Страница 66 из 96
Слава Богу, что его заметили, и двое моряков рискнули добраться до него и оттащить в кубрик за несколько секунд до того, как «Лейчестер» окунул свой борт на десять футов в бушующее море.
Корабельный плотник был не так удачлив. Захваченный на открытой палубе волной, обрушившейся на судно, он был брошен на подветренную сторону с такой силой, что его тело размозжило о фальшборт, словно спелую тыкву. Несколько минут его обмякшее тело бросало взад-вперед между шпигатами, затем оно исчезло.
Теперь моряки «Лейчестера» ничего не могли сделать для спасения своего корабля. Уцелевшие люди сгрудились в салоне и в коридорах правого борта. Их окутывала темнота, при падении давления пара генераторы перестали работать. Палубные офицеры, собравшиеся на мостике, вполголоса обсуждали ситуацию. И все ждали…
В это время работали только в закутке радиорубки. Здесь четвертый офицер, которому помогал кадет Гардин, упорно пытался оживить аварийный радиопередатчик. Ни один из них не разбирался в радио, но это их не смущало. Вновь и вновь они перебирали в руках каждый проводок, проверяли, как заряжена батарея, настойчиво пытаясь послать сигнал SOS. Они не могли даже узнать, получен ли он. Поскольку вся воздушная проводка была либо смыта за борт, либо оторвана от изоляторов, надежды у них почти не было.
Тем не менее «Лейчестер» жил. Никто из моряков не знал, как и почему.
Тяжело поднимаясь на больших волнах, он скатывался с их гребней, тяжело падал к подошвам волн, принимал воду на палубу, и вода достигала центра люков, но потом как-то освобождался и снова медленно возвращался к жизни.
Сорок три человека знали, что смерть может прийти за ними в любой момент, и ожидали ее уже несколько часов.
К 4.00 волнение и ветер заметно утихли. По расчетам Лаусона, центр урагана должен был переместиться на 80 или 90 миль к северу. Капитан начинал верить, что корабль еще сможет дотянуть до прихода помощи. Он надеялся, что машина, если посчастливится, сможет даже вновь дать пар и остаться на плаву в успокоившемся море, где можно что-нибудь предпринять для снижения крена. Лаусон тут же поделился своими мыслями со вторым механиком, тот немедленно вызвался сходить в машинное отделение и посмотреть, что можно сделать.
Его путешествие оказалось бесполезным. Вернувшись через полчаса, второй механик, весь перемазанный мазутом, уныло доложил, что решетки пола машинного отделения на четыре фута залиты водой, а топки полностью затоплены. Без пара запустить помпы и выкачать воду невозможно. Без топок они не могли получить пар для работы помп.
Наконец рассвет, увидеть который надеялись не многие из экипажа «Лейчестера», забрезжил над черным взбаламученным морем. Змеиное Кольцо прошло, оставив на своем пути сумятицу огромных волн, разбивающихся на куски под изодранными флагами облаков, проносящихся в высоком небе.
По всем законам «Лейчестер» должен был погрузиться, и погрузиться на большую глубину, еще несколько часов назад. Но в это утро 15 сентября он все еще оставался на плаву.
Часть четвертая
Глава первая
«15 СЕНТЯБРЯ В 8.00 ПО СРЕДНЕАТЛАНТИЧЕСКОМУ ВРЕМЕНИ. ВСЕМ КОРАБЛЯМ В ЮГО-ЗАПАДНОЙ ПРИБРЕЖНОЙ ПОЛОСЕ И НА БОЛЬШОЙ БАНКЕ В АТЛАНТИЧЕСКОМ ОКЕАНЕ. УРАГАН С ЦЕНТРОМ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО 43°30′ СЕВЕРНОЙ ШИРОТЫ И 53°30′ ЗАПАДНОЙ ДОЛГОТЫ, ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ДВИЖЕНИЯ ЮГО-ВОСТОК, ПРОЙДЕТ В 100 МИЛЯХ ЮЖНЕЕ МЫСА РЕЙС, ИНТЕНСИВНОСТЬ БЫСТРО ПАДАЕТ ДО ШТОРМА С СИЛОЙ ВЕТРА 70 МИЛЬ В ЧАС. МАЛОТОННАЖНЫМ СУДАМ СЛЕДУЕТ ПРОДОЛЖАТЬ СОБЛЮДАТЬ ВСЕ МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ».
Время урагана VII уходило. Большой ветер нанес последний удар. Он прошел свой смертоносный путь в четыре тысячи миль по океану за десять дней. На одиннадцатые сутки своего неистовства он начал сдавать свои позиции. Там, где ревел ураган, остался только участок моря со штормовой погодой.
Утренние сводки передали сообщение ряду кораблей, зафрахтованных на рейсы в порты Северной Америки, что их путь блокирован из-за опасности встречи с приближающимся ураганом. Некоторые корабли, оказавшиеся ближе всего к его курсу, вынуждены были лечь в дрейф и ждать. Другие, находившиеся в открытом море, просто сбавили скорость. Кто-то изменил курс, чтобы пройти сзади урагана. В результате после всех этих маневров на глубоководной части, особенно в западной части любимого всеми курса «С», образовалось сущее столпотворение судов.
Капитан американского судна «Сесиль Н. Бин» типа «Либерти», направляющегося на Бермуды из лондонских доков, прекрасно понимал, что эта часть океана стала слишком оживленной. Как сообщил его радист, на рассвете 15 сентября на расстоянии около 50 миль от них находилось по крайней мере 37 судов, и это в таком месте, где туман в любой момент мог заставить всех играть в жмурки.
Обнадеженный благоприятной утренней сводкой погоды, он решил, что можно безопасно следовать дальше, а чтобы уйти от толчеи, он сошел с курса «С» и направился по собственному курсу, по дуге большого круга — прямо в Гамильтон на Бермудах.
Отклонение судна от обычного пути было продиктовано волей капитана, но движение урагана вынудило другие корабли уже жестко менять свой курс. Один из них, аргентинский пароход «Троперо», идущий из Буэнос-Айреса в Монреаль, отошел на три сотни миль к востоку от намеченного пути. К утру 15 сентября «Троперо» оказался в той части Северной Атлантики, где весьма редко появлялся дымок парохода.
Он был основательно загружен мороженым мясом, хотя его холодильники не отличались надежностью. Поэтому, как только он получил сообщение о движении урагана — значительно севернее его курса, капитан «Троперо», не теряя времени, лег на прямой курс ко входу в залив Святого Лаврентия.
Весть о том, что ураган удалился от морских путей, была с радостью получена капитанами многих кораблей, задержавшихся с отправкой из портов Новой Англии и Канады. Утром корабли в большом количестве устремились из главных портов побережья. Это напоминало отправление крупных конвоев военного времени.
В Норт-Сидни, достаточно небольшом порту, не было той суеты и толкотни, которая случалась там во время войны, но тем не менее один корабль все-таки готовился выйти в море. Это был «Фаундейшен Лиллиан», он уже на сутки опаздывал в Галифакс.
Еще до полудня 15 сентября движение судов на западных подходах к континенту достигло почти нормального ритма.
Глава вторая
Когда рассвет набрал силу, то, что увидели оставшиеся в живых члены команды «Лейчестера», являло собой полную безнадежность. Волны все еще достигали 20 футов в высоту — достаточно, чтобы поглотить любую лодку, которая бы попыталась спасти их. В любом случае, обе спасательные лодки с левого борта «Лейчестера» исчезли, а две спасательные лодки с правого борта спустить на воду не представлялось возможным. Корабль, который имел постоянный крен в 50 градусов, временами кренился еще больше — тогда волны разбивались о нижнюю часть грузовых мачт. Поэтому снять лодки с правого борта и спустить их на воду представлялось геркулесовой задачей.
Передвигаться по судну можно было только ползком. Горизонтальной поверхности, чтобы человек мог на ней вертикально встать, вообще не было. Переборки, стены, ролы располагались под таким крутым углом, что и поставить-то ногу казалось делом немыслимым. На корабле не было ни электроэнергии, ни тепла, — следовательно, не было и горячей пищи. Температура же упала ниже 45 градусов по Фаренгейту.
Команда «Лейчестера» не могла покинуть свой корабль, но и боялась оставаться на нем. При каждом новом крене казалось, что вот этот непременно закончится переворотом. Но, ко всеобщему удивлению, корабль возвращался в исходное положение, и замиравшие сердца моряков начинали биться с бешеной скоростью.
Люди тем не менее старались чем-то занять себя. Четвертый офицер и кадет Гардин упорно копались в проводах аварийного передатчика, хотя давно убедились, что сигнал от них не идет.