Страница 34 из 65
Через час во двор заехала незнакомая машина. Из окна я разглядел за рулем коллегу-любовника и Диану на пассажирском сиденье. Я хотел объясниться с Дианой, потому вышел к ним навстречу. Я открыл ей дверь автомобиля, но она отказалась от моей помощи и лишь бросила на меня злой взгляд, чем быстро охладила мое стремление. Такой же недовольный взгляд меня ожидал и от рассерженного качка, который так и кричал, что мое проживание здесь стало для него неприятным сюрпризом. Но разговор «по-мужски» он со мной все же заводить не стал.
Обойдя машину, парень помог Диане выбраться и попытался взять ее на руки, желая донести до дома. Упрямица разозлилась еще больше и наотрез отказалась от какой-либо помощи.
— Диана, я могу что-нибудь для тебя сделать? — виновато спросил я.
— Можешь! — резко ответила девушка, уверенно вытягиваясь струной. — Но не станешь! Так что даже не старайся быть дружелюбным. Я тебе до этого не доверяла, а уж сейчас тем более!
— Прости, что из-за меня ты пострадала, — согласился я вслух.
Язык не повернулся рассказать, что ею заинтересовался неадекватный Игорь, что он по собственному желанию устроил соревнования по ухаживанию и хочет заполучить ее в качестве трофея. Для этого ее пришлось бы посвятить в мою собственную предысторию, а это уйма откровенных признаний.
— Сделай одолжение, — ответила она, — не показывайся мне на глаза. Давай разговаривать только по очень острой необходимости. Хотя не так… — Проходя мимо, девушка остановилась напротив и добавила: — Это не просьба!
Они вошли в дом, а я так и остался стоять на улице, размышляя над ужасной ночкой и тем, что делать дальше.
Может, мне и правда стоит все оставить и уехать? Пускай успокоится. Да и я пойму, как лучше поступить в будущем. Только вот идея отъезда меня совсем не радовала. Ни одна часть меня не желала возвращаться в Москву. Я просто не мог. Что-то внутри разрывалось от беспокойства и не позволяло собрать вещи. Что-то держало сильней земного притяжения.
Я зашел в дом и услышал тихие голоса. Бросив беглый взгляд в сторону парочки, увидел, как крепыш обнимает Диану и нежно целует в губы. Не желая наблюдать за романтической идиллией, я отвернулся от этой картины и отправился наверх.
Как же все странно и непонятно! Похоронила одного любимого, целуется с другим, а еще двое за нее глотку готовы перегрызть друг другу. Точно рыжая бестия нарасхват.
Глава 17. Диана
Как же меня достали все мужчины! Что за наказание такое? Куда делась та жизнь, когда никто не обращал на меня, невзрачную девчонку, внимания? Скажи мне кто-нибудь еще пару месяцев назад, что со мной такое произойдет, я рассмеялась бы шутнику в лицо. Я рыжая лиса, с которой мальчишки в детстве даже за одной партой сидеть не хотели. Сторонились, дразнили и издевались. А сейчас табун какой-то образовался!
Сначала долбаный высокомерный Игорь пригласил скакануть к нему в постель, будто это норма. Какой-то дубина попытался вытащить меня из дома в прямом смысле этого слова за волосы. Ян заявил, что я спала с Виктором. Нуну устроил мне сцену ревности, когда узнал, что я живу в одном доме с молодым парнем.
Я устала! Я морально истощена и просто хочу спать! Пускай заберут обратно все ненужное мне внимание. Я его не просила!
Просидев в скорой помощи целый час, я дождалась, чтобы меня осмотрели и обработали раны, как положено. Официальной версией стало: я поскользнулась в темноте. Доктор хвалил человека, предоставившего мне первую помощь, и краем глаза поглядывал на меня. Он пытался понять, как так вышло, что у меня не только порезаны ноги, но еще и разбита губа. Признаваться, что на меня напали в собственном доме, было бесполезно. Это бы не принесло ничего, кроме головной боли. Судя по всему, Ян действительно знал нападавшего, ну или его босса. Видела я их злые переглядывания с Игорем. Неужели они чего-то не поделили, а мне это расхлебывай?! Если это окажется он, то я собственными руками задушу его при первой же встрече! Или возьму секатор и отрежу ему что-нибудь лишнее.
Слова, сказанные Яном о моих отношениях с Виктором, даже вспоминать не хотелось. Я и предположить не могла, что кто-то мог подумать, будто у нас Виктором был роман. Он мне в отцы годился.
— Противный, наглый тип, этот Ян! Только ему такое могло взбрести в голову! Ну ничего, я ему это еще припомню! — прыснула я себе под нос, позабыв про компанию Нуну.
Ему я тоже сказала, что ударилась об дверь, потом поскользнулась в темноте. Он настоял отвезти меня в больницу, а потом отказался оставлять одну. Пришлось объясниться, что Ян живет в доме со мной только из-за завещания и между нами ничего нет. Но когда он начал высказывать свое недовольство, я быстро потеряла терпение и поставила его на место:
— Я не обязана отчитываться перед тобой. Прекрати говорить со мной как ревнивец. Я говорю правду.
На обратном пути в машине повисла тишина. Она давила на уши, но терпеть ее было приятней очередных разбирательств.
Я не сожалела о том, что так грубо выразилась, и думала, что мы с ним друг друга поняли. Но, как оказалось, неверно. Когда мы приехали домой, Нуну прижал меня к себе своей сильной хваткой и поцеловал в губы. Мне захотелось расплакаться и забиться в истерике. Я со стоном отстранилась, когда почувствовала его настырный язык, пытающийся пробраться мне в рот. Вдобавок разбитая губа снова начала кровоточить.
— Прости, я забылся, — прошептал он с беззаботной улыбкой, заметив, что я держусь за губу.
Он попытался провести по моему лицу ладонью, но я резко отступила на шаг и не дала ему возможности прикоснуться ко мне снова. Мысленно начала считать до десяти, борясь с желанием залепить ему пощечину. Не дом, а бойцовский клуб какой-то.
— Ты действительно забылся, Нуну. Это что такое было? — Закрыв глаза, я пыталась сдержаться, чтобы не закричать.
— Диана, ты мне нравишься, и ты так любишь моего сына… Давай жить вместе?
— Чего? — выдохнула я.
У меня крышу сорвало от такого предложения. Он даже не сомневался в правильности этой задумки. Просто стоял, смотрел на меня, улыбался, как гордый ребенок, получивший медаль на олимпиаде.
— Ну все, сам напросился!
Если с Яном я еще старалась показаться вежливой, то сейчас мой стакан терпения переполнился! Нуну попал мне под горячую руку. В другой день я бы не стала язвить так открыто. Но рано или поздно ему пришлось бы услышать, что я действительно об этом думаю.
— Нуну, ты чай с белладонной себе заваривал? Совсем обалдел?! Ты серьезно предлагаешь мне жить вместе? Пару лет назад я была влюблена в тебя, и ты знал это, но делал вид, что не замечаешь меня. А теперь что случилось? Почему именно сейчас ты обратил на меня внимание? Только не ври, что из-за сына!
В голове принеслась нехорошая мысль, будто тогда я была ему не интересна лишь потому, что была обычной эмигранткой-работницей. Но как только я стала владелицей хорошего бизнеса, интерес в его глазах заблестел новыми красками.
— Ты мне давно нравишься! Но из-за происходящего с Виктором я думал, что у тебя нет настроения для романа… — промямлил он неуверенно.
— А сейчас кажется, что настроение у меня появилось? Или ты заметил заинтересованность других и понял, что меня могут увести у тебя из-под носа?
По его взгляду стало понятно, что я попала в самую точку. Он виновато опустил глаза, пытаясь подобрать достойный ответ.
— Но… Диана, я…
— Никаких «но», Нуну! Я люблю твоего сына, это правда, но моя любовь не распространяется на тебя. Мне не хотелось, чтобы он рос с грустью. Ты знаешь, что испытывает ребенок, брошенный родным человеком? Словно он не нужен, будто какая-то помеха.
В памяти всплыл момент, когда после выписки из больницы дед поставил меня перед фактом, что я не могу жить с ним. Я до сих пор помню, как сквозь боль я бежала за его уезжающей машиной, не веря, что он вот так запросто оставит меня с незнакомой женщиной. Как упала на колени и долго плакала.