Страница 41 из 87
— Не за что, — улыбнулась она. — Давай, помогу одеть его.
Валерия была самой высокой из девушек, но всё равно меньше Владислава почти на голову, поэтому ей пришлось встать на цыпочки, а ему наклониться, что достать до его лба, куда был и пристроен венец. Когда изумруды оказались аккурат на его висках, что-то щёлкнуло, и в глазах девушки мелькнул испуг.
— Всё в порядке, — успокоил её Влад.
Та улыбнулась и поцеловала его губы. Тоня и Света зафыркали, Роберт присвистнул, а Саня пробормотал себе под нос, что-то вроде: эх, моряк, ты слишком плавал.
— Ну что, поделились впечатлениями, подарили друг другу подарки, теперь можно и к делу? — раздался за их спинами ехидный голос Канайи.
Ученики обернулись и поприветствовали учителя, тот благосклонно кивнул им в ответ и раздвинул деревья так, чтобы они могли пройти. Шестеро пришельцев поспешили в образовавшийся проём, причём Влад придерживал Леру за талию, давая понять, что с поиском новой пассии тянуть не намерен.
До их поляны с постоянно разведённым костром они дошли минут за двадцать, продолжая обмениваться впечатлениями, и обсуждать свои приключения. И лишь когда они заторопились по своим домикам, Канайя хлопнул в ладоши.
— Вы чем слушали? — спросил он, изображая недовольство. — Сейчас подведём итоги вашим скитаниям. Нет, вы, конечно, молодцы, справились с заданием, но напортачили изрядно.
Вздохнув, ученики сложили рюкзаки и уселись на землю, ожидая, что скажет учитель.
— Ну а разве мы что-то сделали не так? — не удержался, разумеется, Влад.
— Значит, начнём с тебя! — обрадовался дух огня, а Света гневно посмотрела на бывшего спутника. — Кинжал императора Оттона достали, молодцы. Хотя и не без труда. Кто сунулся в пещеру с мантикорой не проверив предварительно заклятием, которому вас учил Тахана?
— Но мы вымотались после боя с Арно, — попытался возражать Владислав. — К тому же спешили, опасаясь, что он поймёт, как облажался с переводом и вернётся.
— Кстати, об этом, — Канайя скрестил руки на груди. — И это касается всех. Вступать в бой с матёрым магом, несоизмеримо превосходящим по умениям? Вы о чём думали?
— А они нам оставили выбор? — возмутился Влад. — И д’Арно и барон, и этот Гвидо, все атаковали нас первыми и собирались убить.
— Не собирались, — у костра появилась Лавита. — Если бы алурийцы вас убили, хотя бы одного, то мы получили право разобраться с ними. Алурийцы это знали. Поэтому навязали вам драку, чтобы посмотреть каковы вы в деле и оценить. Да, они ошиблись, думая, что разобраться с вами будет делом простым, и потерпели поражение. Но зато теперь они в курсе, что вы не так просты и обладаете знаниями и умениями неподвластные им.
— Они это и так узнали бы, — Владислав решил не сдаваться. — Алурийцы следили и следят за нами, а ещё за теми ребятами на Альбийских островах. Может быть, поговорим о них?
— Нет, — отрезал Канайя. — Ни о них, не о тех трёх, что наши коллеги готовят в Терранове, и о которых ещё никому не известно, мы говорить не будем. Просто скажу, что сообщившие вам об этом были правы. Мы стараемся не класть все яйца в одну корзину, после катастрофы случившийся в Корнелиополе. Тот провал обошёлся слишком долго этому миру и задержал его в развитии на столетие-полтора. Если бы мы не предприняли экстренных мер, ситуация оказалась куда хуже. Но Алурии мы не собираемся проигрывать, ибо её победа приведёт к катастрофе. Поэтому или её победите вы, или альбийская шестёрка.
— А можно, — подняла руку Тоня, при частичном одобрении Леры. — Чтобы в войну сначала вступили они, и только если у них не получится — мы?
Неизвестно откуда взявшийся Тахана, как будто вылезший из земли, приблизил своё лицо к Антонине.
— Тебе вообще следует забыть про тихую жизнь, пока алурийцы не разгромлены. Ты чем слушала, когда тебе говорили, что больше всего прибывшие из магического мира ненавидят чернокнижников, поскольку были побеждены именно ими?
Антонина растерялась и покраснела.
— Вы поэтому дали мне способности чернокнижницы? Чтобы я не могла соскочить? — чуть не плача спросила она.
Канайя закатил глаза.
— Мы же вам в самом начале объяснили, что нет, мы просто дали вами изначальную силу, а какую она примет форму, и не подозревали, пока она не проявилась в каждом из вас.
Вмешавшаяся в разговор Лавита, пояснила.
— И чтобы к нам больше не было вопросов, почему именно люди из другого мира, знайте. Даже мы не можем предсказать, что случится с вами или вы сделаете, не дальше, чем на месяц вперёд. Раздавая задания, мы только знали, что у вас получится, вы не погибнете и добудете артефакты. Но не более того. Фалькштейна, Целескую и Дейвиса мы не смогли угадать. И это я, одна из сильнейших предсказателей Ойкумены, видящая её развитие на сто лет вперёд. Что же говорить об алурийцах или местных магах? Вы нам нужны только из-за непредсказуемости, из-за того, что ваши действия в Ойкумене никто не сможет просчитать.
Смутившиеся ученики молчали, и Канайя, воспользовавшись ситуацией снова взял в руки разбор их ошибок.
— Вернёмся к нашим баранам. Потому что ошибка с мантикорой была не единственная. Владислав, Светлана. Вы вообще в своём уме — доверились сильному чародею, и сотруднику Имперской Тайной Канцелярии?
— Ну, мы сначала не знали, — смутился Влад. — А потом уже мы с ним и в бою побывали, да и про чародейство узнали, когда приехали к нему, в поместье.
Канайя закатил глаза.
— Нельзя, нельзя быть такими доверчивыми. Ладно, Леопольд фон Фалькштейн, действительно, более или менее, приличный человек, несмотря на свою работу и хорошие отношения с ним пойдут вам на пользу, но не забывайте, что разведчики слишком специфически относятся как к понятиям дружбы, так и к любви с привязанностью. Они это всё используют и весьма активно, как в своих интересах, так и в интересах службы, на которую работают. Со Светланы спрос небольшой, она лекарь, но ты должен об этом помнить всегда.
Наконец, смутившийся Влад согласно кивнул соглашаясь.
— Теперь вы, — Канайя повернулся к Лере с Робом.
— Но вы дали нам самое сложное задание! — возмущённо перебила их Валерия. — Мне и Сане пришлось двигаться по вражеской территории и постоянно вступать в схватку то с таврокефалами, то с ограми, а в конце вообще нас чуть призрак мага не погубил!
— Зато Александр прекрасно отработал свои боевые навыки, а ты смогла понять, как работать в боевой обстановке. Мы вас учим. Так и только так. Давать лёгкое задание боевому магу мы не собирались.
Саня пожал плечами, как будто говоря, что ему всё равно. Выбрался и хорошо. Справился, так ещё лучше.
— Лейтенант флота его королевского величества, действительно приличный человек. Даже оставим в стороне его непростое прошлое, и причины, которые привели его так далеко от моря. И тем не менее я бы просил вас не доверять так первому встречному, не выяснив всех его мотивов. Чтобы не попасть в ситуацию, на которую вас чуть было не поймал барон Шарль д’Альстаф.
Александр и Валерия даже не подумали спорить. Действительно, получилось очень глупо и неудачно. А окажись Дейвис негодяем, или хотя бы таким хитрым жуком, как его прадед, чтобы они делали?
— Но всё это не идёт в сравнение с тем, какую глупость совершили Роберт и Антонина! — воздел руки кверху Канайя.
— А что мы? — испуганно пискнула Тоня.
— Связаться с этой авантюристкой и чернокнижницей, Элигией Целеской! Активной адепткой ордена Иллюминатус Тенербис. Сам орден запрещён во всех государствах Моэнии, а за Целескую в Нейстрии и Кантабрии объявлена награда как за живую, так и за мёртвую.
— Вы сами говорили, что алурийцы ведут охоту на чернокнижников, — смутилась Антонина.
— Да. Вот только награда в Нейстрии за неё была объявлена ещё до революции, и появления алурийцев, а в Кантабрии годом позже, когда они ещё не думали, что станут вассалом Алурии, да и про саму принцессу ничего не знали. В Склавинской империи трижды привлекалась к суду Магической палаты. Спасло её то, что она умеет заметать следы. Это, кстати, помогло ей и в Святой империи Запада, уйти от полиции. А вот в империи турсманов ей не повезло, и она провела год в Орихалковом зиндане. Даже терпение султана в отношении чернокнижников имеет свои пределы. Он не позволяет тёмным магам убивать своих подданных. Потом её выкупили соратники по ордену. Но ещё год она провела, общаясь с целителями. Турсманы ей вырвали ноздри и отрезали кончик языка. Поэтому она говорит с такими шипящими интонациями, хотя язык ей восстановили полностью.