Страница 47 из 96
– Ты пытался убить меня!
Да, я хотел бы тебя убить. Но не так. Если вообще мог серьезно желать этого. То, что только что произошло не сравнится со всеми обидами и злостью.
Неловко отвожу взгляд и осматриваюсь на берегу. Пусто. Ивовые кусты, живой изгородью, прячут с глаз противоположный берег и заводь.
– Нет. Я спас тебя.
После того, как чуть не угробил.
Отжимаю полы костюма и разворачиваюсь спиной к девчонке, чтобы она ненароком не заметила сожаления на моем лице. Инесса кричит на меня вполне ясно почему она это делает:
– Ты пытался меня убить!
– Тише!
Прислушиваюсь. Помимо воя собак по ту сторону водоема доносятся голоса. Ещё далеко.
Хватаю Инессу за рукав и пытаюсь поднять на ноги. Воровка извивается и бьёт меня наотмашь. Отпускаю её плащ, и Инесса с глухим звуком приземляется на землю.
Большие голубые глаза встречаются с моими. Лицо белое, как мел, губы всё ещё синие. Инесса обхватывает себя за плечи и говорит тихо, без эмоций:
– Не смей прикасаться ко мне. Не в этой жизни.
Ветер ударяет меня в спину, и я провожаю его взглядом, пока он путается в кустах, забредая в лес.
У нас слишком мало времени.
Присаживаюсь на колени возле Инессы и нервно поправляю сырые волосы. Она отшатывается, как если бы на неё замахнулись.
– Это была необходимость. – выдавливаю из себя я, за что и получаю смачную пощечину.
Поделом мне.
Щеку жжет, но я стараюсь не обращать на это внимание.
– Ты должна иди со мной.
Инесса пытается выглядеть уверенно, но ее заметно мотает из стороны в сторону. Она вновь падает на колени.
– Я ничего тебе не должна.
Я, безусловно, могу просто потащить ее силой, но после случившегося это кажется дикостью. Протянув ей руку, я, напрочь позабыв о гордости, выдавливаю из себя совсем непривычные мне слова:
– Я хочу помочь. – Глубоко вдыхаю и разглядываю ее лицо в поисках подсказки.
Мне никогда не составляло труда говорить людям то, что они хотят услышать. Но не в этот раз.
Ее кожа медленно принимает нормальный цвет. Губы, всё ещё синие, приоткрыты, а испуганный распахнутый взгляд заставляет тело покрыться мурашками.
– Я не должен был так с тобой обращаться. Я хочу все исправить, но если мы останемся здесь, то нас расстреляют, и я ничего не смогу сделать, понимаешь?
В ответ – молчание.
– Ты права, я не герой, а простой неудачник, и я бы мог оставить тебя здесь или не вылавливать вовсе. Дай мне шанс спасти нас обоих. – кашляю, прикрыв губы тыльной стороной ладони. Как будто я не создан для того, чтобы выдавить из себя последнее слово. – Пожалуйста.
Приглашающе машу рукой в воздухе. Спустя пару мучительно долгих секунд девушка неуверенно протягивает свою ладонь в ответ. Холодная, но живая. Помогаю Инессе подняться, придерживая за тонкие предплечья. Скрывшись в тени сосен, прислушиваюсь. Пшеничное поле бездвижно, но голоса звучат ближе.
Может, из-за воды?
Собаки легко возьмут наш след по лесу, но если бы мы проплывем по реке и выйдем на берег чуть дальше, то это даст нам больше времени или же вообще собьет собак со следа. Хорошие охотничьи гончие – удел царя и семей Раннсэльв и Муониэльвен. Все они слишком далеко от западных земель.
– Ты не умеешь плавать? – вопрос срывается с моих губ раньше, чем я успеваю его обдумать.
– Нет, я просто решила напиться воды до смерти.
Слишком ехидно для той, кто только что утонул, бубнит Инесса, стуча зубами. Уже заранее жалею о том, что мне приходится сказать.
– Ну, тогда нам придется это повторить.
– Ты псих!
– А ты не оригинальна в своих высказываниях.
Застёгиваю пиджак и поправляю ворот рубахи. Воровка с ужасом следит за каждым моим движением, раззявив рот.
– Я лучше умру, чем снова окажусь в воде.
– Ты умрешь, если нас поймают. Я помогу.
Она не принялась изображать доверие, но и не спорит. Лишь крепче цепляется за мою руку. Мы подходим к берегу, преодолев ивовые заросли. Инесса отрывает полный испуга взгляд от чернеющей водной глади и ее еще синюшные губы искажаются в подобии улыбки. Серебряный свет луны подсвечивает бледное лицо. Теперь Инесса ещё больше походит на призрака.
– Если я сегодня умру, то ты расстроишься?
Вопрос застаёт меня врасплох. Еще хуже то, каким оказывается ответ.
Да. Я расстроюсь. Меня передергивает от одной этой мысли. Скорбь – человеческая слабость. Этому меня усердно учил Волган. И пусть он был дрянным учителем, я ни раз повторял его слова словно молитву: «жалость – непозволительная роскошь даже для царей». Я шептал эти слова на ухо Виндея Воронцова, когда его тело покидала жизнь.
– Нет.
Ложь. Гадкий обман, но лучше он, чем омерзительная правда.
Девчонка улыбается. Последнее, чего ожидаешь в качестве реакции, когда говоришь, что тебе абсолютно плевать на чью-то жизнь.
– Спасибо за честность. Я знаю, ты что-то утаиваешь от остальных. Твои люди шепчутся. Просто сделай то, что хочешь. Может хоть это тебя успокоит.
Ее голос звучит ровно и как-то совсем неподходяще ее потрепанному внешнему виду.
– Надеюсь, ты научишься плавать.
Подхватываю ее на руки забегаю в заводь. Вода сковывает мышцы холодными объятиями. Инесса вцепилась в мою шею, перекрывая кислород.
– Ты ведь не бросишь меня на середине реки?
Отличная идея для бессовестного животного вроде меня. Дергаю ногами и помогаю себе единственной свободной рукой удерживаться на плаву. Вода рябит вокруг, отражая холодный серебристый свет.
– Отличная идея. – повторяю вслух я. Руки Инессы смыкаются над воротником еще крепче, если такое вообще возможно.
– Я не брошу тебя. – Хриплю я в надежде, что она ослабит хватку, но этого не происходит.
За время нашего недолгого путешествия по реке я несколько раз чуть не захлебнулся и не угробил нас. Но вскоре течение усилилось, и воровка заметно забеспокоилась, мешая нам плыть. Мы сошли на берег раньше, чем планировалось. Инесса расслабилась только когда почувствовала ногами твердую землю.
Гляжу на звезды и выуживаю из сырого кармана компас. Его резной корпус украшен драгоценными камнями. Увесистая золотая цепочка закреплена за ремень штанов. Стрелка дергается, показывая на север. Нам нужно идти по лесу, держась восточнее, чтобы выйти к деревне. Убираю его обратно. Кожа на плечах и шее щиплет. Безумная когтистая девка.
– А ты у нас спортсмен.
– Нужно много сил, чтобы убивать людей.
Инесса явно впечатлена моими словами, ибо какое-то время мы просто молча разглядываем друг друга. Ее темные волосы, собранные в две косы, спадают на плечи и заканчивались почти у поясницы. Она дрожит от холода, держа осанку. Это напоминает мне Неву, ее высокопарные манеры, выделяющие ее среди нашего тайного общества.
– Не думаю, что тебе потребовалось много сил, когда ты швырнул меня в воду.
Мне не понадобились силы, как и здравомыслие, когда я это сделал.
– А кто сказал, что ты была первой? У меня много опыта.
Я убийца, который гордится этим. Прекрасно, я становлюсь отцом, которого презираю.
Перед глазами проносится пара размытых силуэтов, что я когда-то утопил. Обычно я предпочитаю использовать оружие, но тогда что-то пошло не так. Наверное. Их лица безвозвратно исчезли из моей памяти. Остались лишь крики и барахтанье, поднимавшее в воздух брызги, предшествовавшие смерти.
– Так то, что о тебе говорят – правда? Все эти люди.
Да. Я убийца. И я делаю это на протяжении почти всей своей жизни. У меня не было иного пути. А если и был, то я проигнорировал его. Предпочел не замечать. Жалею ли я об этом? И да, и нет. Жизнь не делится на черное и белое, она многогранна и в этом-то и проблема. Я не мог бы стать хорошим человеком, но и до зла во плоти мне далеко. Мы все балансируем на грани, упасть с которой невозможно. Просто кренимся от одного к другому в зависимости от ситуации.
– Не исключено. – Уклончиво отвечаю я, надеясь, что этого достаточно. Огибаю стройные березы и пушистые ели. Инесса поспешно идёт за мной. Она ходит слишком громко для такого маленького человека.