Страница 43 из 69
Птилаки поспешно расступились от места падения несостоявшейся ХакКани.
Царица почувствовала вкус их отвращения к ней.
Она знала, что они знают, куда пропадали Низшие.
А ПиткКарРу не знал?
Очередной новый вкус во рту. Разочарование.
Он либо так туп, что не видит, что происходит у него под носом, либо ему совершенно плевать, с кем спариваться. Ладно, крон с ним, со спариванием! Кого делать Второй!
ТелЛани схватили ГерРу, обездвиживая.
КирРа повернулась к ПиткКарРу и зашипела. Вмещая в этот звук всё своё негодование, ярость, отвращение, разочарование.
- Ты не имеешь права указывать мне, с кем спариваться, – зашипел он в ответ.
- Ты совершенно прав, - тихо отозвалась она, с ярко выраженными шипящими от едва сдерживаемого гнева. – Но вот что касается статуса ХакКани – вынуждена не согласиться. Я не просто член Стаи. Я – Царица птилаков. Я – Посланница Богини. Я – Возрождающая. Я – Мать будущего Птилаков. И ни одна ХакКани не станет ею без моего на то одобрения. Более того, Статуса Второй более не может существовать. Только Четвертая. Царь, Царица, Матери, помнишь, ПиткКарРу?
Глаза Царя полыхнули яростью.
Повелитель авантюриновых земель опять собирается драться. А потом он захочет КирРу так же, как до этого её?
Омерзение, которое КирРа испытала при этой мысли, заставило Владыку выпалить первое, что пришло на ум:
- Хорошо. Я оспариваю статус ХакКани, вызывая её на поединок.
Изумление нейтрализовало ярость Царя.
КирРакКанУа повернулась к ГерРе.
Та ликовала.
Идиотка! Она уверена, что победит.
«Такая же тупая, как и её Царь!».
Они стоят друг друга.
ТелЛани отпустили бывшую ХакКани, отлетев на безопасное расстояние.
Владыка подняла правую руку.
Гробовую тишину огромной площади, нарушил дикий вопль слишком самонадеянной самки птилака.
Её кожа пузырится и плавится под палящим лучом солнечного света из ладони Владыки.
Царица планировала её медленно сжечь, но вдруг стало настолько всё равно.
Вместе с солнечным светом, вырвавшимся из её ладони, КирРу покинули совершенно все эмоции разом.
Оставив лишь пустоту.
Она опустила длань.
- Убирайся из авантюриновой цепи и больше никогда не возвращайся, - произнесла Царица бесцветным голосом и повернулась к ПиткКарРу.
В его взгляде застыл ужас и… желание.
Во рту КирРы появился новый привкус чего-то невероятно кислого.
- Ты, - сказала она, вздрогнув от отвращения. – Никогда больше ко мне не прикоснешься!
Она собиралась улететь, но вновь обратила взор на Царя птилаков.
- Богиня отдала тебе в руки самого Владыку Небес. А ты не перестаёшь воспринимать меня лишь как средство для продолжения рода. Я – Владыка Небес! Я Мать и Царица птилаков! Посланница Богини! И отныне ты будешь считаться со мной, как с равной, ПиткКарРу!
«Или умрешь», - спокойно подумала она, удаляясь.
Глаза ПиткКарРу полыхнули яростью.
Как с равной?
Он дал ей больше, чем кому бы то ни было!
Глава 25. Спутница (изменена 12,01. Исправленное жирным шрифтом)
КирРа не знала, сколько летела, не замечая ничего вокруг. Погруженная в свои мысли.
Устав, она приземлилась на ближайший алтан с резными балюстрадами.
Едва её ноги коснулись его, подчиняясь её воле, на нём расцвела огромная белоснежная лилия. Настолько огромная, что прекрасно вместила внутри себя Владыку Небес.
Странно. Ей раньше совершенно не нравились лилии. Она любила каллы.
«Больше нет», - ответила она собственным мыслям.
Теперь они кажутся ей слишком примитивными и простыми.
******
Ночь уже вступила в свои права.
Шкр՚Ран давно наблюдала за своей Царицей с крыши соседнего здания.
Она была совершенна, непостижима, прекрасна, и теперь всё стало на свои места.
«Владыка Небес, - вновь восхищённо протянула она про себя. - Все это время…».
Царица чуть сменила позу, восседая на огромной белоснежной лилии. Взгляд её так и не оторвался от созерцания звёзд.
«О чём она думала сейчас?».
Волна иссиня чёрных волос, словно являющихся частью либо продолжением ночного небосвода, скользнула по плечу Владыки. Упав на белоснежную лилию.
«Такой контраст. Такое совершенство. Она создана, чтобы ей поклонялись. Умирали за неё».
Шкр՚Ран встряхнула головой, пытаясь избавиться от наваждения. Так случалось каждый раз, когда она долго смотрела на Царицу, зачарованная её красотой.
Если она и дальше будет так сидеть, то точно не решит ся.
Шкр՚Ран взмахнула крыльями.
Двое ТелЛани сидели на крыше над облюбованным балконом-алтаном. Двое - под ним.
Шкр՚Ран знала, что они её не остановят. Хранители Царицы не видели в ней угрозы.
- Моя Царица, Мать, Владыка, Посланница, - припала на колено Лазутчица, приземлившись на просторном балконе с огромной лилией.
- Прежнего обращения достаточно, - отозвалась Царица, даже не взглянув на новоприбывшую.
Шкр՚Ран с трудом сглотнула.
Она чувствовала, что именно она в ответе за всё, что случилось.
Если бы она не обратилась к Царице...
Владыка тяжело вздохнула.
- В чем ты чувствуешь свою вину, Шкр՚Ран? – спросила КирРакКанУа.
- Вы ведь это несерьезно? – ответила Лазутчица вопросом на вопрос.
- Ты о чем?
- Что Ваше Величество и Царь больше никогда…
Шкр՚Ран опустила глаза, как только Царица-Мать повернулась взглянуть на неё.
- Ведь тогда больше не будет Матерей, - рискнула она продолжать.
Владыка горько рассмеялась. Смех становился громче и громче. Заливистее, истеричнее.
«Какой-то неправильный», - осмелилась Лазутчица поднять недоумевающий взгляд.
В непостижимых глазах Владыки Небес дрожали слезы.
- Я уж было подумала, что твоя тревога связана с моей жалкой персоной, - произнесла Царица. – Но куда там. Никому нет дела до меня. Всех волнует лишь то, что я могу дать. Всех! Кроме ТелЛани. Убирайся.
- Моя Царица, - раскаялась в своих словах и помыслах Лазутчица, осознавая правоту произнесённых слов.
- Уходи, - повторила Владыка, отвернувшись.
Шкр՚Ран не посмела ослушаться.
До самого рассвета Царица более не шелохнулась. Беззвучные слезы тонкими ручейками текли по её щекам.
******
КирРа встретила самый прекрасный рассвет в своей короткой жизни.
Начало нового дня.
Начало новой жизни.
Начало новой её.
Владыка потянулась, раскрыв объятия новому дню. Затёкшее тело отозвалось болью.
«Ничто не может стоять на месте, - подумала она. - Жизнь – вечное движение. Не двигаясь, застревая в одном моменте, круговороте мыслей, ситуаций, мы сами себе причиняем боль…».
Первые солнечные лучи, открывали Владыке великолепие авантюринового города.
Она с восторгом поглощала то, что видела. Подмечая сходство камня с ночным звёздным небом. Будучи гораздо богаче разнообразием красок, их сплетений и узоров. Плавных или наоборот абсурдных: медно-жёлтый; коричневый с вишнёвым оттенком; золотисто-вишнёвый; розовый; пятнисто-полосчатый вишнёво-белый; белый с золотом; фуксид – минерал, имеющий неоднородный цвет в изумрудно-зелёной гамме из-за наличия в составе слюдяных блёсток таких оттенков. Поблёскивая ночью загадочно и робко, искрясь сияньем днём, крошечные блестящие вкрапления придавали авантюрину волшебства.
Архитектура поражала воображение, не подчиняясь ни одному закону построения.
Город, любое из его возведений, строилось силой воли и любви его создателя. Буквально за мгновения вырастая из недр земли, хранящей в себе залежи авантюринового минерала. Подчиняясь лишь фантазии автора.
Ни несущих стен, не необходимых фундаментов, опор, балок.
Это было волшебство. И его могла разрушить только смерть творца и его наследников.
Где-то замысловатые, кривые, с завитками, башни. Где-то низенькие домики, пещерки, авантюриновые огромные древо-дома. Кто-то создал себе дом-цветок. Другие больше вдохновлялись формами некоего животного. Кого-то больше привлекала абстракция, превращая дом владельца в непостижимое искусство, которое можно разглядывать часами, открывая для себя что-то новое. Много человеческих строений, часто смешанных невероятным образом.