Страница 2 из 49
...тем более завершающиеся странными фразами о человеке, вышедшем из осколков этого невидимого метеорита…
Так думал Сезонов, задумчиво глядя в иллюминатор. Самолет стремительно сближался с расчищенным от снега посадочным полотном. Солнечный диск пытался прорваться сквозь матово-серое небо, еще не проснувшееся, отягощенное скорыми осадками, которые обещал метеоцентр. В панорамных окнах аэропорта безрадостно отражались облака. Шасси светлого лайнера с красно-синей ливреей готово коснуться полосы.
Это был первый утренний рейс авиакомпании в Омск.
Самолет сел плавно и мягко, однако инерционная сила качнула пассажиров вперед. Борт протолкнуло по полосе на большой скорости. Когда было разрешено покинуть салон, сидевший в центральном ряду у крыла Сезонов пропустил людей, толкавших друг друга в спины ручной кладью, и вышел среди последних пассажиров, коротким движением застегнув форменную куртку и оправив опушку воротника. Вместе с другими он вышел по телетрапу в зону выдачи багажа. Пока производилась разгрузка и начиналась подача габаритных сумок, Сезонов по мобильному телефону отписался, кому был должен, что наконец-то прилетел в Омск. Рейс из Москвы задержали из-за нелетной погоды: над западным округом сибирского города долго ходили тучи, обрушивая на аэропорт обильный мокрый снег. Подхватив свою дорожную сумку, которая среди первых выплыла по ленте, надев меховую шапку, подполковник пересек коридор и через раздвижные двери вышел в терминал внутренних рейсов.
Прямо на выходе среди немногочисленных встречавших стоял высокий лейтенант в зимней униформе, заложив одну ладонь в карман темно-зеленой аляски. В другой руке он держал темную папку на резинке. Сезонов встретился с ним взглядом. Когда он направился к лейтенанту, тот приветственно приложил ладонь к шапке. Сезонов ответил тем же, останавливаясь перед младшим офицером.
- Здравия желаю, товарищ подполковник. Старший лейтенант Анатолий Ка́лдыш. Как долетели? – Офицер быстро указал ладонью на выход из аэропорта и продолжил: – Наша погода зимой не каждого радует: из-за снегов задерживают рейсы. И ваш вот попал в эту цепь.
- Здравствуйте. Да, у вас действительно снежно. В Москве почти неделю не было осадков. Зато в последний раз выпало так много, что до сих пор стаивает. – Сезонов, пропускаемый лейтенантом, толкнул двери на улицу. Тут же подполковника объял утренний, но не жгучий морозец.
- Вы в Омске впервые?
Лейтенант уверенным шагом пересекал площадь по направлению к практически пустой автостоянке. Одна маршрутная «газель» загружала сошедших с недавнего рейса малочисленных пассажиров.
- Да. Ни разу по долгу службы, ни по личным обстоятельствам не удавалось, хотя я знаком с людьми отсюда. – Сезонов обернулся через плечо и посмотрел на здание аэровокзала, слившееся с тяжелым декабрьским небом.
Лейтенант снял блокировку со служебного седана и открыл багажное отделение. Сезонов поставил на дно сумку с портфелем и прошел к переднему пассажирскому креслу. Калдыш сел за руль. Дождавшись, когда подполковник пристегнется, лейтенант протянул ему папку.
- Это лишь немногое из того, с чем вам следует ознакомиться перед тем, как более полно погрузиться в события, – сообщил Калдыш, поворачивая ключ зажигания и пристегиваясь под урчание прогреваемого двигателя. – Вас ведь успели просветить по теме?
- К сожалению, немного, – ответил Сезонов, принимая папку. – Пришлось связаться с... Селивановым, кажется, фамилия?… чтобы он направил по факсу некоторые материалы. И сам пытался что-то отыскать в сети. Практически не было времени вчитываться, всё как-то поверхностно.
- Полковник Селиванов, да, я в его подчинении. А когда сами искали, конечно же, ничего в открытом доступе не нашли?
- Увы, – подполковник качнул головой и снял с папки резинку. – И раз публично ничего не освещено, полагаю, дело секретное.
- Вы действительно единственный в стране, можно сказать, специалист в военном деле по… паранормальному? – произнес лейтенант, внимательно глядя на подполковника.
- Смотря что вы под этим понимаете. И нет, не единственный. Просто… чуть более опытный. – Сезонов несколько помялся, подбирая более или менее подходящее слово, означающее его просвещенность относительно внеземного невероятного в лице ярославских пришельцев.
- Понимаю широко – всё нечеловеческое. Хотя, – Калдыш понизил голос, зачем-то всматриваясь вдаль в лобовое стекло, – когда вы увидите его, точно удивитесь. Все ваши представления о мире порушатся.
Подполковник удивленно и вопросительно посмотрел на лейтенанта. Тот, не взглянув на Сезонова, сменил передачу, вывернул руль и надавил на педаль. Машина плавно выехала с парковки на незагруженную транспортом дорогу.
- Можем сперва заехать в гостиницу? Я оставлю вещи.
- Конечно, я туда и направляюсь. А вы что, хотели сразу с командирами переговорить? – Калдыш вынул из кармана мобильник и нажал на телефонный контакт.
- Была мысль... – вздохнул Сезонов, глядя в окно на непривлекательный зимний пейзаж.
Пока смотреть было не на что: по обе стороны тянулись темные ленты тротуаров, присыпанные прошедшим снегом, пустующие пространства с черными кисточками кустовых ветвей и редкими низкорослыми деревьями со снежными шапками. За бетонными заборами прятались крыши невысоких построек режимных объектов. Километр спустя начался жилой перекресток: по обеим сторонам появлялись монолитно-кирпичные многоэтажки и серые панельки с магазинами на первых этажах. Быстро возникло и тут же осталось позади старое здание аэровокзала с огороженным за ним пустырем. Машина выехала на длинное шоссе.
Глядя на дорогу, лейтенант, по-видимому, общался со своим командиром: сообщил о встрече московского офицера, которого в данный момент везет до гостиницы.
- У вас будет сегодня возможность встретиться с полковником? Он очень ждет встречи, – сообщил Калдыш, завершив вызов и убирая телефон обратно в карман.
- Да, конечно. Я готов даже сразу, как заселюсь.
- Даже не отдохнете с дороги?
- Чем раньше возьмусь за дело, тем лучше. Только бы позавтракал. – Сезонов опустил лицо и наконец раскрыл папку. Лейтенант увидел его движение.
- При гостинице есть ресторан, – сказал он и перешел к важным деталям: –Если вкратце, возвращаясь к главному вопросу, то первый раз его, нашего пришлого из другого мира гостя, увидели год назад, в ноябре, под Новосибирском.
- В ноябре... – задумчиво повторил Сезонов.
- Всё так. Сперва была вспышка в небе над рекой, что-то мелькнуло и тут же исчезло. Двое пенсионеров-рыбаков нашли его. Вернее, он сам вышел к ним. По их словам, он был будто измучен, избит. Дедки отвезли его к местному фельдшеру, тот помог транспортировать до Новосибирска. Там его положили в больничку на долгое обследование. И когда стали брать анализы, планировать скрининг и операции, медики поняли, что не с простым человеком имеют дело. Даже с нечеловеком. Этот, привезенный пенсионерами, в сознание долго не приходил, но и умирать тоже не спешил. Летаргия ли, кома – непонятно. Главврач обратился к местным военным: случай, мол, в его больнице паршивый, потрясающий и потрясающе паршивый: внешне человек, внутри – не совсем человек наш, земной. В общем, всполошились все: и прокуратура, и следственный, и безопасники.
Автомобиль беспрепятственно катил по свободной полосе вдоль длинного поля, мимо темных стволов придорожных низкорослых деревьев и кустарников. «И человек – и нет...», пронеслось в голове подполковника. Страшные чудеса какие-то.
- Почему врач обратился именно к военным? Не в региональный минздрав хотя бы для начала? – Сезонов посмотрел на лейтенанта, подняв взгляд с копии длинного медицинского эпикриза, сплошь усеянного знаками вопроса и двойными подчеркиваниями.
- Потому что насмотрелся западных фильмов, где обо всех невероятных вещах докладывается спецслужбам, которые в силу норм о тайне могут контролировать процесс распространения информации о нечто подобно странном, – ответил Калдыш, пропуская вперед микроавтобус. – В общем, главврач этот наказал всему персоналу, всем работникам, кто стал свидетелем нахождения этого чуда природы в больничных стенах, не выносить информацию за пределы здания помимо его разрешения. Сам он, как я говорил, пригласил силовых. Те жутко заинтересовались данным событием и хотели этого инопланетного товарища забрать к себе для выяснения и изучения всех мистических обстоятельств его появления у нас. Конечно, когда этот пришелец поправится. С новосибирским управлением службы безопасности у нас естественно были контакты, – кивнул лейтенант, – и оно не выявило ничего несанкционированного, поскольку так называемый в отчетах «исследуемый объект» не обладал международными и российскими критериями причинения угроз безопасности.