Страница 60 из 103
— Статическое электричество от ваших усов, наверно, — не совсем уверенно заявил я. Тогда я был в форме красавчика, а потому без иммунитета. И это привело к небольшому ожогу на плече, пусть тот и быстро зажил.
Тц, а ведь я просто попросил подсказать адекватную среди них.
Эх…
Число посетивших меня оказалось свыше полутора сотен. Несколько были уже замужем, но без пробуждённого дара.
Одна оказалась вдовой.
Плюс свыше заявленного числа этот полоумный привёз трёх грудничков, родившихся за последние месяцы.
Сначала я даже не думал их пробуждать. Но мать каждой настояла.
Ну, это им возиться с ними, а кто я такой, чтобы отказываться от десятков тысяч рублей?
25 декабря я знал точно, что Людмила и особенно Лиза выделялись.
Дар или первая способность большинства были не такими уж выдающимися.
Исключений было восемь. Среди них приехавшая сюда Мария Кощеева. Моя служанка была отпущена сюда, но я быстро поговорил с ней и отпустил.
Странно, она никак не отреагировала на меня, хотя обычно даже под маской могла понять, что я это я. Даже двуличие раскусила.
Секунду, а что с моим запахом не так? Надо потом будет узнать у одной из нюхачек.
Чем сильнее дар, тем вздорнее были барышни.
Провоцировал я их при помощи простого отношения:
— Выполните десять приседаний, потом покружитесь на месте, выполните ещё один подход, после чего скажите «мяу», — произносил я явный бред.
Часть начинала возмущаться, часть нет.
С детьми такого не сделать, да и характер не понять.
А вот среди тех, кто был старше пяти лет, не возмутилась только одна незнакомая мне ранее:
— Слушаюсь, — произносила Вероника Красносолнцева и выполняла требуемое.
— Спой песенку Мэдмакса о грустной доле негров, — после обычной программы приказал я двенадцатилетней девочке, дар которой пока не был пробуждён.
— Слушаюсь. Помыслы мои черны, я призываю кости, черепа! Полюбись мне ты, «белокурая коса», я не признаю это ни-ког-да! — пропела девочка достаточно красиво.
— Не та песня. Я про «чёрная корова, чёрненький медведь, а я тоже тёмненький как бы человек».
— Я не считала эту песню грустной, он же хвастался! У него столько друзей: кости-черепа, чёрные корова и медведь. Всё же спеть? — немного удивлённо произнесла девчонка.
— Нет. В твоём деле написано, что из-за отсутствия дара при попытке пробудить тебя с 6 лет, тебя отдали на боевые искусства, а потом ты поступила в курсантский корпус. Так? Отвечай да или нет.
— Так точ… да.
— Доведи себя физически до максимального истощения, пока я буду занят другими. Бегай, прыгай, борись, потом будем тебя пробуждать.
— Слушаюсь.
— Да или нет, говори по-человечески.
—…
— Ладно, «слушаюсь» тоже подойдёт. Иди. От того, насколько ты устанешь, зависит удача. Но обязательно пей воду. И позови следующую.
Блин. Вот будь у неё сильный дар, без сомнений я бы выбрал именно её.
Среди принцессок и вздорных барышень, даже не знающих о своём отце ничего и только получающих деньги на содержание, эта курсантка была интересным исключением.
Аристократка, ещё в детстве сама попросилась прекратить таскать её по пробуждениям и дать псевдоним для жизни без магии.
Во многом она обычная девчонка, но характер есть. Я бы даже сказал: стержень. Но это только первое впечатление.
Когда она вернулась через три часа, то была потной, но с уверенным взглядом. Но что-то меня смущало.
— У тебя что-то болит? — спросил я, и опустился вниз, смотря за её ногой, на которую девчонка старалась рефлекторно не наступать.
— Никак… нет! — ответила Вероника.
— Лгать не стоит, очи чёрные! — пробормотал я. Мир тут же стал чёрно-белым, а ткань из естественного материала стала прозрачной, словно некромантская. — Не натёрла, подвернула? Честно ответь!
— Так… да.
— Вот зелье, скажи людям своего отца свозить тебя в магазин и купить обувь по ноге. Эти тебе малы. Нельзя такое носить, нужно заботиться о своём здоровье.
—…
— Всё, иди. Я сказал выпить зелье. Можно втереть, но это будет очень больно.
— Слушаюсь.
Она вышла, а ко мне зашла очередная надменная особа.
Требовалось пробуждение, но ко мне относились как к прислуге в плохом смысле слова.
Ну, это было хорошо для смотрин.
Вероника небольшим фактом с молчанкой разрушила мою надежду, что она нормальная.
Жаль.
Поздним вечером последней была знакомая мне особа.
В комнату вошла Людмила.
— Выполните десять приседаний, потом покружитесь на месте, выполните ещё один подход, после чего скажите «мяу», — произнёс я в ожидании отказа от двадцатилетней барышни. Эталона вздорности и сумасбродства, которую позже переплюнула Лизонька.
— Хорошо, — неожиданно заявила девушка.
Она была в спортивной обуви, белом пышном, но лёгком платье, но при этом волосы собраны в удобную причёску для физических упражнений.
Странный наряд для магического обследования.
Аист устроил какую-то подставу или слив данных?
— Возьми скакалку, пройди в соседнюю комнату и прыгай, пока не устанешь, потом можешь передохнуть. Через час зайди, проведём небольшую процедуру. Вода там, на столе, — отдал я приказ.
— Ладно, — как-то слишком уверенно согласилась чемпионка страны по спортивным волшебным дуэлям, взяла инвентарь, коего я притащил с собой море, и отправилась за стену, прикрытую прозрачной шторкой из естественного материала.
Благодаря чёрным очам я мог видеть, что она не отлынивает. Моргнул и отменил.
Можно было просто слушать, этого было достаточно.
Примерно через полчаса пока я медитировал, сюда вернулась Вероника.
Девчонка была в другом спортивном костюме из дышащего материала, в новой обуви, а так же, похоже, приняла душ.
— Вот скакалка, можешь пройти в соседнюю комнату и прыгать, а можешь вернуться к бегу. Задача та же самая: пик усталости, через который доползти ко мне, — скомандовал я.
Раз уж она не пробудилась под наблюдением настоящих профи, в том числе Бейкоровьева, это признак проблемности.
Однако интересно, а почему Аист не привозил её к нам, когда мы помогали Крови Лады? Я её точно не помню, но в данный срок в деле есть свидетельство, что она прошла недельный период процедур в Мурманске у А. П. Жарптицевой.
Я по памяти вбил номер без международного кода на планшете и стал ждать.
— Что? — раздражённо ответил голос.
— Милый, что там? — раздалось где-то на заднем плане.