Страница 82 из 87
Они общались с ним, с большим удовольствием, так как встретить в этой глуши кого-то нового, и такого же интересного собеседника как граф, было делом редким, да и Переславцеву было в удовольствие пообщаться с молодыми магами.
И он навострил уши, когда язвительная Тоня, начала рассказывать, что Влад вместо военной службы рвётся в Терранову. Граф внимательно посмотрел на Владислава и предложил ему покинуть комнату, чтобы выкурить трубку-другую.
— Дело в том, что я тоже собираюсь в Терранову, — сказал Переславцев, когда они вышли в сени. — Давно хотел заняться этими далёкими территориями.
— Зачем? — быстро спросил Владислав.
— Да всё просто. Эти плодородные и богатые земли. Люди там будут плодиться как на дрожжах, а оборонять проще, чем Шибирский тракт. Словом, это даст и денег в казну, и людей в армию. Да и я внакладе не останусь.
Граф Переславцев говорил серьёзно, казалось, он хотел в чём-то убедить юного Замойского. Вот только в чём? А хотя…
— У вас проблемами с магами, для экспедиции? — прямо спросил Владислав.
— Да, — не стал скрывать граф. — Из-за этой войны армия оттянула на себя многих выпускников, а закончив службу, они предпочитают более спокойную жизнь близ столиц или крупных городов. К тому же наши маги почему-то не любят морскую жизнь. Не поверите, для моей поездки в Нигонкок пришлось вербовать магов из южных склавинов и эгалионцев.
— Не понял. Вроде бы до Нигонкока недалеко плыть из Анатолиополя? — недоумённо посмотрел на графа Влад.
— Так надо было, — коротко ответил граф.
До Владислава дошло, что камер-юнкер двора не просто так мотался по океанам и шёл через Грозовое море, а по какому-то секретному императорскому заданию. Вот и сейчас, не так просто он собирается в Терранову, тем более что как сказал Переславцев их корабль примкнёт к первой склавинской кругосветной экспедиции. Какие-то у него там свои дела, вернее, не свои, а государственные. Подумав, Владислав рассказал ему о своей цели путешествия. Чтобы не было никаких недоразумений.
— Знаете, юноша, — после небольших раздумий, ответил граф. — Пожалуй, я помогу вам переселить эту загадочную расу, которая может общаться только мысленно. У меня даже есть на примете небольшой архипелаг, где их можно разместить.
И опять камер-юнкер Переславцев хитрил. По всей видимости, те минуты, что он обдумывал рассказ Замойского, камер-юнкер придумал какой-то план, на благо империи, разумеется, и его лично. Но Владислава это устраивало, и он принял приглашение графа, пообещав, что обязательно свяжется с ним, как только пройдут выпускные экзамены в Киммерийском университете.
— Ну и сама экспедиция, дело нескорое, — кивнул граф. — Мы выйдем не раньше, чем подпишут мирный договор. И вот ещё что. Попросите своих учителей, чтобы они похлопотали о вашем поступлении на статскую службу. Без этого будут некоторые проблемы. Впрочем, ничего не решаемого. Но поверьте, лучше вам будет, если будете на службе.
— Я… — начал Владислав.
— Они знают, что делать, — кивнул граф, прежде чем они вернулись в общую комнату, где оставшиеся опять начали спорить о стратегии и тактике. У Владислава сложилось впечатление, что граф знаком с кем-то из шелта, да и вообще камер-юнкер человек очень непростой. С каким-то секретом. Может быть, он как-то связан с Тайным приказом? Вполне возможно.
Встреча с графом оставила в их душах приятное воспоминание. Они были очень благодарны этому немолодому человеку, за интересный вечер, а также советы, как им лучше двигаться по Шибирскому тракту к Анатолиополю. К тому же советовал обратить внимание на некий старый схрон к западу от Туралакска.
— Говорили, что великий хан Туралак некогда спрятал там свои магические доспехи, впрочем, — граф усмехнулся. — Если там и были какие-то артефакты, то забрали их ещё задолго до строительства Шибирского тракта. Но, само место очень и очень интересное. А магам так вдвойне.
Благословляемые таким напутствием, и очень жалея, что Переславцеву надо в другую сторону они отбыли к Туралакску, чтобы повидаться со своими старыми друзьями. В общем-то, после совместных приключений они так могли их называть.
Найти двух адепток тайного ордена им удалось не сразу. Две женщины не сидели дома и не вышивали, что, в общем-то, и не удивительно. Они путешествовали, по тайге, что-то там изыскивая, то ли для своих будущих работ подбирали какие-то материалы, то ли просто искали старинные сокровища тёмных рас, которых по местным легендам, здесь было по десятку под каждым кустом.
Но это им выяснить не удалось. Девушки хоть и приняли их радостно, и даже соблюли какие-то приличия вроде показа города, но чем занимаются, говорить наотрез отказались. Про схрон, рекомендуемый графом, они, переглянувшись, сказали:
— Сходите. Должно понравиться.
Точно так же они отреагировали на просьбу Тони, подсказать, чем ей стоит заняться после учёбы. Целеская просто показала на Владислава.
— Поезжай с ним. Терранова очень нужное и полезное в нашем деле место. К тому же обещали все вы, нечего заставлять одного Влада отдуваться.
И увидев погрустневшее лицо Антонины, поспешила её успокоить.
— Не переживай ты так. Мы ещё пересечёмся и не раз. Так что успеем поделиться своими секретами.
— А пока, — добавила Ольга. — У вас свои приключения, а у нас свои.
С таким напутствием они и отбыли на восток, к Великому океану, который отделял Фавонию от Террановы. По пути они пережили много интересных приключений, но и замучались так, что Владислав, глядя на океанские воды, в сердцах сказал — обязательно рано или поздно займётся изобретением паровоза. Ибо нельзя так издеваться над людьми, гоняя их по этому проклятому тракту на гужевом транспорте. Только поезд.
— Или бронепоезд, — хмыкнул Саня. — Чтобы в вагонах бойницы, отстреливаться от нападающих со всех стороны местных страхолюдов.
— Работающий на магии, — добавил Роберт, у которого каких-то проблем с перемещением по суше в определённых пределах не было никаких. — Для лучшей экологии и чистого воздуха.
— Смейтесь, смейтесь. Даже ты, Роб, оценишь рано или поздно передвижение поездами, — сказал Владислав.
— Можно подумать, — прижалась к нему Лера. — Влад, ты только долго в этой Терранове не задерживайся, ага? Сделал дело и обратно. А то я скучать буду.
— Не придётся скучать, — перед ними возник Канайя, который на этот раз предстал перед учениками в образе старого солдата. — Там тебе столько заданий напишут, спину не разогнёшь.
— Это да, — согласилась Лера. — Всё это, и паровоз в придачу.
— Паровоз — дело правильное, — кивнул важно Канайя. — Соединение всех стихий в одну, ради движения. Видел я такие в вашем мире, когда они ещё ходили.
Шестеро учеников ожидающе посмотрели на него.
— Ну что дети, — хлопнул он в ладоши. — Практика окончена. И теперь у вас три месяца на подготовку к экзамену.
— Как три? — охнула Тоня. — Должно быть четыре…
— А тот крюк, что мы сделали на западе? — напомнил Тоне Александр.
Антонина надулась и посмотрела на Владислава.
— Кажется, я согласна с тобой, насчёт того, что этому миру нужны паровозы.
Глава 41. Крах Второго альянса
Смерть генералиссимуса Ингварова тяжело отразилась на моральном духе всей Склавинской армии. Командиры, конечно, старались поддерживать бойцов, но это у них не получалось по тем же причинам. Воевать дальше не было возможности, а просить мира и капитуляции унизительно.
Император Феодор III понимал всё это и готовился к тяжёлым решениям, к полномасштабной войне с Нейстрией, невзирая на потери, когда ему принесли предложение Алурии, переданное Максимилианом д’Арно через посланника в Гевершахте.
Получив послание, Феодор III долго и внимательно изучал его, а потом вызвал к себе князя Корнелия Корнелиевича Турлатова, начальника Тайного приказа и Вениамина Бонифатьевича Плещеева главу имперской дипломатии.
Турлатов был высокий и крепко сложённый мужчина, с неопределённого возраста от тридцати до шестидесяти лет, бривший голову налысо, с серо-стальными глазами на лице и полностью отсутствующей мимикой. Этого человека в Склавинской империи и за её пределами боялись и ненавидели. А вошедший вместе с ним Плещеев был полной его противоположностью. Невысокий, как будто неприметный чиновник, но при этом вызывавший огромное уважение, как внутри страны, так и среди иностранцев, наследник старинной фамилии. Они вдвоём изучили послание и посмотрели на императора.