Страница 47 из 224
А, вот один из отобранных в мои личные секретари под начало Генерального Секретаря Мордвинова, внушал мне некоторые опасения: генерал Алексеев подогнал мне молодого человека - друга семьи и фактически, выполняющего при нём обязанности адъютанта - хотя и, им не являющимся. Как бы мы с «Моим косым другом», шпионами не обменялись!
ХАХАХА!!!
Однако, нам с Мординовым очень понравился его послужной список.
Прапорщик запаса Сергей Михайлович Крупин, имел блестящее лицейское образование, был одно время чиновником для особых поручений у смоленского губернатора Кобеко, на войну пошёл добровольцем и около года провёл на фронте - причём в строю. После беседы, мнение об нём у меня сложилось самое положительное: знающий офицер, имеющий внешний лоск - но без малейших следов фанфаронства и завышенного самомнения о себе, любимом.
Мы, довольно долго с ним беседовали, об разных вещах – прямой и честный человек, по моему мнению. Ничего не помню про него по «послезнанию», ничего после себя не оставил он в новейшей истории России. Мне удалось спровоцировать Крупина на откровенность и, он – как будто забыв, кто я, пылко произнёс довольно длинную речь:
- Наше общество и наше же правительство – как два разных полюса Земли! Разве, когда было в истории России - когда умное правительство, подало руку народу - в попытке создать страну, подобной которой досель не было в мире?! Ныне же, все упущено – ничего не сделано! Наше правительство не имеет ни творческой программы, ни созидающей власти – а лишь, большую злую волю! Революция, с таким устройством и правительством - абсолютно неизбежна иона будет дика, стихийна и, все мы после неё очень долго будем жить по-свински…
Я встал и зааплодировал стоя:
- БРАВО!!! Брависсимо, Сергей Михайлович!
Он смутился и покраснел:
- Извините, Ваше Величество!
- За что Вас извинять? За правду?! Это, Вы меня извините за то - что в результате моих деяний или бездеяний, в России появилось многие тысячи вот таких вот «Крупининых», как Вы - с такими мыслями… Страшно мне думать о будущем - но и, отрадно осознавать, что не всё ещё потеряно - раз у России такие есть!
- …
- В одном лишь Вы не правы, господин прапорщик,- сделал я ему внушение, строго глядя и прижав палец к кончику его носа,- зарубите себе на носу: настоящий человек никогда не будет «жить по-свински» - ни при каких условиях, а свинья - даже в шелках, бархате и жемчугах всё равно останется грязной свиньёй!
Вторым человеком, отобранным нами с Мордвиновым в мои личные секретари, был поручик Шильке Виктор Сергеевич. Спокойный и ровный, голосом напоминающий по своей монотонности метроном, с феноменальной памятью и умеющий оперировать в уме четырёхзначными цифрами. Он был артиллерийским офицером, но после тяжёлого ранения на полях Галиции в четырнадцатом году, случайно попал в Ставку - ещё к Николаю Николаевичу, где и «несколько» задержался.
***
В конце дня, уже после обеда, по нашему – ужина, сел переписывать письмо Императрице… Однако, помешал мой Генеральный Секретарь: сначала он обрадовал меня, принеся «траншейные» часы – про которые я уже было забыл.
- Где спионерили, господин Генеральный Секретарь? Иль, раскулачили кого?!
- …??? Да, нет - в авиаотряде у лётчиков выменял, Ваше Величество!
Рисунок 35. "Траншейные" часы периода ПМВ.
Часы были английской фирмы «Girard-Perregaux» (кажется, это будущий знаменитый «Rolex»), имели простой кожаный ремешок, незатейливый стальной корпус и защитную «решётку-гриль», предохраняющую стекло. Возможно, для кого-то они выглядели крайне непритязательно… Но, для меня! Примерно такие же, но уже советские, я видел на довоеннойфотографии моего деда – командира Красной Армии, погибшего ещё в августе сорок первого.
Мордвинов, тут же настроение мне испортил, сообщив:
- Генерал-лейтенант Жилинский, Ваше Величество, имел беседу наедине с Воейковым и Мосоловым…
Твою ж… В этой истории, я кажись уже канаю за инженера Брунса - из «Двенадцати стульев», зачмырённого Отцом Фёдором!
- О чём «беседовали» и, с каким результатом?
- Я думаю, их беседа неким образом напоминала мою: сей генерал настойчиво просил посодействовать вашей встрече с представителями союзнического командования. И, смею Вас заверить, Ваше Величество - «результат» также, был несколько удручающим для генерала.
Я тоже был уверен в этих двоих (после моих то, «реорганизаций»!), но сам факт попытки влиять на меня через «фаворитов» меня несколько раздражал и, я долго ворочался, прежде чем уснуть…
******************************************************************************************
[1]Яков Григорьевич Жилинский (15 [27] марта 1853, Михайлов — 1918) — русский генерал от кавалерии, начальник Генштаба (1911-14), в 1914 году варшавский генерал-губернатор и командующий войсками Варшавского военного округа. Считается главным виновником провала Восточно-Прусской наступательной операции, с которой началась Первая мировая война.
[2]Доверие к Кегрессу было велико. Настолько, что начальник дворцовой полиции Герарди в 1907 году разрешил ему носить револьвер во время поездок с царем.
[3]«Мытарства готовящихся в Академию начинались с экзаменов при окружных штабах. Просеивание этих контингентов выражалось такими приблизительными цифрами: держало экзамен при округах 1500 офицеров; в Академию на экзамены являлось 400–550; поступало 140–150; на дополнительный курс (3-й) переходило 100; причислялось к Генеральному штабу 50. То есть, другими словами, от отсеивания оставалось всего 3,3%...», - А.И. Деникин.
[4]«…Затем, каждого поражает оторванность академии от жизни. В то время как все высшие военные школы Европы идут во главе быстро развивающегося военного дела, наша академия как бы замерла в своих отживших неподвижных формах. Офицеров заставляли заучивать переправы на какой-нибудь давно пересохшей речке, запомнить количество баранов и свиней, приходящихся на одну квадратную версту в Галиции, а между тем никто не позаботился познакомить их, хоть в самых общих чертах, с Маньчжурией, где русской армии в действительности пришлось вести войну…», - генерал Мартынов.
Глава 8. Ники – первая кровь.
«Прочитал недавно книгу Зимин: «Двор российских императоров. Энциклопедия жизни и быта. В 2 т. Том 1»: "По принятому в Министерстве двора порядку в конце каждого охотничьего сезона составлялся итоговый список царских трофеев. В этом списке у Николая II наряду с традиционными медведями, зубрами, оленями и волками постоянно присутствовали вороны, бродячие кошки и собаки. Причем в неимоверных количествах. Так, по подсчетам автора, только за шесть лет (1896, 1899, 1900, 1902, 1908, 1911 гг.) царем были застрелены 3786 «бродячих» собак, 6176 «бродячих» кошек и 20 547 ворон."Кошек, сцуко, низабудунипращу! Правильно Юровский его всё-таки шлёпнул. Редкостный пидарас был этот ваш Ники...», - комментарий из Интернета.
С утра, моё раздражение только усилилось. За первым завтраком вся моя «банда» так или иначе - хоть намёком или в иносказательной форме, но пыталась на меня надавить - побуждая пойти на уступки и встретиться с представителями союзников.
В принципе я сам не прочь с союзниками кое о чём перетереть – есть кое-какие идейки, но пока не был готов это сделать.
Да! «Построить» свою Свиту – от престарелого Министра Двора до разжиревшего «буфетчика» и самого распоследнего поварёнка, у меня получилось - просто сказочно легко. Великих князей, тоже - стоило только на них хорошенько поорать… А, вот с генералами как? Не знаю, прежней уверенности уже нет. А, ведь впереди ещё думцы – волчары ещё те, своенравные министры, рвачи-промышленники, прожжённые журналюги и многая, многая, многая… Не считая свою гемофильную «половину» с нашим «лучшим другом» Гришкой.