Страница 10 из 28
— Много думаешь и много анализируешь, — чистокровный отошёл на три шага, давая ученику пространство для атаки. — Ты ситх или телохранитель очередного дипломата? Прекрати пялиться на мечи!
Сложнее всего было подчинить страх. Он настойчиво лез в голову, шепча, что если не концентрироваться, то чистокровный просто закончит бой за секунды. Лезвие меча Даэра рассекало воздух в считанных сантиметрах от тела, слепя ярким пламенем максимума мощности. Такой спарринг мог закончиться не меньшими увечьями, чем настоящая дуэль.
— Я могу убить тебя в любой момент, так к чему бояться неизбежного? — Даэр опять перешёл в нападение, безошибочно считывая настроение ученика.
— Страх питает мощью, — Харсин провёл неожиданную контратаку, отклонив меч соперника так сильно, что лезвие оставило горелую полосу на полу площадки. Даэра заинтриговало.
— Страх — слабый компаньон, — глаза повелителя блеснули алым огнём, когда он обрушил на ученика последовательность тяжёлых и размашистых ударов. — Страх — удел отчаявшихся, — обороняться стало сложно, и Харсин начал отступать к стене. — Загнанных в угол детей, — вторая серия далась ещё труднее. Одновременно с попытками защититься он понял, что Даэр воспроизводит ту же ситуацию, что в прошлый раз закончилась неделями лечения. — Страх ещё ни разу не позволил тебе победить. Но что придало сил?
Выстоять под яростной бурей атак помог лишь собранный по капле и переплавленный в Силу гнев. Харсин черпал его отовсюду: из высокомерно-жестокого взгляда мастера, из ноющей боли, всё ещё пронзающей грудную клетку, из воспоминаний о всех несправедливо понесённых наказаниях и издёвках. Из воспоминаний о своём поражении и милости, которую эта надменная чистокровка решила ему оказать. Которую пришлось оказать.
Гнев наполнил до краёв, и тогда ясно вспомнилось чувство, испытанное в тот момент, когда сил бояться уже не осталось. Ответ пришёл сам.
Ненависть.
Вернуть преимущество не составило труда, ведь Сила, хоть и нестерпимо жгла изнутри, требуя освободить весь её потенциал, поддавалась контролю куда лучше, чем тогда. Полагаясь на неё, маневрировать стало легче. Выученные движения интуитивно складывались в цепи атакующих и защитных приёмов. Бой быстро вернулся в центр, а неудачное парирование Даэра, чуть не оставившее повелителя без руки, значительно подстегнуло. Как оказалось — обоих. Потоки Силы незамедлительно потянули Харсина вверх, сжимая тело так, что кровь переставала бежать и кости затрещали уже отчётливее. Силы покинули вместе с кислородом, в глазах начало темнеть.
Повелитель выпустил ученика из захвата. Харсин не слишком грациозно рухнул на землю, пытаясь отдышаться.
— По крайней мере, ты обучаем, — бесстрастно заключил Даэр, вернувшись к дроиду-слуге и приняв из его манипуляторов мантию. — Однако не забывай, что написано в трактатах куда более умными людьми, чем ты. Мощь Тёмной стороны безбрежна, но у всего есть цена. Если не сможешь подчинить предлагаемую ею силу — она уничтожит тебя. Чувствуй предел и не трать ярость на недостойных её.
Обычно Даэр никогда не выглядел утомлённым или хотя бы чуточку уставшим. Харсин же едва ли не выползал с площадки на четвереньках. Мастер никогда не бился вполсилы и никогда не переживал, останется ли его ученик в живых после атаки. Каждый бой шёл на грани, но не был наказанием. Право на поединок Харсин получал, когда был успешен в поручениях. К сожалению, в картине мира Даэра это случалось реже, чем в его собственной.
За несколько месяцев ученик выполнил не меньше сотни поручений. Исправлял огрехи разведки, участвовал в диверсиях и командовал небольшими отрядами на земле; пилотировал истребители, канонерки, пару раз — эвакуационные шаттлы (ладно, стоило признать, он это заслужил). Повелитель больше использовал его как рабочую силу, чем действительно прививал какие-то навыки, однако мало кто из мастеров-ситхов решался взращивать себе неизбежную замену. Исполнительность и терпение — всё, что Харсину было нужно на текущем этапе.
Сегодня он с нескрываемым удовольствием отметил, что лорд Даэр дышит тяжелее обычного. Бой заставил мастера приложить усилия. Значит, рано или поздно они сравняются в силе. И титул лорда будет не за горами.
Остаток дня Харсин проводил снаружи, в саду. «Двенадцать шагов по полю боя» за авторством Пилата Фетта не скрасила бы никакая другая обстановка, и не только потому, что мандалорский генерал являлся посредственным литератором. Тысяча четыреста пятнадцать ветхих страниц, записанных корявым общим, были настоящей философской пыткой. Харсин предпочел бы молнии Силы. Применять наказание этим талмудом в отношении живого человека — верх жестокости, даже для лорда ситхов. Но победоносно ухмыляться, наверное, стоило после того, как Даэр уйдёт с тренировочной площадки.
— Йон дошёл до триста восемьдесят пятой, — весёлый женский голос оторвал его от созерцания батальной сцены на форзаце. — Сказал тогда повелителю, что лучше выбросится из окна, чем ещё раз к ней прикоснётся. Угадай, на кого потом весь остеовосстановитель ушёл.
Харсин отложил книгу и поднял взгляд. Потревожившей персоной оказалась смуглая темноглазая девушка, одетая в белую униформу с гербом Даэра. Кто-то из сотрудников медблока, по всей видимости. В руках у неё был небольшой пакет, и исходивший от него запах свежей выпечки выветрил последние мысли о генерале Фетте.
— Гила, — незамедлительно представилась незнакомка. — Зашла на кухню за обедом, а там две тви’лечки из-за него чуть не подрались, — она тряхнула пакетом. — Точнее, из-за того, кто его понесёт, поэтому я под шумок прихватила, пока их управляющий не высек.
— Я их уже сам готов высечь, — Харсин тяжело вздохнул, забирая трофейный пакет из её рук. Времени он тут собрался провести достаточно, и небольшой перерыв был кстати. Гила показалась дружелюбной, поэтому невольно последовало откровенное признание: — Они очень настойчивые.
— Конечно, попробуй-ка наказать любимицу господина, — пожала она плечами, не скрыв улыбки. — Они ко всем липнут. Может, гормоны какие их инопланетные. В любом случае, приятно познакомиться, — девушка коротко кивнула, и это, пожалуй, было единственное проявление почтительности. — А теперь прошу извинить, у меня пятнадцать минут до конца обеда.
— Ага, иди, — пробурчал он в спину странному болтливому урагану.
Долго Харсину сидеть не пришлось. Когда над головой прогудел заходящий на посадку имперский шаттл, ученик понял, что вызов мастера — вопрос времени. Голокомм подтвердил его догадку буквально через десять минут.
— Немедленно сюда, — грозно приказал повелитель и тут же оборвал связь.
В приёмной Даэра было непривычно много народу. Помимо мастера присутствовал ещё один чистокровный ситх в чёрной робе, которую обычно носили инквизиторы, и парень чуть младше самого Харсина с характерной нулевой стрижкой вчерашнего выпускника. Незнакомый лорд выглядел свирепым и довольно могущественным: глазницы его почернели, радужки окрасились кровью. Одежды были богаты, но лишены всякой вычурности. Из украшений повелитель носил лишь пару серебряных колец на отростках. Контраст с утончённой роскошью нарядов Даэра выходил значительным. Самого чистокровного Харсин раньше не видел, а вот унылую рожу за его спиной узнал сразу.
— Мастер. Милорд, — ученик вежливо поклонился. Спутник ситха сверкнул глазами. Кажется, узнал его тоже.
— Лорд Виндикан, — коротко представил повелителя Даэр. — И его безрадостные новости. Пятнадцать часов назад отправленный по моей инициативе дипломатический корабль потерпел крушение в системе Десять Бурь, так и не добравшись до места назначения. Шесть часов назад разведка доложила, что республиканский патрульный флот наткнулся на останки неизвестного судна, и произошло это, как ни странно, в системе Десять Бурь. Ситуация не стоила бы внимания, ведь дипломаты действуют с особой осторожностью, но…
— Система слишком обширна, чтобы списывать всё на случайность, — подхватил Виндикан. — Мы предполагаем измену. Корабль уничтожили и обратили на него внимание Республики. Маловероятно, что из обломков удастся что-то извлечь, но если утечка информации и была целью, мы должны быть уверены, что её не случится.