кого-то за спиной. Решила, что это Эрих её догнал. Но в тишине раздался незнакомый тихий голос.
– Не ищи меня!
Она замерла, не решаясь обернуться.
– Ищи, Ева, но не меня! Найди того, кто всё исправит!
Она всё-таки обернулась. Смотрела изумлённо, не верила своим глазам.
Высокий, худощавый, тёмные волосы – небрежное каре до подбородка, красивое лицо, так похожее на её собственное – но черты такие необычные…
Да всё в нём необычное! И эта сияющая аура – словно ангел, сошедший с иконы, или эльф, из киношной сказки.
– Папа… – зачарованно шепнула она.
И руки его легли ласково на её плечи, склонился, губами коснулся лба, точно благословляя.
Отстранившись, смотрел долго, будто сходство искал или запечатлеть в памяти хотел её лицо.
– Гордость моя! – грустная улыбка коснулась губ, рукой дотронулся до её щеки. – Я верю, ты сможешь! Всё сможешь! И однажды я обниму тебя по-настоящему.
А Ева, глотая ком слёз, застрявших в горле, едва ли понимала, что вообще происходит, о чём он твердит.
– А сейчас? Не по-настоящему? Я же тебя чувствую!
Он покачал головой, снова улыбнулся грустно.
– Считай, что это сон, чудесный сон, – он снова обнял, но теперь прижал к себе крепко. – Девочка моя!
– Папа, как мне тебя найти? – всхлипнула она, обхватывая его руками.
– Не найдешь! Невозможно. Я этому миру не принадлежу, – казалось, он пытается уместить в пару слов то, что можно рассказывать часами. – Меня вышвырнули за пределы мироздания. Слишком мешал. Шон уже всё разузнал, скоро расскажет. А у нас сейчас нет времени на воспоминания. Ты должна всё исправить, Ева – отыскать Создателя! Только он сможет остановить то, что происходит. И… он сможет меня вернуть.
– Папа, но как? – ужаснулась Ева. – Я же не знаю ничего!
– Тебе знать не нужно. Тебя сердце ведёт. В тебе три великие силы сошлись: дух – от фейри, душа – от смертной, любовь – от Творца. Иди на зов Создателя, зов своей души – она тебя приведёт! Как сейчас ты пришла ко мне, так придёшь и к нему – ведь Он – отец всего сущего. Отыщи истинного Отца! Ты найдёшь! Ты только в это поверь! Твоя вера способна изменить весь порядок мироздания. И будь осторожна, моя девочка, ты тоже будешь мешать, они будут пытаться тебя остановить, сбить с пути, лишить опоры под ногами! Что есть твоя опора? Что тебя держит, что помогает, что не даёт сдаться?
– Не что, а кто… – тревожно нахмурилась Ева.
– Вот туда и ударят, моя девочка! Бьют всегда туда, где больнее, – он провёл сияющей ладонью по её волосам. – Ты помни, что мне сейчас сказала, что он – твоя сила! Не отрекайся от своей любови! Как я не отрёкся… Знаю, Наташа меня проклинала и ненавидела. Но я не предавал вас, я любил. И люблю. И верю, что ещё увижу однажды, обязательно увижу…
– Папа, подожди! – вскрикнула она, потому что он внезапно отступил на шаг, и туман тотчас окутал его фигуру густым облаком, и угасло сияние.
– Сердце знает всё, моя девочка… Ты увидишь путь!
– Папа!
Она метнулась за ним следом и вдруг ощутила сильные руки, сжавшие её тело.
Тусклый свет солнца больно ударил по глазам. Ветер леденил мокрые от слёз щеки. Она удивлённо огляделась и вздрогнула – стоит почти на краю здания, а высота-то приличная.
– Терпеть не могу твои прогулки по крышам и балконам, – нежно проворчал Эрих, приподнял над полом и оттащил подальше, не выпуская из рук.
– Эрих, я его видела… Папу видела… – и, уткнувшись в холодную куртку, разревелась по-настоящему, в голос.
– Вот и славно, душа моя, вот и славно, – приговаривал Эрих, поглаживая по спине. – А теперь давай-ка домой вернёмся! Слишком много слёз за эти два дня для тебя одной… Отдохнуть тебе надо. А дома и стены лечат…