Навья кровь

Через три дня взяла минимум вещей и, ни слова не говоря, пошла к путевому камню. Жора едва успел её перехватить. Женщина посмотрела на него долгим, пустым взглядом, взяла под руку удивлённого таким обращением проводника и ступила в лиловый туман.

Он выдержал два дня. А потом отправился вслед за ней, озвучив камню точку телепортации «к любимой женщине».

Жора не задавался вопросом, как в его желудок поместилась вся Диана. Он чувствовал лишь сытость и безбрежное счастье — человека, который по капле уничтожал его своим презрением, больше не существует. Он вдруг подумал, что, если бы не жена, он давно бы себя простил.

Покидая подвал, Дряблый снова почувствовал голод, но это не показалось ему странным.

— А где Диана? — спросила аппетитная девочка у костра. — Мне кажется, суп уже готов.

— Я наткнулся на черемшу сегодня, — ответил Жора, давясь слюной. — Она осталась собирать. Пойдём, проведу, поможешь ей, чтобы быстрее было.

— Черемша весной растёт, — удивилась девочка.

Дряблый почувствовал, что просто обязан плюнуть ребёнку в лицо. Слюна оказалась очень густой. Девочка медленно утёрлась и заторможено сказала:

— Черемша долгая деревенеет золотым.

Когда Жора на неё набросился, она даже не сопротивлялась.

Конечно, его увидели. Конечно, на него попытались напасть. Но мужчина, наслаждаясь невесть откуда взявшейся ловкостью и силой, легко уходил от ружейных выстрелов. Плевал он теперь тоже замечательно: метко и далеко. Каждый «помеченный» прекращал охоту и покорно ждал, бормоча что-то бессмысленное.

К закату все были съедены. Через два дня пришла очередь курьеров, а потом тех, кого прислали на их поиски. С последними гостями получилось не очень удачно — один, прежде чем получить порцию яда, сумел связаться с Гомелем. Но Дряблый вовремя его нашёл, так что жертва ничего внятного никому сказать не успела. Заглатывая последнего мертвеца, Жора чувствовал, как на него наваливается сон. Захотелось зарыться куда-нибудь поглубже, туда, где темно, тихо и безопасно. Поэтому он побрёл к высотке. На то, что руки медленно, но упорно удлиняются, а из потовых желёз растут паутинки, которые постепенно сплетаются во что-то вроде кокона, человек не обратил внимания.

В подвале он едва успел забраться в свой закуток, смахнул шкатулку в воду, взобрался на стол, свернулся калачиком и заснул.

Или умер. С первым снегом проснулся не Жора Дряблый, а вендиго.