Страница 3 из 13
Пройдя по мосту-причалу и поднявшись на пару ступеней, Сашенька вошла внутрь беседки. Большое внутреннее пространство едва освещалось тремя факелами в больших железных напольных вазах. За периметром беседки царил непроглядный мрак, и только на противоположном берегу озерца виднелась верхняя часть особняка с озаренными светом окнами.
Оглядываясь по сторонам, Саша невольно оправила платье и маску, не понимая, что теперь ей делать. Где же Михаил? Никого не было видно.
Вдруг раздались звуки музыки, а окружающее пространство наполнилось чарующей и красивой мелодией. В следующую минуту девушка увидела, как вдоль берега, прямо у подножья беседки, где она стояла, плывут две лодки с десятком музыкантов, играющих на скрипках, флейтах и виолончели.
Глава II. Серенада
В следующий миг позади раздался громкий звук, как будто кто-то провел рукой по струнам гитары. И далее зазвучала песня мужским бархатным баритоном. Саша от неожиданности вздрогнула и обернулась. Оказывается, с другой стороны беседки был еще вход, который она не заметила. Перед ней в десяти шагах стоял мужчина.
Темный силуэт его, в черной одежде и широкополой шляпе, казался нереальным и каким-то мистическим. Высокая фигура незнакомца вызвала у девушки ступор. Он не только умело играл на гитаре, перекинутой через плечо, но еще и пел. Звук его мелодичного хрипловатого голоса становился более насыщенным и громким. Он пел на малознакомом языке, и девушка смутно понимала слова. Она вообще потерялась, не зная, что происходит. Мужчина продолжал петь, аккомпанируя себе на гитаре, а мелодия, которую играли позади нее музыканты в лодках, сливалась с его красивой песней в унисон, создавая гармоничное звучание.
Исполняя свою песню, мужчина начал медленно приближаться к ней, и Саша отметила, что на его лице нет маски.
– Что это? Серенада? – прошептала она себе по нос, невольно замерев на месте и вперившись взглядом в мужчину, его загорелое лицо было ей незнакомо.
Его голос завибрировал на высокой ноте, едва он остановился от нее в трех шагах. И тут ее осенило, что он поет по-испански. Она очень мало знала этот язык, оттого поняла только несколько слов из последней мелодичной фразы. Сопровождение скрипок и флейт стало не слышно, и Сашенька невольно обернулась и отметила, как лодки с музыкантами поплыли к другому берегу.
В голове Сашеньки царил хаос. Может быть, этого певца нанял Михаил для нее? Или же нет? И где сам Михаил?
Мужчина замолчал, продолжая перебирать струны гитары, играя довольно виртуозно, и вдруг раздался его приятный громкий баритон:
– Как вам серенада, сударыня? Вы сказали, чтобы я был романтичным и решительным.
Наконец Сашенька пришла в себя и в негодовании выпалила:
– Вы кто такой?! Что вам нужно?
Гитара некрасиво пискнула, когда незнакомец оборвал мелодию, опустив руку со струн. Он так же пораженно уставился на Сашу, как и она на него.
– Сеньорита? – выдохнул он, в два шага приблизился и дернул вниз ее маску, открыв лицо девушки.
– Что вы себе позволяете? – возмутилась она и невольно попятилась.
Когда мужчина вышел на свет, она отчетливо разглядела его молодое, но не юное лицо, с заостренными чертами и высокими скулами. Он был черноволос и широкоплеч.
Сашенька хотела закричать, чтобы позвать на помощь, и уже открыла рот. Но тут же осознала, что ее крики только привлекут излишнее внимание. Для нее это было опасно. Может получиться еще больший конфуз или даже скандал, если ее узнают.
Мужчина продолжал рассматривать ее, явно не понимая, кто перед ним. Она видела, как его пронзительный взгляд мечется по ее лицу, фигуре, с головы до ног.
– Простите меня, сеньорита, я не хотел напугать вас! – сказал он порывисто в следующий миг.
– Однако напугали, – выпалила она нервно, окончательно разозлившись на себя. Ей показалось, что от мужчины исходил какой-то знакомый запах. – Зачем вы заманили меня сюда?
– Я и не собирался. Я ждал мадам Дерябину, а не вас, – он говорил с очень сильным акцентом по-русски.
– Но мне передали письмо, и двое слуг перевезли меня сюда на лодке.
– Все верно, письмо писал я, – продолжал он с горячностью. – Но оно предназначалось не вам! Татьяне Дмитриевне Дерябиной. Похоже, слуги что-то перепутали.
– Прекрасно! Просто прекрасно! Я ведь чувствовала, что не надо никуда идти, так нет же! Глупая гусыня!
Всплеснув руками, Саша начала озираться по сторонам, собираясь немедленно покинуть это место. Ситуация казалась ей невозможно комичной и идиотской. Этот темноволосый франт приготовил романтическое свидание для другой дамы, а она пришла сюда вместо нее.
– Какой курьез, вы не находите? – раздался над ее ухом приятный баритон, и мужчина улыбнулся. – Я и впрямь ошибся, сеньорита.
Саша невольно попятилась от него, воскликнув:
– Не приближайтесь!
– Вы разозлились? Я не хотел напугать вас, – покаянно заявил он, и его лицо вновь озарила улыбка, которая делала незнакомца привлекательным.
На вид мужчине было лет тридцать. Смуглый, гладко выбритый, он имел темные густые волосы и обветренное лицо. Его карие, почти черные, глаза блестели юношеским задором. Во всем его облике чувствовалась какая-то молодецкая удаль.
– Конечно, разозлилась. Привезли меня ночью в какое-то жуткое место. Поете эти свои песенки, а я вас впервые вижу!
– Как же впервые? Я помню вас. Час назад я приглашал вас на полонез.
– Ах вот оно что, – прошептала она, тут же поняв, отчего запах цитрусовых и бергамота показался ей знакомым. – Но нас не представляли друг другу.
Так и есть, его рост и широкоплечая фигура, и эта роза в петлице бархатного фрака указывали на ее кавалера по последнему танцу. И тут Сашу осенило, что на дворе ночь, а она говорит с незнакомцем в этом уединенном павильоне. Если кто-то узнает не только о ее ночной вылазке на бал, а еще и о том, что она находится здесь наедине с мужчиной, от ее репутации не останется и следа. А непорочность для девицы накануне помолвки очень важна! Так говорила мадам Лазарева из пансиона благородных девиц.
Сашенька решила немедленно уйти отсюда. Необходимо было найти какую-нибудь лодку и уплыть обратно, прочь, прочь с этого маскарада, где она так оконфузилась. Пока ее репутация окончательна не потеряна. Она устремилась вон из беседки, но услышала тяжелые шаги за спиной и голос:
– Погодите, вы куда?
– Недопустимо мне быть здесь с вами, сударь, – кинула Саша ему через плечо, оправляя на лице маску и вновь затягивая завязки. – Мне надобно немедленно вернуться на бал.
– Погодите, я провожу вас, сеньорита.
Она резко остановилась и обернулась к нему.
– У вас есть лодка? Вы можете перевести меня на другой берег?
– Могу, – кивнул он.
Он быстро вернулся на веранду и захватил букет цветов, который лежал чуть сбоку на скамье. Потом закинул гитару за плечо, быстро спустился с трех ступеней и вошел в воду, велев Саше:
– Стойте там.
Ступая по мокрому берегу, а далее по воде в сапогах, мужчина через несколько минут вытащил лодку, стоявшую под беседкой, и подтолкнул ее. Заняв место на веслах, он подплыл к невысокому причалу, где ожидала Сашенька.
– Вашу руку, синьорина, – велел он, протягивая ей ладонь.
Стараясь не думать о том, что его рука без перчатки, как требовал этикет, девушка проворно вложила пальцы в ладонь и запрыгнула в качающуюся на воде лодку. Плюхнувшись на деревянное сиденье напротив, она отметила, что мужчина принялся грести, отчалив от берега.
Видя, как невольный попутчик с интересом настойчиво рассматривает ее, Сашенька чувствовала себя нервозно. Она жаждала скорее добраться до другого берега и наконец избавиться от этого навязчивого незнакомца, горящий взор которого смущал ее неимоверно. Чтобы разрядить напряженную обстановку, она спросила:
– Отчего вы называете меня так? Сеньорита? Вы итальянец?
– Испанец. Простите, я забыл представиться. Дон Эрнандо граф де Мельгар, советник в свите испанского посланника.