Страница 30 из 31
Вокруг уже вовсю выходили или хотя бы выглядывали из домов горожане. Через открытые двери выбегали взятые с собой владельцами собаки, громко залаяв. Некоторые уже торопились избавиться от зловонной груды гостей и изрубленной мертвечины, чтобы на тачанках и санях оттащить останки к разрытым могилам и закопать вновь. Раздавался плач родственников тех, кого находили растерзанным и убитым на улицах города. А со временем воздух наполнялся и гулом переговаривавшихся голосов местных жителей, но к активно спорящей четвёрке путешественников никто не решался приблизиться.
– Как вы не понимаете, что общее количество жертв не сопоставимо с реализацией ваших благих намерений! – возмущался демонолог. – Ваши абсурдные глупости всем здравомыслящим людям уже осточертели. Сколько их должно полечь, чтобы потешить ваше необъятное эго?!
– Это вы не понимаете, Сетт! – протяжным, словно на проповеди, голосом воскликнул ему мессир. – Сила в единстве! Если по всему Иггдрасилю будет лишь одна-единственная религия, если повсюду воцарится вера в Творца и исчезнут иные культы, больше не пойдут брат на брата, город на город, не будет войн, драк и конфликтов! Всё будет решаться мирно! Взгляните, что сейчас вокруг! Нетерпимость по принадлежности к расе, по цвету кожи, по роду, по социальному положению… А Грааль установит веру в Творца непоколебимой по всей земле! Больше не будет столкновений людей и эльфов, не посмеют гномы, верящие в единого бога, крушить и сжигать наши церкви на севере. Империя, Таскария, Лонгшир, Северные Короли, Вольный Край – всё будет под эгидой церкви жить в согласии! И наступит мир во всём мире! Если ради этого кому-то суждено погибнуть, это будут священные жертвы, чей подвиг останется в сердцах всех последующих поколений!
– Ага, и розовые пони-единороги, блюющие бабочками, – фыркнул Сетт. – Да не будет никогда голодный волк лежать рядом с ягнёнком. Вы сами волк, Дамиан, в овечьей шкуре. Под идеей о мире готовы всех неверных истребить и уничтожить, так ещё и верующих послать на верную смерть ради ваших идей! Я был там, у мортимерского холма. Я знаю, что вам никого не жалко и вы кем угодно готовы пожертвовать.
– Пусть гибнут неверные, – нахмурилась Анфиса. – Их боги против нашего, вот и поглядим, кто кого, когда повсюду воцарится вера в Творца.
– Вы воочию видели огромную Мортис, но всё ещё продолжаете верить в единого бога! – негодовал Догман.
– Он ведь Творец! Он сотворил своих слуг-хранителей, отвечающих за солнце, за зиму, за жизнь и смерть, за цветение, рукоделие! Это низкие духи, возвышенные Творцом, дабы не стать демонами. А природа у них одна. Им не следует поклоняться. Они не нуждаются в жертвах, плясках и молитвах. Им всё равно, но вокруг никто этого не понимает и все клянчит, клянчит и клянчит у них какого-то благословения. Оттого, что вы молитесь Солнцу, оно не станет всходить на западе, не остановится, чтобы растянуть день, не погаснет, дабы в полдень воцарилась ночь. Не нужно молиться пшенице, чтобы она лучше росла, или рекам, чтоб несли вам побольше рыбы. Молиться надо создателю нашему. Вездесущему, многоликому, безымянному и всемогущему! Он всемать и всеотец! Мы все – его дети. И эльфы, и люди, даже гоблины. Однажды они это поймут, и к этому всеобщему миру я и стремлюсь! – заявил проповедник.
– Во что вы ввязались, безумцы… – прокряхтел Сетт, глядя на Маркуса и Анфису. – То ли ваша глупость мешает вам всё понять, то ли любовь к вере затмила глаза… Вами манипулируют, просто используют…
– А может быть, вас? – недобро взглянул на него Дамиан. – Кто мне при последней встрече жаловался, что объявлен в розыск?
– В розыск? Как интересно, – сощурившись, усмехнулся некромант, покрепче сжав посох.
– Я был на задании и упустил один артефакт, провалив миссию. Фоморы получили союз с Таскарией, разорвавшей свои связи с Империей. Политический провал, но я не переговорщик! – заявил Сетт. – А они решили меня судить, конечно же, я сбежал от таких обвинений.
– Удастся ли вам сбежать и сейчас? – позади демонолога мессир возвёл мерцающую стену из света.
– Уж не хочет ли одноглазый старик бросить мне вызов? – ухмыльнулся Догман, снова выхватив свой сложенный кнут.
– Он здесь не один, – обнажила лезвия своих катаров Анфиса. – То, что мы боролись с зомби плечом к плечу, ещё не значит, что ты хороший человек, – заявила она. – Нет причин доверять тебе и твоим словам, а я как раз из тех, кто ловит беглых преступников.
– Старик без глаза, девочка без мозгов и… ты тоже на их стороне, или уравняем шансы? Я лучше поработаю с некромантом, чем снова с прогнившей церковью, пока там не сменят архиепископа и курс вот этих полоумных идей, – призывал Сетт Маркуса на свою сторону.
– Нет ни плохих, ни хороших, – заявил тот. – За каждым стоят свои цели и идеология. Мне хорошо известны двойные стандарты, неизбежность жертв ради благих целей и то, что ими иногда прикрывают совершенно иное. Я наёмник, чья цель – сопроводить мессира в столицу. Я не должен ручаться за то, будет ли он спорить с императором, проповедовать на площади или призывать к войне с западным некромантом. Моё дело доставить его живым.
– Стало быть, один на троих фанатиков, – скривился Сетт. – Ну, смотрите, ядрёна вошь, вы у меня сейчас попляшете, – начал размахивать он кнутом.
Анфиса выискивала внимательно момент для резкого удара катарами, мессир на конце спирального посоха копил чародейский разряд. Маркус же продолжал стоять сбоку от разгорающейся схватки, дабы нанести удар с тыла, если потребуется.
Но позади свистевшего своей плетью в воздухе демонолога, помимо священной стены, ещё ближе – прямо у того за спиной, замерцал раскрывающийся рыжеватый портал с синеватым внутренним ободком. Он расширился достаточно, чтобы туда можно было заскочить, но егерь даже не оборачивался.
– Опять в неприятности вляпался, – раздался инфернальный голос объявившейся сзади суккубы, схватившей Сетта в обхват и взглянувшей на его противников. – Мне сказали, не допустить, чтобы ты сдох. А ты сначала в гущу зомби попёр, теперь против этих… Ведёшь себя как несносный мальчишка!
– Эй, – наклонившись назад в её хватке, недовольно проворчал Сетт, крепче сжимая кнут.
– Ещё спасибо мне скажешь, – резким движением затянула демоница его в закрывающийся портал. – Ещё свидимся, – бросила она уже напоследок всем остальным, сверкнув взглядом.
Портал вмиг захлопнулся, не оставив и следа. Только запах угля, дыма и гари с примесью оплавленных горных пород и металла, как будто вся троица оказалась в мастерской кузнеца. Но и эти ароматы быстро развеялись. Анфиса пыталась считать местность, не обнаружив следов доступного ей колдовства. Маркус поглаживал подбородок, выглядя весьма озадаченным. А Дамиан застыл, раскрыв рот, вытаращив единственный зрячий глаз и даже до сих пор не убрав уже бесполезную стену света, что всё ещё мерцала в ночи, освещая всех.
– Это была она… та с-суккуба… – С дрожащих губ старика-священника слетело повышенным тоном. – С ликом Лукреции…
Бальтазар II
Чёрный замок располагался в обители демонов уже достаточно долго, чтобы к нему привыкли многие обитатели подземного мира. Пакт с некромантом гарантировал их войскам свободные нападения в местах разломов. От обилия звёздной пыли в воздухе инфернальные порождения открывали всё новые порталы по мере закрытия старых.
Все имели выгоду. Бальтазар, когда ещё находил в себе силы стоять и отдавать приказания, благодаря демонической армии отгонял войска имперцев и зверолюдей от своих ближайших союзников, демоны получали возможность материализоваться и повеселиться от души с теми, кто некогда изгнал их с поверхности.
Ильдар-чародей всё это не одобрял, но выхода у него не было. Он обещал поддерживать своего милорда, заботиться о нём и помочь тому вернуть похищенную невесту. Сейчас он сидел у окна спальни, строча письмо в надежде, что летучие мыши с этих пещер смогут доставить его на поверхность.