Страница 19 из 81
— Потому что дворяне столетиями воспитываются в своём назначении служить двору, — снизошёл до объяснения князь. — Военному, пришедшему на службу из городских обывателей, селян или разночинцев, ещё предстоит проявить себя. Коль удалось — даруется служивое, потом и наследуемое дворянство.
— Так много раз говорилось. Но внемлют не все.
— Вы более доверяете бойцам из своего бывшего взвода?
— Так точно, ваше сиятельство. Их лучше знаю.
Князь замолчал, о чём-то напряжённо думая. Лисицын замер в стойке «смирно», ожидая продолжения. Наконец, прозвучала команда:
— Разделите отряд. Мне нужно всего тринадцать. Но самых верных. Над остальными назначу главным того, кто гарантирует, что ваши анархисты не разбегутся на пути в Ригу и не захватят яхту, подняв пиратский флаг, а Буранова и троицу сообщников Хвостицына не выпустят из карцера.
Отдав ещё несколько распоряжений, в том числе — готовить судно к отплытию, Горчаков покинул борт.
В автомобиле поделился подробностями решения.
— Штабс-ротмистр! Ваше предложение принимается. Начнёте поиски Линка и всех, кто имел отношение к институту П. И. П. В вашем распоряжении Искров. Кого из связистов придам, сообщу позднее. Сами выберете одного бойца-штурмовика из людей Лисицына, боевая единица не помешает. Составьте предварительную смету. В том числе, на наем одного-двух частных агентов. Желательно, из числа бывших полицейских Ново-Йорка. И да не оставит вас Господь. Но только в пределах города и губернии. Выезжать запрещаю.
Он не стал говорить, что сбежавший Хвостицын, вероятно, притаился поблизости, вынашивая план мести. Извращённое чувство солидарности и командного духа штурмовиков вполне способно подтолкнуть к мести за слом карьеры бойцов отряда.
Те из них, на кого вроде бы можно положиться, а именно малая боевая группа Лисицына — это резерв на случай, если сыскная операция перерастёт в баталию, догадался Тышкевич. Из связистов он выбрал бы Самсонова или Вологодского, оба, не занятые прослушиваем магического эфира, вполне адекватные Одарённые, обученные кое-каким боевым плетениям.
Вице-губернатор сумел удивить, представив в качестве члена сыскной группы княжну Львову. На её бесстрастном лице промелькнула редкая тень эмоции. Она торжествовала, увидев растерянность Тышкевича и Искрова.
— Но… Ваше сиятельство! Я не знаю, куда уведёт наш сыск, возможно, всё же придётся покинуть Ново-Йорк… Мне придётся обеспечивать её безопасность и думать о ней более, чем о задании! А в случае чего — отвечать и мне, и вам.
В голосе графа слышалась мольба.
Вице-губернатор во время этого монолога спокойно восседал в кабинетном кресле, предоставив Львовой самой разбираться с будущими членами команды. Она не замедлила с ответом Виктору Сергеевичу.
— Его сиятельству ничего не грозит. Он получил мой письменный отказ от его покровительства и через связного — согласие моего отца. Кто ещё будет оспаривать великокняжескую волю?
— Не оспариваю, но выражаю сомнения, сударыня, — не сдавался граф. — Не окажетесь ли вы в походе обузой?
— Например, как жертва нападения. Охотно понимаю вас. Посмотрите на мою защиту и попробуйте ударить. Только осторожно, чтоб отдача не спалила обстановку кабинета.
Да, роскошь родиться в великокняжеском доме кое-чего стоила. Барышня носила амулеты, делавшие её защищённой не хуже небольшого танка. Конечно, любую защиту можно пробить. Или истощить. Но не каждому удастся.
— Этим не исчерпываются мои таланты, ваше благородие. Правда, у меня тяжёлый характер. Но у связисток он лёгким не бывает, я вам рассказывала.
— Помню…
— Где ваше знамя, чтоб поцеловать его, вступая в отряд?
Тышкевич страдальчески глянул на князя. Во взгляде вице-губернатора читалась усмешка: теперь эта язва — ваша головная боль, штабс-ротмистр.
— Позвольте последний вопрос, ваше сиятельство, — промолвил Виктор Сергеевич. — Как я понял из распоряжений на судне, бойцами Лисицына вы замените нас с Искровым. И боевая группа будет тоже из штурмовиков. Отчего же не из казаков?
— Должны были сами догадаться, штабс-ротмистр. Что мы знали о штурмовиках до отплытия? Смелые до безумия, преданные российскому престолу, доказавшие высочайшее мастерство в самых разных передрягах… А на поверку вышло? Оттого бродят во мне сомнения и в казаках. Особенно в тех, кто долго варится в этом Ново-Йорке. Знаете ли, что многие по окончании службы не воротятся в коронные земли? Женятся на местных. Покупают дом и авто. Живут лучше, чем в донских станицах. А кто там продолжит пацанву учить верности Государю и Отечеству? Вся наша политика в заокеанских губерниях… — вице-губернатор чуть помедлил, выбирая слова, чтоб не скатиться в крамолу при подчинённых. —… требует реформ. Не всё здесь так гладко, как видится из небоскрёбов Торжка. Так пусть дочь Великого князя увидит Америку крупным планом. Чтобы Великокняжеские дома уразумели — нужны срочные меры. Дерзким из П. И. П. стоит спасибо сказать: довели до высочайшего сведения американские проблемы. По крайней мере, одну из них попробуем решить сами. Все свободны!
Тышкевич щёлкнул каблуками и выписал поворот кругом. Сделал знак Львовой следовать за ним, загадочная красотка повиновалась.
Наверно, Буранов отдал бы и вторую руку, чтоб так командовать высокородной.