Сбежавшая

Он же мог поговорить со мной ещё тогда! Всё объяснить. Только он не стал. Было куда проще отвернуться и уйти.

А спустя несколько недель Илья просто зашел в ворота моего дома. Поговорить... Вернуть... Извиниться...

И вот я снова находилась в раздрае. Нет, конечно, я ни на минуту и не переставала думать об Иле. Я тосковала по нему все это время. Скучала. Вот всё же понимала! Только поделать с собой ничего не могла. Хотела верить, что всё это лишь страшный сон, из которого я вскоре вырвусь и снова окажусь в крепких руках своего любимого парня. Что всё, что я теперь знала об Илье неправда. Но только он сам подтвердил эти факты.

Я обречённо опустилась на лавочку у фонтана, сжав пальцами виски. Что же мне делать? Я же действительно полюбила его.

Но как поверить заново? Как вновь смотреть на него и не ждать удара? И ответа у меня опять не было.

Меня расшатывало словно на качелях. Одновременно тянуло к нему и тут же отталкивало... Почему же это так тяжело?

— Нас не просто так высшие силы сталкивают вместе вновь и вновь...

Услышав такой знакомый голос, я резко вскинула взгляд. Он стоял рядом, улыбаясь какой-то мальчишеской улыбкой, чуть кривоватой, но такой искренней. Иль...

И сердце тут же пустилось в пляс. Не могла я ничего с собой поделать... Просто таяла от этих синих отблесков в его глазах. В них я попросту зависала, завороженно наблюдая как эти мерцания расползаются по зрачкам, делая их абсолютно синими.

— Что ты здесь делаешь? — я еле узнала свой голос, который попросту пропал, превратившись в хриплый шепот.

— В доме сгорел чайник, — Илья кивнул на коробку в своих руках, на которую я даже не обратила внимание, — Вот купил новый. Зой, мы можем поговорить?

— Нам не о чем разговаривать, — упрямо высказалась я, мысленно уговаривая себя встать и уйти, но не могла сдвинуться с места.

— Зоя, пожалуйста. Раз уж мы встретились...

— Чисто случайно, да? Как и тогда в парке, а затем в кафе, — я старательно старалась взрастить в себе злость, лишь бы перебить нереальное желание оказаться в крепких объятиях.

— Сегодня случайно. Клянусь тебе, — заверил меня Иль, поставив коробку на лавку рядом со мной и сел от нее с другой стороны, — Я хотел дать тебе время все обдумать, но какие-то высшие силы вновь столкнули нас. И в парке тоже наша встреча была случайной... А вот в кафе я пришёл намеренно. Я следил за тобой, чтобы получить возможность оказаться рядом в нужное время.

— Господи, Иль, — я прикрыла глаза, не сдержав судорожный выдох, — Сколько же интриг ты сотворил вокруг нас? Как мне верить тебе сейчас? Как понять, что прямо сейчас ты не врешь мне вновь?

— Зой, — парень схватил меня за руку, но я тут же отдернула ее, почувствовав как разряд электричества прошел от места касания до самого локтя, — Прости...

Илья кажется, понял свою ошибку и даже слегка отодвинулся, виновато опустив голову.

— До сих пор тяжело привыкнуть к тому, что больше я не могу касаться тебя, — пробормотал парень с такой горечью, что во мне возникло бешеное желание обнять и успокоить.

— Ты сам лишил себя этого права...

— Я знаю. Я идиот, малая. Я знаю это. Все слишком запуталось. Так не должно было быть. Изначально мне просто понравилась наглая и смешная малышка с острым язычком. В первую нашу встречу ты покорила меня своей вздорностью и уже в парке, увидев тебя в беде, я не смог пройти мимо. Потом эта просьба отца.., — Илья говорил, разглядывая свои руки, — Я же реально верил, что это все будет на каком-то лайте. Побесимся, пообщаемся... Переждем ту самую бурю между нашими отцами. И даже если бы мне бы пришлось пойти на то, чтобы отказаться от тебя, то в рамках дружбы это не стало бы для тебя сильным ударом. Взамен ты бы получила веселье и классное время. Но мы с тобой дружить не захотели.

— Я видела в тебе того человека, который закроет меня от всего плохого, чтобы не случилось в моей жизни, — грустно озвучила я, чувствуя жалость от того, что мои надежды оказались заблуждением.

— Прости, что подвел тебя, — мы оба замолчали и какое-то время сидели в тишине насколько это позволяло окружение торгового центра.

Не знала я, что еще сказать. О чем говорить? Зачем? К чему это все? Но заговорил сам Иль.

— Зой, я хочу все вернуть, — тихо сказал брюнет, продолжая сканировать свои руки, — Хочу вернуть тебя. Ты нужна мне...

Стало тяжело дышать. Кислород попросту отказывался расправлять мои легкие. Ну вот зачем он усложняет?

— Ты в моих мыслях так плотно засела, что я не могу ни о чем другом думать, — пара синих глаз устремили на меня свой взгляд, будто физически обжигая кожу, — Ты сказала что любишь меня... А еще сказала, что когда полюбишь я буду обречен. И я обречен, малая.

— Иль, — я тяжело выдохнула, прикрыв глаза и положив ладонь на лоб, но все же посмотрела на парня, — Я даже не знаю тебя! Все, что я знала оказалось ложью!

— Не правда! Я никогда не был с тобой тем кем не являюсь...

— Хорошо, — не стала спорить я, — А сам ты... Ты хотя бы что-то знаешь обо мне? Помимо того, что я из семьи Леонида Георгиева.

Илья задумался лишь на пару секунд, и улыбнувшись своим мыслям, снова заговорил.

— Ты любишь бутерброды из сервелата с печеньем. Любишь ромашки. Оборвала мне всю клумбу, — тихо засмеялся парень, — И хоть ты и бесишься когда за тобой ухаживают, но я все равно задарю тебя ими. Как только ты позволишь мне это. Ты любишь воскресенье, малая. Твои глаза становятся темнее, когда ты злишься. А еще, Зоя, ты не умеешь плавать и боишься глубины, но в то же время ты настолько бесшабашная, что даже эти страхи тебя не останавливают, если ты хочешь чего-то добиться.

Затаив дыхания, я слушала Илью, осознавая как каждое слово бьет прямо в цель. Все, что он говорил было правдой. Хотя мы никогда и не заостряли на этом внимание...

— А еще я знаю, что ты ведьма, которая околдовала меня. Я больше не представляю свою жизнь без тебя.

— А я не представляю как все вернуть, — практически шепотом призналась я, — Как поверить, что снова не будет ситуации, когда ты не используешь меня, чтобы спасти своего отца?

— Я вышел из его дел. Окончательно и бесповоротно. Сказал ему, что больше надеяться на меня он не может. Во всяком случае в том, что касается тебя и твоей семьи. Если ты дашь мне шанс, то нас с тобой никогда не коснуться их разборки. Пусть делают, что хотят. Мы не обязаны в этом учавствовать.

— Илья, я два года была в бегах! Жила по подвалам, чердакам и каким-то квартирам. Моей жизни угрожали наемники. И все это из-за твоей семьи! Твой отец отдал этот приказ, — боль от воспоминаний наполнила меня, — И теперь ты...

— Я не могу изменить прошлого, малая, — моя боль словно наполнила и Иля, отражаясь в его глазах, — Я во многом виноват и я хочу это доказать тебе, что могу быть другим. Я не позволю больше вредить тебе. Прости меня, Зоя-зая.

— Я запретила тебе меня так называть, — не задумываясь, фыркнула я, стараясь собрать мысли в кучу от всего, что выдал мне парень.

— Да, запретила. Но ты все равно моя Зоя-зая. Прости меня, пожалуйста. Позволь все исправить. Ты сама говорила, что мы обречены. Это судьба.

Вот что ему ответить? Так много слов... Приятных, приносящих новую боль, дарящих какую-то надежду. Но что с ними делать? Они путали меня. Илья неизменно вызывал бешеные эмоции. А у нас еще были семьи. И все это пугало меня.

Я задумчиво обвела взглядом зал торгового центра, наткнувшись на лифты.

— Ты говоришь, что это судьба? — усмехнулась я той глупости, которая посетила голову, отвлекая от сложных раздумий, — Давай проверим?

— Как? — словно ожил Илья, кажется, готовый зацепиться за любую возможность приблизиться ко мне.

— Зайдем в разные лифты и выберем этаж. Угадаешь и я пойму, что это действительно судьба.

— И что я получу, если угадаю?

— Прощение нужно заслужить, — покачала головой я, — А мое доверие вернуть, если получиться и если тебе это нужно. Случайности для этого явно мало.