Страница 93 из 101
Это не был вердикт одного Камила, также думали и его братья по вере. И это беспокоило. Если объективно подходить к проблеме, коалиция, удерживаемая от внутренней грызни церковью, авторитетом, что успели набрать Светлые отцы (между собой уже начавшие использовать слово «патриарх» для выделения себя на фоне прочих братьев по вере), оказалась не готова. Не готова в первую очередь к тактике, применяемой Арантиром. А значит, должна быстро приспособиться к новым условиям. Либо отступить. Второе было неприемлемо, коалиция развалится, и потребуется ещё год, чтобы снова всех собрать.
— Когда сожгут леса, Лич не сможет также незаметно перемещать свои отряды. А сил для снятия осады с города у Арантира нет, — напомнил Алан.
Всё так.
— Почему у нас так мало магов? — задал Фейт вопрос, уже не первый день витавший в воздухе. — Вы обещали лояльность кругов, но я вижу, что ваших братьев больше, чем подчинённых вам магов.
Неприятный вопрос. Церковь получила именно то, на что рассчитывала в деле с магами. На большом Соборе было принято решение, напрямую касающееся магов и одарённых вообще. Жрецы старых богов должны быть постепенно уничтожены. Не обязательно физически, достаточно добиться отсутствия преемственности, новых учеников, что будут изучать «неверные» направления. Все маги должны принять веру в Светлую Мать, либо будут уничтожены.
Пример Хаарта и Арантира показывал, сколь опасными могут быть адепты магических сил, не имеющих над собой никакого контроля. Труповоды — всего лишь показательный пример, наиболее заметный, при этом наименее опасный. Сильный адепт магии земли способен устроить землетрясение и уничтожить целый город своей силой. Подобное могут устроить и маги других стихий, лишь определённым образом применив свою силу. Для землетрясения по грустной иронии даже не надо быть действительно сильным магов, достаточно найти слабую точку глубоко в толще земли, воздействие на которую приведёт к цепной реакции.
Поэтому магов надо контролировать. Большинство волшебников сами не осознают угрозы, что несут в себе. Правда, возникла дискуссия, касающаяся магов-женщин. Согласно догмату Светлой Матери, женщина — это мать, хранительница очага, продолжательница рода. Магия же искажает саму природу, нарушает единственно верный порядок вещей. Камил считал, что достаточно магам женщинам добровольно изолироваться от мира и спокойно проживать отпущенный им век, не пользуясь не предназначенной женщинам силой. Более… резкие братья уверены, что волшебниц следует уничтожать. Этот спор не выносят за пределы церкви.
— Не хочется этого признавать, но нам есть чему поучиться у Арантира, — снова рассматривая доспехи гвардейца, заговорил Алан. — Новый опыт требует осмысления, не могу пока сказать, к каким выводам приду после этого похода. Только я уже сейчас вижу, что мы что-то делаем неправильно.
Камил не был стратегом и полководцем, и потому спросив:
— Например?
— Вы сами сказали, отец Камил, мы воюем не с нежитью, а с механизмами. Его солдаты наносят удары так, чтобы мы не могли ответить. Раз за разом. Будь у нас различные… механизмы, что предназначены для войны, как много мы изменили бы? Сколько жизней сохранили?
Фейт постучал костяшкой пальца по нагруднику.
— И это. Даже будь у Лича неуклюжие кадавры, снабди он всех их такой бронёй и выведи в полевое сражение, я бы не был уверен в нашей победе.
— Оснастить тысячи воинов такими качественными латами невозможно, — возразил Камил. — Даже ваше богатое герцогство не может…
— Арантир сидел в своей крепости, а у меня одних городов десяток, — отрезал Алан. — Три цеха делают доспехи для моих воинов, и полностью оснастили только рыцарей. У пехоты только нагрудники. А здесь? Крепость на тысячу человек, почти отрезанная от торговли, и перед нами тысячи скелетов в полном комплекте лат.
Что-то в интонациях Фейта изменилось, появилась странная задумчивость. Это не понравилось Светлому отцу.
— Вы сами сказали, что эти латы — одинаковые. Не подгоняемые по фигуре, и…
— Как и нагрудники на моих солдатах, — продолжил герцог. И поднял колкий взгляд на Камила. — Этот мертвец, сидя в волчьем углу, оснастил тысячи воинов латными доспехами. Насобирал своих проклятых машин, да ещё пытался заваливать королевства своими товарами. Отличными товарами, и дешёвыми. Я хочу знать, как он это сделал, отец Камил. Я хочу знать, как командир бедной крепости за год стал богаче меня.