Потерянная

— И ты тоже, — я потрепал сестру по голове.

— Какие же вы.., — мама с улыбкой покачала головой, — Так приятно на вас смотреть. Молодые, влюбленные, счастливые.

— Это вам спасибо, — Лиза взяла мою маму за руку, — Вы, мама Оль, воспитали мужчину, который делает меня счастливой. Спасибо вам за это.

На глазах мамы появились слезы. Кажется наша перезагрузка имела свои подводные камни...

Похоже эти женщины своей сентиментальностью сведут меня с ума за эту неделю.

Принятое решение

"— Хочешь обижаться, обижайся. Но обижайся со мной рядом."

©Лиза Георгиева

— Лиза, доченька, ну что же ты делаешь? — раздался взволнованный голос мамы Оли за моей спиной, — Вы же с Глебом в гостях!

— Мам Оль, все хорошо, — я обернулась, улыбнувшись невероятной женщине, которая за то время, что мы гостили в ее доме, окружила меня такой заботой, которую я не испытывала уже долгое время, — Я просто хочу помочь.

— Милая моя, — ладонь свекрови ласковым жестом погладила меня по спине, — Ты должна отдыхать.

— Мне правда не сложно. Не могу же я целыми днями на пролет проминать диван.

— Ну хорошо. Давай я тебя хотя бы чаем напою? Будешь? — не стала настаивать мама моего любимого мужа и отошла к обеденному столу небельшой кухни.

— С удовольствием, — я отставила на полотенце последнюю помытую кружку и вытерла руки.

В коридоре хлопнула дверь и я замерла на месте. Глеб! Сердце гулко затарабанило в груди. До сих пор оно не научилось спокойно реагировать на этого мужчину.

Муж ушел всего лишь в магазин и его не было каких-то двадцать минут, не больше, но я уже соскучилась. К хорошему быстро привыкаешь... Вот и я привыкла к тому что каждую минуту Глеб рядом.

Мама Оля только с улыбкой посмотрела на меня и тут же я рванула в прихожую к мужу.

— Привет, ангелочек, — поставив пакеты прямо на пол, Глеб обхватил меня одной рукой и поцеловал мои губы, зарывшись второй ладонью в мои волосы, — Я купил для тебя зефир, который ты просила. А еще крабовые палочки.

— Спасибо. А твоя мама поставила чайник, — довольно заулыбалась я, а внутри все расцвело от заботы моего мужчины.

Крабовые палочки я не просила, но Глеб знал, что я их люблю. Всегда замечал все мои беременные причуды. Это было приятно. Но что-то в его поведении меня заставило напрячься.

— Что-то случилось? — я постаралась заглянуть в карие глаза, но вновь увидела в них только нежность и любовь.

— Нет. Все хорошо, — ладонь мужа прошлась по моей щеке, — Идем пить чай?

— Угу, — может быть мне и правда показалось?

О плохом просто не хотелось думать. Я жила словно в параллельной вселенной... Здесь где я не вспоминала, что за стенами этой квартиры, есть еще хоть что-то, я была спокойна и счастлива. Глеб был рядом. Мне не приходилось ежесекундно содрогаться от страха за жизнь мужа. Сама я была окутана теплотой и добротой свекрови, которую даже таким словом называть не хотелось! Нет! Она была мамой Олей. Именно мамой! Самой доброй, мягкой и ласковой. Виталина целыми днями смешила и веселила меня. От ее энергии заряжалась и я сама. А ее наивные детские вопросы на взрослые темы заставляли хохотать в голос. Здесь я была дома!

Только вот по папе и сестрам я все равно скучала... Как бы мне не хотелось оградиться от всего, что было связанно с деятельностью отца, но мне все равно не хватало моей семьи.

Мы прошли на кухню, где мама Оля уже разлила чай и выставила свежеиспеченные с утра пирожки.

— Садитесь, дети. Покушайте, — мама Глеба кивнула на стол, а сама замельтешила по кухне, но Глеб усадив меня, заловил ее за плечи.

— Садись, мам.

— А как же..?

— А на столе есть все, что нам нужно. Садись, — Глеб не дал маме ни одной возможности на возражения и усадил ее за стол напротив меня, — Мы скоро поедем домой. Побудь с нами.

— Домой? — я вопросительно посмотрела на мужа.

Меня он об этом не предупреждал. Я не хотела уезжать!

— Да, Лиз. Нам пора возвращаться, — кивнул Глеб, а затем сел рядом со мной, — Я нужен Максу.

— Снова Максим, — вырвался из груди тяжелый вздох.

Опять началось... Снова мы возвращаемся в тот ад, в котором я жила последнее время.

Тут же я сама себе дала мысленную пощечину, лишь только взглянув на мужа. Неблагодарная дура! Почему я стала такой?

У меня же есть все! Здоровая дочка. Мужчина, которого я люблю и который любит меня. Папа, сестры. Даже семья моего Глеба приняла меня с невероятной открытостью, как родную. А я называю все это адом?

Нет! Я один из счастливейших людей! И не стоит гневить небеса своим нытьем.

Но вот только возвращаться в состояние страха все равно не хотелось совершенно.

Все эти эмоции Глеб в легкую считал с моего лица. Большая рука сжала мою ладонь под столом в качестве поддержки. С благодарностью улыбнувшись мужу, я положила голову на его плечо и тут же почувствовала как Глеб поцеловал мои волосы.

— Какие же вы красивые, — в очередной раз умилилась мама Оля.

— Спасибо, — мне правда не хотелось уезжать, но разве был выбор?

И только когда мы распрощались с родней моего мужа и сели в машину, я заговорила о вопросах, которые вновь волновали меня.

— Надолго мы возвращаемся? — с недвусмысленным посылом уточнила я, — Ты принял решение?

— Да, Лиз. Принял, — Глеб бросил взгляд в зеркало заднего вида и свернул на дорогу из города.

— И?

— Что и?

— Глеб, мы уедем? — я переставала понимать своего мужа и мне это не особо нравилось, словно мы с Глебом вновь только познакомились и еще не научились говорить друг с другом.

— Посмотри в боковое зеркало, — Глеб нажал кнопку и зеркало за моим стеклом повернулось так, чтобы я могла видеть дорогу сзади нас, — Видишь, черный ниссан с грязными номерами?

— Вижу и что? — я хмуро посмотрела на машину, а затем на парня рядом с собой.

— Почему у него грязные номера? На улице сухо и дождей не было...

— Глеб, я не понимаю, что ты от меня хочешь.., — пожав плечами, я снова попыталась разглядеть машину, о которой говорил муж, но Глеб уже повернул зеркало на себя, — Откуда мне знать, что у него с номерами? Какая вообще разница?

— Эта машина, Лиз, всю неделю стояла у подъезда моей мамы, — он только заговорил, а я уже понимала к чему ведет этот разговор, — И сейчас он едет за нами от самого дома, не отставая.