Тень

— Ну что же, мы не видим причин, по которым можно отклонить эти номинации. Ведь премии полагаются за конкретные работы, а если человек смог несколько столь значимых работ такого уровня сделать, значит человек он действительно достойный. У нас еще какие-то номинации остались для обсуждения? Тогда на этом и закончим… Лаврентий Павлович, а с вами мы хотели еще кое-что обсудить…

Пантелеймон Кондратьевич приглашающее махнул рукой, усаживая Савелия Федоровича в кресло, и спросил:

— Мы с тобой вроде уже встречались?

— Было дело, в сорок первом.

— Ну да… рассказывай, зачем прилетел-то?

Товарищ Егоров в Минск именно прилетел, на Таниной «арке» прилетел — но все же предварительно в ЦК Белоруссии позвонил и о своем визите предупредил заранее. Не пояснив, впрочем, причину визита.

— Рассказывать долго… минут пять, но ты выслушай. У нас в Коврове артель новая создалась, под названием «Ковровский тракторишко»… ты не смейся, у нас, считай, все артели с названиями… им названия одна юная дама придумывает, а мужики, понятное дело, только ржут довольно. Так вот, ребята в артели грамотные, это они новый «Универсал», что во Владимире сейчас выпускается, и придумали.

— А мы тут при чем?

— А при том: артель — есть, а вот металла у них, чтобы трактора выпускать, нет. Вот я и подумал, что Белоруссия им помочь может.

— Ты когда сюда летел, сверху много заводов металлургических увидел? А то вдруг где-то спрятались, а я и не знаю.

— Заводов нет, а металла у вас много. По полям и лесам он кучами валяется.

— Да весь лом с полей еще в сорок четвертом собрали!

— Танки всякие и прочие большие железяки — да, собрали. Но валяется много железяк и поменьше. Я даже про гильзы разные не говорю, но оружия поломанного, прочих мелочей… я тебе как партиец партийцу скажу: если поднять на сбор металлолома хотя бы пионеров…

— Ну поднимай.

— Я далеко, а ты — близко. Просто тебе недосуг этим заниматься, я понимаю. А потому с предложением от нашего обкома и прилетел: вы нам лом, а мы вам — трактора. Сто тонн лома — один трактор. Вне всяких планов.

— Научи из лома трактора делать, а то у нас никто пока не придумал как.

— У ребят этих есть печка, электрическая. Небольшая… но они сейчас уже собираются и большую поставить. Я не об этом: мужики трактора делать умеют и готовы поделиться. Артели-то госплан заданий не навешивает, и трактора они могут куда угодно отправлять. Но госплан на них и металл не выделяет, так что мы тут можем сильно помочь друг другу.

— А сто тонн лома за один трактор не жирно будет?

— Артельщики считают, что не жирно: они же и нам трактора поставлять хотят, да и в стружку много металла уходит.

— Пятьдесят тонн — и, считай, договорились. Даже если десяток тракторов нам поставишь, и то хорошо будет.

— Парни говорят, что к следующей посевной до тысячи поставить смогут, только металл им подавай. А про пятьдесят тонн… нет, шестьдесят минимум, они там все очень долго считали и меня предупредили: минимум три вагона на трактор. А ты пионеров поднимай, комсомольцев… армию опять же уговаривай: там ведь всякое в полях попадается, так мужики из другой артели готовы хитрые миноискатели поставить,причем их вообще бесплатно, в порядке, так сказать, шефской помощи. Но пионеров-то мины да бомбы выковыривать нельзя посылать.

— И когда тебе лом нужен?

— Можешь хоть с завтрешнего утра отправлять. Там парень, что на моторном производстве сидит, сказал, что будет металл — трактора через месяц уже появятся. И, думаю, много: вторая очередь Владимирского тракторного — это из Коврова перенесенное производство. Но у нас почти вся оснастка осталась, не подошла она владимирцам: наши-то ребята ее под производство моторов для дровяных машин ставили, а мощностей, оказалось, получилось лишку, если только под грануляторы их использовать.

— А если я эту артель просто к себе сосватаю?

— Не выйдет. Там народ семейный, а семьи все, почитай, или на других наших заводах работают, или в наши же детсады и школы ходят. Но даже не в этом главная причина… На досуге заезжай в гости, сам увидишь почему никто уезжать не захочет.

— А у себя новую артель создать? Твои опытом поделятся или как?

— Засиделся ты, я гляжу, у себя в кабинете. Небось уже полчаса рассиживаешься… давай завтра к нам слетаем, я тебе все покажу… ну, что НКГБ показать разрешит. Тебе понравится. А насчет опытом поделиться — опыта-то не жалко, но одним опытом трактор не сделать. Артельщики станков немеряно у Германии закупают…

— Так запрещено же в обход Внешторга!

— Это тебе запрещено… там другие отношения. У нас же был госпиталь специально для немцев, вот через этих немцев… кстати, в артели и немцев тоже немало. Но тут вообще дела другие: артельщики станки закупили не только для тракторов, но и для завода, который будет станки для выпуска тракторов делать. И если за каждый трактор пришлешь по сто тонн лома, то в следующем году будешь первым в очереди стоять на станки для своего завода уже тракторного.

— Что-то ты сказки страшные рассказываешь… но интересные.

— Да я уже третий год и живу в сказке. Да, забыл вот еще что сказать: за сто тонн к каждому трактору приложим картофелеуборочный комбайн. В районе в прошлом году всю картошку ими выкопали, комбайном за световой день по пять гектаров собирали, даже по шесть — и потери меньше, чем если вручную ее копать! Соглашайся…

— А почему ко мне прилетел? На Украине, говорят, лома побольше будет…

— Белоснежка говорит, что с тамошним народом ничего хорошего не выйдет. Что-то не любит она украинцев…

— Это кто такая? Белоснежка которая?

— Да есть у нас одна девочка… тебе с ней точно надо познакомиться. Ну что, летим завтра к нам?

— Завтра же воскресенье, что я там в выходной увижу?

— Белоснежка в Ковров только по воскресеньям и прилетает, а без нее вообще что-то показывать смысла нет. Это она в немецком госпитале главным врачом была, из-за нее у нас эти немцы и работают как проклятые. Да и не только они, но ты и сам все увидишь.

— Заманиваешь… Ладно, я насчет металлолома сегодня же с людьми поговорю, есть у меня на примете один комсомольский работник, он такое организовать сумеет. Но вот к тебе в гости… я же не могу работу-то на самотек тут пустить, даже пара дней — и то…