Страница 34 из 80
— Это плохая идея, — осторожно выразилась баронесса, — родить-то она хоть десяток родит, Подорожников уж позаботится о сохранности жизни и здоровья дочери и внуков, а вот благословение Комара такой брак может не получить. Общепринятое правило, что супруги глав рода переходят под покровительство бога супруга. Я понимаю, что ты хочешь оставить Светлане выбор, но это только навредит роду.
Кованные ворота распахнулись, впуская наш автомобиль на территорию особняка Подорожниковых. Я смотрел на откровенно беспокоящуюся обо мне и роде Комариных вдовствующую баронессу. Как бы она ни относилась к своему покойному супругу, но меня она воспринимала как семью и искренне заботилась в меру собственного опыта и возможностей.
— Комар дал разрешение, — не стал томить ожиданием Агафью, наблюдая за реакцией на мои слова. Баронесса открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба, не в силах поверить, что бог сам дал разрешение в таком принципиальном вопросе. Немного оправившись от удивления, Агафья произнесла:
— Я не знаю, что ты пообещал ему за такое, но теперь Подорожникова за тебя замуж побежит без оглядки, я уверена.
— Вот и посмотрим. Ещё четыре года обучения впереди, — я не был настроен так оптимистично, как Агафья. Опыт подсказывал, что чувства глубокой благодарности и уважения друг к другу хоть и являлись хорошей базой для отношений, но всё же всухую проигрывали элементарной страсти, приправленной бурными всплесками гормонов.
Хотя, если задуматься, никто не мешает мне воровать невесту и доводить её до исступления эротическими играми, чтобы ей некогда было даже думать о ком-то ещё. Для подобных вылазок совершенно не обязательно быть студентом академии, достаточно находить время для невесты. Вот с этим было уже сложнее, но я всё же надеялся, что рано или поздно расквитаюсь со всеми обязательствами и заживу обычной нормальной жизнью. На левой руке заныла сдерживающая печать, будто напоминая, что долги у меня остались не только в этом мире, но и в прошлом.
Договор о заключении помолвки прошёл штатно. Юристы со стороны Подорожниковых зависли только на приписке, сделанной мною собственноручно, про сохранение невестой исконного бога-покровителя в браке. На этом месте брови вверх поползли и у Бориса Сергеевича, и у Светланы. Про увеличение оговорённого количества наследников я также упомянул, но это не вызвало совершенно никакого ажиотажа. А уж когда Светлана открыла шкатулку с рубиновой парюрой, то она, кажется, даже побледнела.
— Я вхожу в свиту Её Императорского Высочества Марии Петровны, — с грустью произнесла она, — мне не дозволено носить такие украшения, кроме личных событий.
— На свадьбу вас ждёт совершенно иной подарок, моя дорогая, — светло улыбнулась Агафья, — а пока, если желаете, можем устроить торжество по случаю помолвки, где вы будете очаровательно смотреться в этой парюре, и никто не сможет вам указывать. Мы возьмём на себя все расходы.
Светлана переводила неуверенный взгляд с украшений на отца, затем на меня и Агафью, не решаясь принять какое-либо решение. Не знаю, что творилось у неё в голове, но лекарка внезапно захлопнула крышку шкатулки и выпятила упрямо подбородок.
— Украшения — это очень ценно для меня, но гораздо ценнее оплата обучения в академии. Можно ходить разряженной в пух и прах, но жить в золотой клетке, а можно не выпячивать собственный достаток, но делать счастливыми близких людей, — Светлана подошла ко мне и поцеловала в губы, крепко, жарко, искренне, совершенно не скрывая собственных чувств. Я ответил на поцелуй, не позволяя ничего лишнего на глазах у отца невесты, но мой взгляд и губы обещали гораздо больше.
— Позвольте, я украду собственную невесту? — я подмигнул Борису Сергеевичу, ибо заранее спланировал подобный поворот событий. Невежливо оставлять девушку без романтического свидания в день её собственной помолвки. Подорожников не возражал, и мы со Светланой сбежали.
Автомобиль за полчаса домчал нас до лётного поля, где Ксения Белухина на своём дирижабле обеспечила нам уединение и романтику. Мы летали над столицей. Кажется, даже погода пошла нам навстречу. Дождь прекратился, редкие тучи ушли за горизонт, освобождая вечернее небо.
Романтический ужин, букеты цветов и игристое вино расслабили Светлану, она заразительно смеялась и шутила. Такой я её видел впервые. Счастливой. Эта собранная боевая девушка умела улыбаться и радоваться жизни, чем нравилась мне ещё больше. К полуночи мы вышли на закрытую палубу дирижабля, стенка которого вдруг стала прозрачной. В небе расцветали бутоны фейерверков в честь невесты, озаряя всё вокруг яркими вспышками. Мы целовались, как безумные, хохотали и кружились, упиваясь нашим маленьким личным счастьем.
Возвращая Светлану в отчий дом, я шутливо чмокнул девушку на прощание в нос, на что получил неожиданный ответ:
— Миш, я впервые видела тебя таким расслабленным, весёлым и счастливым! Ты словно другой человек. Мне кажется, до этого я влюбилась в сильного волевого мужчину с понятиями чести и внутренним стержнем, а сегодня потеряла голову от молодого парня с шикарным чувством юмора, умеющего слушать и слышать! — Светлана прижималась ко мне всем телом, обнимая за талию руками, — и на меньшее я теперь не соглашусь. Мне нужны оба этих человека!
Я улыбнулся, крепче прижимая к себе девушку. Моя невеста даже не представляла, насколько близка оказалась к истине. Ей действительно достанутся две личности по цене одной свадьбы.
— Ты удивительно точна в своих словах, дорогая, я сегодня испытал схожие чувства, когда любовался тобой, — мы стояли обнявшись, слушая стук сердец друг друга, — надеюсь, что мы друг друга не разочаруем.
Сзади раздался хруст гравия на подъездной дорожке к особняку. Тёмный автомобиль без опознавательных знаков остановился у крыльца, где мы со Светланой обнимались. Дверца машины отворилась, и из автомобиля вышло два крепких парня в военной форме, один из которых пробасил:
— Я не понял, Вяч, а что это за хмырь обжимается с моей невестой?