Страница 30 из 108
– Да уж, чего только не увидишь в своей жизни,- подал голос таксист – полноватый, лысый, со щетиной на лице мужчина, когда заметил, куда смотрит его пассажирка.
Она не сразу отреагировала на его слова, а потом переспросила, что он сказал, но тут же и догадалась, о чем шла речь. Поспешно, чтобы не вынуждать человека повторяться, молвила:
– О, я засмотрелась на корабль. Никогда не думала, что возможно создать нечто такое.
– Это еще что!- проговорил таксист.- Это всего лишь корабль, плавающий по океану.
Вот когда человек построит такую же громадину для далеких межзвездных перелетов и отправится в "плавание" по космосу, тогда нам будет можно удивляться по-настоящему.
Тогда в нашем удивлении не будет ничего необычного.
Как только он затронул тему космических полетов, Джинива вспомнила об отце. Он где-то там, в просторах океана под названием Космос. Ей бы пока не думать об этом, не возвращаться к тревожащим душу мыслям, но откуда этому человеку знать, что нужно говорить при ней, а что нет? Злиться на него не имело смысла. И девушка, чтобы не позволять плохому настроению взять верх, чтобы отвлечься, решила продолжить разговор.
– Я читала о нем,- она кивнула в сторону корабля,- однако не получила ни от прочитанного, ни от просмотра фотографий столь сильного впечатления, какое получила сейчас, увидев его.
– Я вас понимаю,- сказал, улыбнувшись, мужчина.- Со мной тоже такое происходило, когда я увидел эту громаду собственными глазами. Я даже не поверил поначалу своему зрению, но он все же был передо мной, реальный и такой большой, что у меня захватило дух! Вот подойдете к нему очень близко, тогда и у вас дух захватит. Его конца не увидите, а в высоту он вам покажется как настоящий небоскреб!
– Вы так говорите, будто удивляетесь тому, что он существует, восхищаетесь им. Но из сказанного вами ранее я поняла, что мы не должны удивляться этому, что человечеству теперь ничего не стоит создавать что-либо подобное.
– Совершенно верно. Не должны. Но мы, тем не менее, удивляемся, поражаемся, восторгаемся. И я в том числе.
– Но почему?
– Почему не должны дивиться этому воплощению научной, технической и дизайнерской мысли человека?
– Да! Почему? Ведь такого раньше не было, и неизвестно, повторится ли когда-то снова.
Таксист снова улыбнулся ей, а затем молвил:
– Мы живем в двадцать первом веке. Близится конец первой его четверти.
Цивилизация достигла таких результатов в науке, технике, искусстве, что любым новым изобретениям и открытиям становится уже как-то неудобно восхищаться. Это восхищение выходит из моды, если можно так выразиться. Мы должны принимать это как данность.
– Интересно.- Джинива подумала про звездолет, "громадину для далеких межзвездных перелетов", как выразился этот человек.
Хоть она и не хотела говорить на тему космоса и звездоплавания, потому что та вызывала тревожные мысли об отце, ей все-таки захотелось довести дело до конца и договорить с таксистом о том, о чем начали говорить. В его словах прослушивалось некоторое противоречие. Джиниве захотелось дать ему знать об этом. Она начала следующим образом:
– Если это так, то почему мы должны будем неравнодушно отнестись к появлению подобного корабля для полетов в космосе? Что-то не сходится, вам так не кажется?
Ведь когда его построят, человечество будет стоять на лестнице своего развития еще выше, нежели в данный момент. Тогда корабли типа "Амбассадора", наверняка, смогут выпускать с такой же легкостью и скоростью, как обычные автомобили.
– Но…- Кажется, таксист был поставлен в тупик. Но чуть позже он все-таки нашел, что сказать.- Звездолет и морской корабль – это совершенно разные вещи. К технике, передвигающейся в пределах одной нашей планеты, мы привыкли давно. А межзвездные полеты больших космических кораблей, летающих на немыслимых скоростях, для нас некоторое время все же будут являться чем-то необычным. Разве нет?
И мужчина, думая, что он выкрутился и достойно ответил собеседнице, бросил на нее короткий взгляд. Опять улыбнулся, но теперь самодовольно. Девушка на это никак не отреагировала. Она лишь хмыкнула, немного помолчала, и, спустя паузу, решительно заявила:
– Нет. Я не согласна. Мне кажется, если мы не должны ничему удивляться сейчас, то в будущем не должны и подавно!
– Ну, как хотите,- вздохнул таксист.- Ваше право так думать. Вы думаете так, а я думаю иначе.
Этот человек Джиниве сразу не понравился. А теперь, разговорившись с ним, она поняла, что лучше немедленно прекратить диалог, дабы не втянуть себя в какой-нибудь спор, из которого выйти победительницей будет крайне сложно. Джин вообще не любила людей, которые постоянно спорили (и не обязательно с ней лично), пытаясь доказать, что они правы, хотя на деле так не оказывалось. Увы, таких типов в мире было предостаточно, и с ними приходилось довольно часто иметь дело. Вот как сейчас.
Автомобиль такси с Кристофером и его приятелями Гарри Белденом и Мерфи Грантом застрял в чудовищной пробке на шоссе, тянувшемся вдоль бухты Джамейка и ведущем прямо к мосту через пролив Рокавей. Отсюда корабля еще не было видно.
Шел тринадцатый час. "Амбассадор" отплывал в 18:00, но парни хотели пораньше оказаться на нем, посмотреть до отплытия свои номера, где им предстояло жить два месяца, попасть на его палубы одними из первых. Они даже не думали, что народ потянется к лайнеру с самого утра, и что тот начнет принимать пассажиров еще до полудня. Хотя чему тут было удивляться? На "Амбассадор" было продано свыше 30 тысяч билетов (остальные несколько тысяч человек, которые доводили это число до четырех десятков, представляли собой обслуживающий персонал и экипаж). Столь большое количество людей быстро посадить на судно было невозможно, ведь каждый из пассажиров проходил паспортный контроль и тщательный досмотр багажа.
– Да, немного мы не рассчитали с дорогой,- заговорил Мерфи после длительного изучения карты города.
– В смысле?- не понял Гарри.
– Надо было выехать другим путем,- сказал Кристофер.
– И лучше было это сделать еще раньше,- закончил мысль первый.
– Так, может, пойдем пешком, прогуляемся?- предложил Гарри.
Мерфи, наконец, сложил карту и усмехнулся:
– Прогуляемся? Если только ты не боишься прогулки длиной в 5,5 миль. Именно столько нас отделяет от Нового порта, если измерять расстояние по дорогам, а не по прямой.
– О, тогда я лучше посижу с вами и подожду!
Кристофер сидел на переднем сидении, все окна в машине были опущены, и свежий ветер трепал им волосы, гуляя легким сквозняком в кабине.
– Чувствую: стоять мы будем долго, ребята,- высказал свое предположение водитель такси.
– Это же Нью-Йорк!- вздохнул Крис.- Чего мы еще ждали?
– Плывете по делу или отдыхать?- спросил таксист.
Никто из парней не был против беседы с ним. На этот раз их вез нормальный водитель, уравновешенный, достаточно опрятно одетый, даже обладающий некоторыми манерами, присущими интеллигентному, высокообразованному человеку. Отчего не поговорить с ним? Не сдыхать же от скуки!
Крис ответил:
– И отдыхать, и делом заниматься.
Гарри, который был немного более разговорчивым, чем Мерфи, сразу добавил:
– Не такая уж там у нас и работа, как может показаться кому-то.- Он бросил беглый взгляд на Катферта.- Наша практика не потребует абсолютно никаких усилий, а потому лично для меня это плавание будет исключительно отдыхом.
– Чем же вы будете заниматься на корабле? Что еще за практика такая, если не секрет?- полюбопытствовал таксист.
– На "Амбассадоре" есть астрономическая обсерватория с восемнадцатифутовым рефлектором,- поведал Крис.- Мы будем в ней работать!
– Небольшая поправочка!- заговорил Мерфи.- Не восемнадцать, а девятнадцать!
– Подожди, так ведь в "Путеводителе по "Амбассадор" указана именно цифра 18.
– Они ошиблись,- уверенно заявил Грант.
– А ты откуда знаешь?
Мерфи достал из кармана рюкзака тонкую книжку маленького формата и объяснил: