Страница 6 из 45
– Войдите. – Она встала с диванчика, отложив в сторону маленькую книжицу по восточной моде. – Мистер Марш, какая неожиданная радость! И так рано! Вы действительно человек большой энергии.
– Ба! Еще слишком ранний час для комплиментов и лжи. – Марш схватился за шляпу. Напряжение в его пальцах соответствовало напряженному выражению лица. Это был крупный человек с узким лицом, что говорило о его безжалостном характере. Одетый в черное, как владелец похоронного бюро, он не был похож на человека, подвизавшегося на рынке развлечений. Он являлся истинным владельцем «Полумесяца», но нанял для своего борделя хозяйку, чтобы наполнить заведение благородной атмосферой, маскирующей железный контроль над девицами с его стороны.
Джоселин была рада, что он пришел сегодня без своей обычной компании телохранителей. Их присутствие всегда делало противостояние между Джоселин и Маршем более зловещим и, если бы не Рамис, более опасным.
– Ну что ж, – Джоселин опустилась на диванные подушки, поджав под себя ноги, – если вы пришли сюда не ради лжи и комплиментов, тогда я не понимаю цели вашего визита.
– Бесстыдное создание. – Марш присел на стул с черной обивкой, который совсем не вписывался в обстановку гостиной. – Меня привели сюда дела, и вы это хорошо знаете.
Джоселин молча ждала.
Марш откашлялся, потом метнул взгляд в ее сторону. Пристальный взгляд запугивал людей, и он это знал. Эта мадам Дебурсье оставалась для него тайной. Взгляд, который доводил других до слез, казалось, совсем не действовал на нее. Все женщины – глупые создания, их легко контролировать. Всех, кроме одной. Джоселин раздражала его с самого начала. Во-первых, своим существованием. Потому что он был уверен, что у Мари нет наследников. Во-вторых, она никогда не делала то, чего он ожидал.
– Потому что из-за уважения к вашей покойной матушке я намерен лично заняться этим делом, мадам. Считайте это услугой.
– Я не прошу об услугах, сэр. – Джоселин выпрямилась, стала настороженной и внимательной, но сохранила спокойствие. – Как вы знаете, мистер Марш, я предпочитаю не быть вашей должницей ни в чем.
– Ваши предпочтения ничего для меня не значат. Я не единственный владелец, которого интересует «Колокольчик» и которому хочется, чтобы вы передали его в более профессиональные руки.
Джоселин вздохнула, из-под юбки показались ступни ног, когда она попыталась сесть удобнее.
– И какова причина?
– Вы слишком либеральны со своими девицами. – Марш едва сдерживал себя. – У вас нет большой прибыли. Мое предложение купить «Колокольчик» остается в силе.
– Так причина в том, что у меня мало прибыли?
Он глубоко вздохнул, прежде чем продолжить:
– Вы слишком мягки со своими девицами, а другие прослышали об этом. Девицы толкуют между собой, и я уже не одну избил в своем «Полумесяце» за требование такой же оплаты, как у вас в «Колокольчике». Они – шлюхи, и я плачу столько, сколько они заслуживают. Но вы…
Тема была знакомая, однако Джоселин знала, что балансирует на лезвии ножа. Марш был не самым худшим среди владельцев борделей. Просто самый крикливый. И самый открытый в своем желании отобрать у нее «Колокольчик».
– Простите, что причиняю вам неприятности.
– У меня не будет неприятностей, если вы, Джоселин, не будете нарушать установленные правила. В конце концов, это…
– Я не разрешала вам называть меня по имени, мистер Марш. Вы будете обращаться ко мне мадам Дебурсье, мадам или вообще никак. – Глупо было заострять на этом внимание, но то, как он произносил ее имя, вызывало в Джоселин чувство тошноты.
– Простите мою оплошность, мадам. Я забыл о вашей любви к этикету, но и вы, похоже, не обращаете внимания на мои старания научить вас законам выбранной вами профессии.
– Ваши советы всегда были мне интересны, мистер Марш, и я стараюсь помнить о них, даже когда решаю действовать по-своему. Я сожалею, что вам лично приходится участвовать в этом деле.
– Это – работа, мадам. Ничего личного.
– Ну хорошо. Есть еще претензии, или мы наконец добрались до лжи и комплиментов?
– Проклятие! Одна из моих голубок упорхнула. Ее зовут Беки Суит. Если я узнаю, что вы приютили ее…
– Я не давала приют ни одной из ваших голубок, мистер Марш. Без обид, но у нас здесь другая разновидность птиц, к тому же я не так глупа, чтобы вмешиваться в эти дела без вашего разрешения.
– Так я вам и поверил! Мое хозяйство несет потери, и это вы заставляете девиц думать о том, как обманом выманивать у меня деньги! – На лбу у Марша вздулась жила, словно предупреждая, что терпение у него на исходе.
– Вряд ли я несу ответственность…
– Если вы платите своим шлюхам столько, сколько говорят, и забиваете их головы образованием и всякой чепухой, то в конце концов ваш «Колокольчик» прекратит существовать. Однако в этом будет только ваша вина. Впрочем, это ваше предприятие и вы вольны поступать с ним как хотите. – Марш встал, он был в бешенстве. – Но вы злите людей, которых не хотите злить, и я пришел сказать вам, что не буду стоять у них на пути.
Джоселин тоже встала, сложила руки на груди, словно защищаясь. Ей хотелось быть выше ростом, чтобы не приходилось задирать голову, глядя ему в глаза.
– Я никогда не просила вашей защиты, мистер Марш. Вы с самого начала дали мне понять, что хотите, чтобы я ушла. Так почему я должна рассчитывать, что вы встанете на пути чего-то или кого-то, кто поможет вам достичь вашей грязной цели?
– Вы захотите этого! Вы пожелаете заплатить мне все, что причитается! Но если вы будете подстрекать моих девиц или давать приют кому-нибудь из этих жалких беглянок, тогда у нас с вами состоится очень неприятная встреча. И я без колебаний покажу вам, какой жестокой и кровавой может быть наша профессия.
Джоселин помолчала. Звук открывшейся двери подсказал, что пришел Рамис.
– Всего доброго, мистер Марш. Мой слуга проводит вас к выходу.
Марш сделал шаг к Джоселин и понизил голос:
– Я куплю «Колокольчик» за бесценок, когда вы разоритесь, а вы будете просить подаяния на пороге моего дома, мадам.
– Было очень приятно пообщаться, мистер Марш. Буду считать дни и часы до вашего следующего визита. – Чтобы пощекотать ему нервы, Джоселин произнесла эти слова с изрядной долей веселья в голосе. Рука Рамиса, которую он опустил на плечо гостю, положила конец словесной перепалке.
– До следующей встречи, – фыркнул Марш. Он выглядел расстроенным и злым. Схватив шляпу, Марш направился к выходу, на ходу стряхивая с плеча руку Рамиса.
По сигналу Рамиса один из лакеев отправился провожать Марша к выходу, а Рамис остался с госпожой.
– Он обижает вас.
Джоселин сложила руки на груди.
– Он больше грозится.
– Он говорил о крови. – Рамис точно так же сложил руки на груди. – Это не просто угрозы.
– Он не сказал ничего нового. Приходит, брызгает слюной, нервничает, а потом мы продолжаем жить своей жизнью.
– Хорошая примета?
Джоселин опустила руки, не желая больше разговаривать о Марше, и села на диванчик.
– Это такая же хорошая примета, как и любая другая. Напомни девушкам, что они свободны до обеда. Но сегодня вечером мы ждем гостей. Поклонник Джез особо просил, чтобы она была одета в голубое. Напомни об этом ее горничной.
Рамис не двигался.
Джоселин изогнула бровь.
– Что-то еще?
– Вы не можете игнорировать Марша.
– Я никогда не игнорировала его. – Джоселин разгладила свои юбки. – Не волнуйся, Рамис.
– Значит, у вас есть план?
– Конечно, есть. – Она подняла подбородок, словно хотела, чтобы он озвучил свои сомнения относительно ее способности перехитрить врагов. – Мы же пока на один шаг впереди всех, разве нет?
– Пока.
Джоселин улыбнулась, решив относиться к этой проблеме как к благополучно разрешенной и не обращать внимания на недовольный взгляд Рамиса.
– Я буду у себя.
Она прошелестела юбками мимо него к потайному коридору, ведущему в ее покои на верхнем этаже, понимая, что вопрос далек от разрешения. Но ей не хотелось нарушать мир и покой этого дня. В конце концов, она заслужила несколько, часов для себя самой. Кроме того, если она собирается придумать план решения, то в присутствии Рамиса у нее это вряд ли получится.