Страница 44 из 84
– Ладно. С этого момента будешь откликаться на имя Перси. Или у тебя есть возражения?
– Никаких возражений, сэр. – Стал ли тон дроида немного холоднее? Если так, очень плохо.
– Хорошо, – сказал Атур. – Теперь подойди и подготовься к работе. Здесь есть "узкое место" в системе доступа... – Он указал на голоэкран. – Его надо устранить. Найди, каким образом это можно сделать.
– Очень хорошо, сэр. Это всё на данный момент?
– Полагаю, да. По твоим оценкам, сколько времени это займёт?
Дроид подошёл и тронул несколько кнопок на голоконсоли, затем принялся считывать слова и цифры, бегущие по экрану так быстро, что ни один человек не смог бы за ними уследить. Через несколько секунд он дотронулся до другой кнопки. Поток символов застыл, дроид стоял молча.
Атур медленно сосчитал до пяти.
– Так ты мне скажешь, сколько времени займёт решение проблемы с доступом?
– В этом нет необходимости, сэр. Проблема устранена.
Атур прищурился.
– Правда?
– Разумеется, сэр. Что-нибудь ещё?
Атур улыбнулся. Компетентный помощник! Превосходно! Один дроид, который знает своё дело, лучше любого количества суетящихся живых существ.
– Нет, думаю, на сегодня всё. Спасибо, Перси. Я тебе признателен.
– В этом заключаются мои функции, сэр. Не хотите ли чашечку чая, пока будете обдумывать моё следующее задание? Я проверил запасы на кухне, и могу предложить вам "манилскую яшму", "кош", "синий кинтл"...
Теперь Атур расхохотался в голос. Возможно, его новая работа окажется не такой уж тягостной.
Глава 38
"Бесстрашный", звёздный разрушитель типа "император", док № 35
Адмирал Мотти радовался, видя, что адмирал Хилоу сделал с "Бесстрашным". Эта старая посудина была поставлена на вооружение лет на десять раньше любого корабля в секторе, но сейчас сияла, как новенькая кредитка. Все системы были в норме. Хилоу, который собирался уйти в отставку, как только проект будет завершён, был офицером старой закалки – он заслужил адмиральское звание на фронте, приняв участие в десятках важных сражений. Когда начинают говорить пушки, подобные люди особенно в цене – они скорее подставят под выстрел собственную грудь, чем позволят тебя подстрелить.
Спускаясь по коридору из ангара, где стоял лихтер Мотти, адмиралы легко и непринуждённо беседовали. Будто вернулись в старые времена: Хилоу был капитаном "Ионного шторма", когда Мотти получил звание первого лейтенанта. Затем Мотти перешёл на штабную работу в Центре Империи, завёл полезные знакомства и обошёл бывшего командира по карьерной лестнице благодаря своим амбициям и талантам. Хилоу никогда не любил политику, хотя Мотти и пытался его заинтересовать. Но того она просто не заботила – он хотел лишь вести свой корабль в бой и крушить врагов, и в этом деле не уступал никому из капитанов имперского флота. Назначать его на бумажную работу было бы напрасной тратой времени, Мотти это знал – хотя Хилоу стал бы великолепным моффом. Уж точно лучше Таркина, который по политическим качествам превосходил даже Мотти, но в стратегии и тактике сильно уступал Хилоу.
– Так ты думаешь, та большая консервная банка, которую строит Уилхафф, скоро будет летать без посторонней помощи?
– Да. А теперь, когда там нахожусь я, это случится ещё быстрее.
Хилоу рассмеялся.
– Ты никогда не испытывал недостатка в самоуверенности, Зи.
Мотти улыбнулся в ответ.
– Знаешь же, как говорят: иногда ошибайся, но никогда не сомневайся.
– Вы слишком на неё надеетесь.
– Да ладно, Джейм, ты же видел спецификации, хоть тебе и не положено. Станция – крепость. Там больше орудий, чем во всём флоте. И пушка, которая может раскалывать планеты, как спелые орехи-вули. Даже вся армия повстанцев ее не остановит. Есть подозрение, что и наша – тоже. Что бы там Уилхафф о себе ни думал, у него предельно ясные и чёткие планы относительно станции. Повстанцам не сбежать – если мы можем взорвать планету у них под ногами, где им скрыться?
– Может быть.
Они уже почти дошли до палубы. Мотти развернулся к своему старому командиру.
– Может быть?
– Я когда-нибудь рассказывал о стычке с участием лейтенанта Поджо?
– Вряд ли.
– Тридцать пять или сорок лет назад Кэн Поджо служил на учебном корабле "Привольный" инструктором по стрелковой подготовке и начальником тира. Он был чемпионом флота по стрельбе из всех видов оружия: карабина, снайперской винтовки, пистолета. Из бластера он с десяти шагов попадал в сидящую на стене муху. Я никогда не видел подобного стрелка. Это было невероятно.
– Угу. – Мотти сопротивлялся желанию зевнуть. Он мало кого уважал так, как Джейма Хилоу, и восхищался им, но сейчас старый солдат отнимал у него время.
– У нас были небольшие проблемы на луне Верджессо – её захватили пираты. Нас послали доходчиво объяснить, что они избрали неверный путь.
Мотти кивнул.
– И?
– Поджо мечтал о драке. Там часто случались рукопашные стычки – всё-таки единственный город, накрытый куполом, а значит, мешанина узких улочек и переулков. Из пушек стрелять не стали, потому что всё крупнее бластерной винтовки могло повредить купол. Ну, так решило командование. Может, так оно и было.
Я тогда служил вторым лейтенантом, а Поджо приписали к нашей эскадрилье. Мы высадились, проникли под купол и начали охоту на пиратов. В той крысиной стае их была сотня или сто двадцать, но все разбежались по углам.
Мы сошлись с одной группой, человек в двадцать пять, и завязали перестрелку. Поджо их выносил справа, слева и по центру, как мишени в тире. Единственное, что может с этим сравниться, – то старое голо, где Фоу Джи ломает хребты наёмникам[25]. Видал его?
Мотти кивнул. Какой же солдат его не видел?
– Поджо уложил половину, прежде чем кто-то из нас успел поднять оружие. У него был бластер с усиленным конденсатором, поэтому он мог стрелять быстрее, чем обычная модель.
Оставшиеся дрогнули и побежали, а мы кинулись за ними в погоню. Мы с Поджо бросились за группой, где было трое или четверо людей и один, кажется, родианец. Поджо лыбился, как объевшийся песчаный кот – ведь он был просто рождён для таких потасовок.
Пираты не могли отстреливаться, поэтому разделились и попытались сбежать. Я бросился за двумя, у них кончился заряд, и я взял их на мушку. Потом обернулся к Поджо. Он загнал своих двоих в угол, они опустошили свои бластеры, и тут он убрал в кобуру свой.
– Он убрал бластер?
– Ага, чтобы дать им шанс. Они стояли метрах в шести от него. И тут Поджо говорит: "Ладно, мальчики, заключаем сделку. Вы убегаете, и, если я промахнусь, вы свободны".
Мотти покачал головой. Чистое сумасшествие.
– Так эти двое, сообразив, что они уже по-любому мертвы, бросаются на него. Не успевают эти парни сделать два шага, Поджо выхватывает свой модернизированный бластер – ты не поверишь, как быстро: его рука и пушка казались просто размытым пятном! Он всаживает заряд левому прямо между глаз – бац! Затем направляет пушку на второго, который всё ещё несётся на него, и давит на спуск.
– Дай догадаюсь: он промахнулся?
– Не-а. Бластер замкнуло. Должно быть, конденсатор перегрузился, и пистолет вспыхнул. Поджо его бросил и потянулся за другим – какой же стрелок носит при себе только один? А тут пират уже оказывается нос к носу. Так у этого подлеца был нож. Совсем не технологичный, даже не вибро – почти что каменный топор.
К тому моменту, как я прицелился и выстрелил, он уже воткнул свой нож Поджо в горло. Медики вовремя не успели.
Мотти улыбнулся.
– Боевая станция ценой в много миллиардов кредитов – это не ручной бластер, адмирал.
– Чем оружие сложнее, тем больше вероятность, что в нём есть какой-то изъян, – ответил Хилоу. – Кэн Поджо был лучшим стрелком, которого я когда-либо видел – в то время, да и сейчас тоже – но и его прикончили почти что голыми руками, когда его великолепное оружие дало сбой.
25