Страница 7 из 77
От его ледяной ухмылки у неё вдруг как-то нехорошо похолодело внутри…
– Десять? – с надеждой добавила Ева.
– Десять… – кивнул блондин. Выдержал театральную паузу. – Только не лет. Веков. Я – человек без возраста и без имени. Не помню, когда родился. И своего настоящего имени я не знаю. Эрихом меня прозвали, когда я служил у Роллона (ещё до того, как тот стал герцогом Нормандии), хотя, на самом деле, его звали Рольфом. Кажется, это где-то в году девятисотом… Столько всего было… Память иногда подводит.
– Обалдеть! – Ева залпом опрокинула в себя остатки кофе. – Ты… как Горец, что ли? Или как вампир… Неубиваемый.
– Не знаю. Не проверял. Стареть – не старею.
– А почему?
На время она забыла о своей неприязни. Шутка ли – человек, который прожил больше тысячи лет… Сколько же он видел! Сколько ответов на загадки истории ему известно.
– Думаю, это следствие проклятия, – невозмутимо пояснил тысячелетний директор охранного агентства. – Обидел одну ведьму…
– Ничего себе! Прикольное проклятие, – вытаращила глаза Ева. – А за что она тебя так?
– А это, милое дитя, тебя совершенно не касается! – остудил её пыл Эрих. – Давай-ка, звони домой, скажи, что остаёшься у подруги! При клубе номера имеются. Останемся ночевать здесь, а утром поедем к тебе на работу – увольняться.
– Ага, сейчас! Размечтался! – фыркнула сердито Ева. – Я с тобой спать не собираюсь! Уясни это!
– Я с тобой тоже, – вздохнул бывший викинг. – Разницу между «спать» и «ночевать» ты уловить способна? Что за озабоченность? Хватит из меня маньяка делать!
– Я всегда ночую дома. Не люблю в гостях оставаться… Мама в такое просто не поверит, – уже куда спокойнее, но твёрдо возразила Ева.
– Ах, да… – покривился блондин. – У тебя же и подруг нет. У кого тебе оставаться…
– Ну, знаешь… А ты – свинота! Начинаю понимать, как ты на проклятие нарвался. И, кажется, за прошедшую тысячу лет манерам ты так и не научился. Я домой хочу! С тобой я не останусь. Без разницы – спать или ночевать.
– Хорошо, – Эрих поднялся из-за стола. – Тогда так… Я сейчас тебя отвезу домой, с доставкой до двери. Не вздумай куда-нибудь выходить или открывать двери незваным поздним гостям.
Блондин подхватил со стола солонку.
– На пороге своей комнаты и на подоконнике – насыпь дорожку из соли! Ничего смешного. Делай, как я тебе говорю! Утром приеду – на работу отвезу. Без меня из дома ни шагу! Ясно?
– Ладно, ладно! – примирительно вскинула руки Ева. – Идём?
Он кивнул и направился на выход.
Ева поспешила нагнать своего спутника, уже у порога окликнула:
– Эрих!
Тот оглянулся.
– Спасибо!
Блондин ухмыльнулся и приглашающе открыл дверь.
***
Вот это было шоу! За тот цирк, который Эрих устроил у неё на работе на следующее утро, Ева была готова ему простить почти всё: и его арийскую надменность, и отвратительный приказной тон, и даже это глупое обращение – «милое дитя».
Да что уж там – она в него почти влюбилась в то утро! За одно лицо начальницы, которое она теперь до конца жизни не забудет, уже можно было расцеловать этого хладнокровного «альбиноса».
Сначала, правда, было ещё и представление дома. И вот оно совсем не порадовало. Ведь пришлось врать маме. И хоть плёл всю эту околесицу опять же Эрих, а она лишь кивала и поддакивала, всё равно осадочек остался.
Эрих, как и обещал, нарисовался с утра пораньше, чем всерьез озадачил Наталью Сергеевну.
Ещё бы: мужчина в их доме, да ещё в такой час, да ещё такой солидный, да ещё и заехал специально за Евой... Мама явно заподозрила что-то неладное. Но блондин был эталоном вежливости и галантности.
– Доброе утро, Наталья Сергеевна! Эдуард Германович, коллега Евы. Приятно, наконец, познакомиться!
– Взаимно, молодой человек! А... мы не встречались прежде? Кажется, я где-то вас видела...
– Очень может быть, – невозмутимо улыбнулся мужчина. – Я на днях подвозил Еву домой. Может быть, вы в окно меня...
– Нет, нет, – Наталья Сергеевна покачала головой. – Я бы такое запомнила. Так вы... работаете вместе?
Взгляд у мамы был настолько подозрительным, что Эрих смущенно признался:
– Нет, не совсем. Мы действительно коллеги, но будущие. Я так понимаю, Ева Витальевна до сих пор скромно молчит. Я сейчас всё объясню. Дело в том, что компания, в которой я работаю уже много лет директором по персоналу, предлагает сотрудничество вашей дочери. Такие выдающиеся специалисты, как Ева Витальевна, заслуживают лучшего места и более достойной зарплаты. Вы ведь со мной согласны, Наталья Сергеевна? Тем более такая перспектива... работа в Штатах. Согласитесь, не каждый день предлагают работу в солидной компании в Америке. Разумеется, моё руководство со всеми документами взялось помочь. Сами понимаете, время не ждет, а с нашей бюрократией...
– Постойте, постойте! – Наталья Сергеевна попятилась и уселась на краешек полки для обуви. – Ничего не понимаю! Какая Америка? О чем речь? Ева, почему я ничего не знаю?
– Мама, я... сглазить боялась, – тяжело вздохнула она. – Вот и не говорила, пока всё точно не решилось.
– Всё решилось? – ахнула мать. – То есть... И когда? Когда ехать?
– Так вот... сегодня, – спокойно продолжил Эрих, вновь перехватывая инициативу. – Сейчас поедем договариваться, чтобы приказ об увольнении срочно сделали. Потом вернёмся за вещами. Билеты до Москвы я уже заказал. Самолет вечером в семь.
– То есть? Сегодня? Улетать уже сегодня?
Ева испугалась, что маме сейчас плохо станет.
– У нас на завтра собеседование в посольстве назначено, – виновато пояснил блондин. – Пропускать нельзя, а то потом вообще визу не получишь. Сейчас с этим и так туго. Сами понимаете, политическая обстановка...
– Мама, ты не волнуйся! Всё будет хорошо! – не поднимая тёмных глаз, заверила Ева.
– Разумеется! Всё будет великолепно. Наталья Сергеевна, вы же взрослая умная женщина, вы должны понимать, как повезло вашей дочери! Правда? Вы согласны со мной?
– Да, да... Но...
– Наталья Сергеевна, повода для волнения совсем нет. Вы сейчас лучше на работу позвоните, отпроситесь! Надо ведь дочь проводить. Соберите чемодан, пока мы формальности утрясаем, хорошо? Ева Витальевна, нам пора! Вы готовы?
– Сейчас, – поспешно кивнула она, исчезая в своей комнате. – Сумку только возьму.
Эрих продолжал вещать что-то убедительно и спокойно, и когда Ева вернулась в коридор, мама уже не выглядела такой расстроенной и обескураженной. Возможно, она поверила его уговорам, или чёртов блондин опять применил трюк с гипнозом.
– Мы скоро... – с улыбкой пообещал Эрих.
– Жду! – вздохнула мама.
– Бабушке скажи сама, пожалуйста… – Ева коротко поцеловала её в щеку и выскользнула в подъезд следом за высоким блондином.
***
Ева хотела сесть на заднее сидение, но Эрих уже предупредительно распахнул переднюю дверь. И она торопливо нырнула в салон, едва не споткнувшись под пристальным взглядом торчащей в окне соседки тёти Вали, которой отчего-то не спалось в такую рань.
В машине пахло розами.
Ева удивленно обернулась в поисках источника неземного аромата и узрела огромный букет – штук пятнадцать безупречных алых бутонов.
– Нравится? – Эрих откинулся на спинку кресла, завёл машину.
– Да... Но... – Ева смущенно опустила глаза в пол. – Зачем? Не стоило!
– Твоей начальнице, – равнодушно продолжил блондин. – Этой стерве цветы уже лет десять никто не дарил. Так что должно сработать. Отпустит тебя на все четыре стороны без всякой нервотрёпки.
– А-а-а... – разочарованно кивнула Ева.
И глубоко задумалась, почему её так задело, что букет предназначался не ей.
– Скажешь, что я твой жених, и у нас в пятницу свадьба. Поняла?
Ева угрюмо кивнула.
– В Америке?
– А почему бы и не в Америке? – задорно усмехнулся Эрих, посмотрел на её кислую мину и покачал головой. – Нет, говорить буду я. А ты лучше молчи и смотри влюблёнными глазами!