Страница 167 из 220
Глава 94 Он любит другую
Мередит специально сравнила Кики с сестрой, чтобы выставить ее в неудачном свете. Услышав это, Кики почувствовала приступ душевной боли.
Дэниэл все это время стоял рядом с Кики. Услышав слова Мередит, он нахмурился.
— Разве не вас с супругом назначили за главных? Если что-то случится с компанией, то только вы сами будете в этом виноваты, — холодно произнес он.
— Ах ты… — Мередит разозлилась и хотела начать ругаться с ним, однако вспомнила, кто перед ней стоял и тут же замолчала.
— Что? — суровым голосом переспросил Дэниэл.
— Я всего лишь погорячилась, — улыбнувшись, начала обрадоваться Мередит. — Дэниэл, у тебя ведь такие связи, может, поможешь нам? Все-таки ты теперь наш родственник, а эта компания принадлежит отцу твоей жены.
Как раз в этот момент дверь в реанимацию открылась, после чего оттуда вышла медсестра. Гарри лежал на больничной койке с закрытыми глазами, а на нос была надета кислородная маска.
— Состояние пациента крайне нестабильно. Настоятельно прошу вас ничем его не тревожить, иначе последствия будут весьма печальны, — произнес его лечащий врач.
— Спасибо, доктор, — чуть ли не плача, произнесла Лора, безостановочно кивая головой.
Кики вместе с матерью вошли в палату. Мередит тоже прошла за ними, а Дэниэл остался снаружи, потому что ему как раз кто-то позвонил.
Глядя на отца, который крепко спал, Кики вдруг стало немного грустно. За совсем короткий промежуток времени он стал совсем седым, а на его лице появилось множество новых морщин. Раньше он всегда казался ей очень красивым. Почему же он так внезапно поменялся? В последние годы Гарри Бэнкс перенес слишком много страданий. Но в какой момент в это началось? Наверное, в тот день, когда Мэри посадили в тюрьму. Тогда он постарел буквально за одну ночь.
— Братец молодец, справился, — вздохнула Мередит. — Правда не знаю, как долго он будет восстанавливаться теперь. Возможно, он окончательно придёт в себя, лишь только когда Мэри выйдет на свободу.
Кики молчала. Хоть она и не хотела этого признавать, однако понимала, что Мередит была права. Отец очень любил Мэри и всегда за нее переживал. Если бы она сейчас была здесь, то он был бы чрезмерно счастлив и тогда вообще не оказался бы на больничной койке.
— Мам, раз с отцом все в порядке, тогда я пошла, — произнесла Кики, потому что боялась, что отец начнётся злиться, когда увидит ее, поэтому решила, что будет лучше, если она уйдёт до того момента, когда он очнётся.
Услышав это, Лора тоже почувствовала тяжесть на душе. Она и сама поняла, о чем в тот момент думала ее дочь. За двадцать с лишним лет они с отцом все время игнорировали ее чувства.
— Как забавно. Он еще даже не пришел в себя, а его дочь уже хочет поскорее уйти. Если бы здесь была Мэри, то она ни за что не вела бы себя так жестоко, — с насмешкой произнесла Мередит.
Кики решила не обращать внимание на ее язвительные замечания и тем более не тратить время на объяснения, поэтому притворилась, будто не услышала этого.
— У меня еще есть дела, я пошла, — произнесла Кики.
Она боялась, что если останется в палате хоть еще на минуту, то не сможет больше сдерживать своих эмоций, поэтому решила поспешно уйти оттуда. Выйдя из палаты и собираясь спускаться вниз, она заметила Дэниэла, который стоял лицом к окну и выглядел крайне озабоченно. Кики собиралась уже подойти к нему, как вдруг до нее долетели обрывки его телефонного разговора.
— Разве это возможно? Как ее можно полюбить? — произнес Дэниэл.
Эти слова причинили Кики сильнейшую боль
Дэниэл любил только одну девушку. И этой девушкой могла быть только Мэри, а никак не Кики. Было очень тяжело слышать от собственного мужа, что он любит не ее… На ее месте у любого другого человека уже бы случилась истерика, однако Кики сохраняла невозмутимый вид. Она лишь крепко сжала руки в кулаки и, развернувшись, ушла. Дэниэл все это время стоял лицом к окну и даже не знал, что только что к нему подходила Кики. Он разговаривал по телефону с Генри. Взглянув на экран телефона, он решил, будто у друга какое-то срочное к нему дело, поэтому ответил на звонок. Однако, оказалось, что Генри позвонил лишь для того, чтобы поболтать и задать Дэниэлу вопрос о том, правда ли, он полюбил свою жену.
Дэниэл подсознательно все отрицал, однако не мог поделиться своими мыслями с другом, потому что стыдился этого.
— А вообще я очень рад за тебя. Все удачно вышло, ведь у тебя уже есть любимая, — произнес Генри, имея в виду Мэри, ведь он знал всю историю их романа.
Дэниэл нахмурился и почувствовал раздражение. Он не хотел вспоминать Мэри, однако другие все время напоминали ему о ней. Неужели он правда может вычеркнуть из памяти свое любовное безумие прошлых лет и забыть о тех клятвах, что они давали друг другу, признаваясь в вечной любви? Кто бы мог подумать, что однажды из-за этой истории Дэниэл начнет испытывать сильнейшие душевные переживания.
— Ладно. Встретимся, когда вернёшься на родину. Я кладу трубку, — внезапно вспомнив о Кики, произнес Дэниэл и отключился.
Затем он позвонил ей, однако никто не брал трубку. Тогда Дэниэл решил, что она все еще находится в палате у отца, поэтому ей просто неудобно отвечать на звонок, и прямиком отправился туда.
Дверь в палату была не запрета. Как только он вошёл, раздался голос Лоры.
— Дэниэл, разве ты не уехал вместе с Кики? Она уже ушла. Я думала, вы с ней вместе, — произнесла она.
Услышав это, Дэниэл разозлился из-за того, что Кики уже ушла без него.
— Ладно, тогда я пойду, — сказав это, Дэниэл вышел из палаты и снова набрал номер Кики, однако она по-прежнему не брала трубку.
Начав беспокоиться, он решил позвонить Алексу и попросить его отыскать местоположение Кики, однако внезапно столкнулся с ней внизу. Она сидела на скамье в коридоре. Увидев Дэниэла, она медленно поднялась и молча уставилась на него.
— Я тебе звонил, почему ты не брала трубку? И почему ты вообще ушла одна, не дождавшись меня? — холодно произнес Дэниэл.
Услышав это, Кики немного опешила и вытащила телефон из сумочки.
— У меня был включён беззвучный режим, я не слышала твоего звонка, — ответила Кики.
Это объяснение звучало довольно правдоподобно. Даже такой умный человек, как Дэниэл, не смог бы к ней придраться.
— Кики, если снова поставишь телефон на беззвучный режим, тогда я его выброшу, — с нарочитой злостью в голосе произнес он.
— Угу, — одним словом ответила ему Кики.
Дэниэл сразу же заметил, что Кики была не в настроении и выглядела очень слабой.
— Что случилось? Почему ты такая грустная? Теперь с отцом все будет в порядке, не нужно так переживать, — произнес он, подумав, что Кики грустила из-за отца.
— Угу, я знаю. Благодарю за то, что привёз меня в больницу, — ответила она, тяжело вздохнув.
Ее формальное обращение немного расстроило Дэниэла.
— Разве тебе нужно еще благодарить меня за это? — с серьёзным видом спросил он.
Без каких-либо причин Кики вдруг почувствовала невероятную усталость, ощущая внутреннее изнеможение. Все ее тело вдруг онемело и, казалось, что она вот-вот упадёт.
Она видела, что в последнее время Дэниэл сильно изменился, однако даже не хотела думать о причинах этих внезапных изменений. Она не хотела тешить себя ложными надеждами, потому что знала, что в будущем будет страдать из-за этого еще больше. Кики хотела просто убежать от этого всего, потому что уже устала страдать.