Сбежавшая

— Да не знаю. Обо всем и сразу, наверное, — не мог же я сказать ей о том, что теперь каждый день меня гложет чувство вины перед ней?

— Кажется я знаю, что тебе нужно, — хитрые серые глаза прострелили меня насквозь, а Зоя перекинув через меня ногу, уселась сверху, положив руки на мою грудь.

— И что же это? — ладони прошлись по стройным ногам малой и легки на ее ягодицы, сжав упругую плоть.

— Сейчас совместный душ, — мелкая совратительница склонилась к моему лицу и теперь шептала, едва касаясь губами моих губ, — А вечером мы поедем на пляж. Тебе нужна вода. Много воды. Тебе нужно отвлечься.

От ее шепота, от ее рук, от ее запаха мое дыхание участилось. Я прикрыл глаза, готовый словно кошара замурлыкать от ее прикосновений.

Резко перевернувшись, я уронил Зою на постель и навис сверху, прикусив кожу на ее шее и тут же это место поцеловал.

— Что же ты творишь, Зоя-зая?

— А что я такого творю? — ее руки обхватили меня за шею, зарыв пальчики в мои волосы.

— С ума меня сводишь, малая. С ума. Не оставляешь мне ни одного шанса вспомнить про здравый смысл, — пару поцелуев я оставил на подбородке девушки и вновь заглянул в серые глаза, — Ты правда хочешь на пляж?

— Тебе это действительно нужно. Иль, ты уже который день груженный, — Зоя печально посмотрела на меня, — Из-за меня... Ты жалеешь...

— Шутишь? — я пальцами расчесал светлые волосы, — Малая, я не жалею ни о чем! Не знаю, что и как будет дальше, но я не жалею. С чего ты вообще это себе придумала?

— Илья, я же вижу!

— Что ты видишь? — я пробежался взглядом по расстроенному лицу девушки, — А ты не видишь, как меня штырит от тебя? Не видишь, что не могу теперь ни минуты провести без тебя? Зоя, мы из дома не выходим уже несколько дней. Я даже Григу не видел, а мы ежедневно в поле зрения друг друга. Ты реально не понимаешь, что ты меня магнитом притягиваешь? У меня есть куча причин почему я не должен сейчас быть с тобой в одной постели, но все они стираются в пыль, когда я чувствую один только твой запах.

— Я не понимаю этих причин! Я не понимаю, — с горечью в голосе произнесла Зоя, — Ты не объясняешь мне. И ты больше... не хочешь...

Я видел, как тяжело ей говорить о нашей близости и я решил сам помочь ей.

— Не хочу тебя? Нет, малая. Вот это настоящий бред, — я забрался ладонями под футболку девушки, в которой малая спала сегодня, и положил ладони на ее бока, — Хочу. Безумно сильно хочу.

— Тогда почему ничего не происходит? Я не понимаю, Иль.

— Хорошо, — выдохнул я, решив поговорить с малышкой напрямую, — Давай я попробую объяснить. Первый раз тебе было больно и это нормально. Но я хочу чтобы со мной тебе было хорошо. А для этого тебе нужно было время. Но, Зоя, это не значит, что давать тебе это время мне дается легко. Когда я говорю, что ты сносишь мне башню, то ты реально мне ее сносишь. Блядь, малая! Да я бы бежал от тебя как от огня если бы мог! Ради тебя же самой. Но я не могу.

— И не надо, — потянув меня за шею, Зоя добралась до моих губ и так поцеловала, что я забыл кто я такой.

Я целовал ее, лаская выгибающееся от моих рук тело. Изучая его изгибы. Вновь и вновь наслаждаясь бархатом ее кожи.

— Росс!

Я нехотя оторвался от податливых губ и обернулся в сторону двери. Грига, мать его! Какого хера притащился?

Хотя это не было чем-то удивительным. Друг попросту потерял меня.

— Росс!

— Пусть он раствориться в небытие! — недовольно фыркнула Зоя.

— Не сердись, — вновь легко поцеловал сладкие, немного припухшие губы и улыбнулся, — Вечером поедем на пляж. Только вдвоем. Обещаю.

— Вали уже к своему придурошному дружку пока он не приперся сюда.

Но не успела Зоя закончить фразу как дверь в мою комнату открылась словно с ноги.

— Росс, ты че...

— Грига, пошел вон! — я ткнул пальцем в друга, прижав Зою к себе, стараясь спрятать от Жоры малую, — Свали и дверь закрой. Сейчас спущусь.

— Охуеть.., — выдал Грига, но все же шагнул назад в коридор и закрыл дверь.

— Ненавижу урода, — прорычала Зоя, а я не сдержал смех, — Что ты смеешься? Вот, что он приперся?

— Он мой друг, малая, — я погладил светлые волосы, стараясь говорить спокойно, — И он уже приперся и не свалит, пока я не поговорю с ним.

— Значит иди и выгони его! — малая нагло отвернула моську, когда я вновь попытался ее поцеловать.

— Иди в душ, Зоя-зая, а потом спускайся вниз. Я пока поговорю с нашим гостем. Хотя на самом деле Жора никогда гостем в моем доме не был, — заметил я, забавляясь недовольством маленькой упрямицы, которая хоть и лежала подо мной, но упорно отворачивала хмурое личико, скрестив руки на груди, — И только из-за того, что теперь в этом доме мы живем вдвоем, я предупрежу лучшего друга о необходимости стучать.

— Хорошо. Все, Иль, уходи.

— Зой? — я потерся носом о нежную щечку, — Не дуйся, малая.

— Да вали уже! — серые глаза с прищуром посмотрели на меня, — Целуй и проваливай. Но вечером мы вновь ныряем с пирса.

— Без проблем. Все, что ты захочешь.

Выпустив из рук малую, я поднялся с постели, и натянув шорты и майку, направился вниз.

— Какого хера это сейчас было? — метавшийся по гостиной Грига, услышав мои шаги, резко обернулся, — Ты че трахаешь эту шкуру?

— Во-первых, еще раз назовешь так Зою и получишь по роже, — с порога предупредил я Жору, а затем кивнул на двери, — Во-вторых, не ори. Хочешь обсудить вали на улицу. Поговорим там. Но спокойно, Григ.

Я указательным пальцем указал на ухо и показал наверх, напоминая о том, что Зоя в доме. А я не хотел чтобы Зоя все услышала. И уж тем более не хотел, чтобы малая услышала не все и остальное попросту додумала.

Григу попросту распирало, но он сумел донести этот взрывной момент внутри себя до веранды и взорвался уже там.

— Росс, ты ебанулся? — Жора говорил тихо, но его тон был на пике возмущения, — Какого хера эта девка делает в твоей кровати?

— Тебе как на пальцах объяснить? — спокойно спросил я, облокотившись спиной на дверь, из которой мы только что вышли.

— А как же: я не такой! Она малолетка! Илюх, нахуя?

— Григ, так получилось.., — я не знал как объяснить ту чертовщину, что творилась между нами с Зоей-заей.

Просто не находил правильных слов.

— Скажи, что это только из-за кобелиной натуры. Просто закрутилось и ты залез на нее, — попросил Грига, перебив меня, — Обычный недотрах.