Страница 28 из 42
«Потерпи, потерпи. Чуть-чуть! Сирена! Твои предки ведь тоже из моря, ты не можешь так просто захлебнуться!»
Но руки девушки, как и волосы, безвольно колыхались в воде.
Он выпрыгнул наверх и что было сил поплыл к берегу. Зеленовласка так и норовила выскользнуть из его рук и вернуться в черную бездну.
Вот и маяк. Ролло положил бездыханную девушку на гальку.
– Ну же? – пробормотал он. Но сирена не приходила в себя. – Да ладно. – Пробормотал Ролло, привыкший к тому, что все дети моря – даже полукровки – быстро восстанавливались, оказавшись на воздухе.
Капитан надавил на грудь, вдохнул в девушку воздух, похлопал по щекам, вновь надавил на грудь.
– Нет, нет, – растерянно бормотал Ролло, не веривший в происходящее. – Так не бывает. Нельзя просто взять и захлебнуться. Нельзя просто наблюдать за рыбой, а в следующий миг… – Он выдохнул воздух в рот девушки и надавил на грудь. – Сирена, ты была в воде несколько мгновений!
Всего несколько жалких мгновений, за которые нельзя захлебнуться… детям моря. А вот людям… Ролло вновь надавил на грудь.
Ресницы девушки дернулись, а затем она закашляла. И у Ролло точно груз упал с плеч. Он рассмеялся. Капитан повернул голову сирены на бок, так как у утопленницы не было сил даже на простое движение.
– Уф-ф-ф, ну, Зеленовласка! Я же просил… черт, я испугался, – пробормотал мужчина, помогая ей сесть.
– Испугался, что я умру, и ты не получишь слезы? – проговорила девушка, наклоняя голову к коленям.
Ролло подскочил. Он чувствовал себя так, будто неожиданно получил удар хлыстом. Девушка подняла взгляд и увидела его лицо, перекошенное злостью.
– Дура безмозглая! – рявкнул Ролло и пошел к лодке. – Быстро забирайся!
Но, обернувшись, он увидел, что обессиленная девушка с трудом держалась на ногах. Она стояла, пошатываясь, и навряд ли могла сделать хотя бы один шаг.
Зеленовласка почувствовала себя виноватой – перед Ролло за то, что нагрубила, перед Дани за то, что так и не смогла уйти к нему. А ведь она столько раз хотела это сделать.
Ролло вернулся, грубо взял ее на руки и отнес в лодку. На мгновение ей показалось, что он бросит ее как мешок, но нет – посадил. Почти аккуратно.
Весь путь до корабля они молчали. Ролло греб так, словно за ними гнались морские черти. Зеленовласка сидела, согнувшись, словно луна и впрямь опустилась ей на плечи.
А оказавшись на «Свободе» капитан поставил ее на палубу и ушел в каюту.
Сирена еще немного посидела, собираясь с силами, и пошла на камбуз. Грудь и горло болели. По коже бегали мурашки – не от холода, а от ужаса, который не желал отпускать. Ей хотелось как можно скорее заварить чего-нибудь горячего и успокаивающего. Не только для себя… ведь Ролло придет, не сейчас, и даже не через горку в песочных часах, но придет. Он не может долго обижаться.
Зеленовласка добрела до темного помещения. Зажгла пару магических светильников и поставила на печь котелок с водой. А затем подошла к коробке с персиковым хомячком. Ей хотелось прикоснуться к теплой шелковистой шерстке, погладить розовые ушки, но коробка с Анабель оказалась пустой.
Девушка осмотрела всю кухню, заглянула под столы, открыла все шкафчики, но крошки нигде не было. Она звала Анабель, приманивала ее зернышками, яблоком, корочкой, но хомячок так и не вернулся.
Глава 8. Праздник красной луны
Ролло ненавидел себя за то, что не мог обижаться слишком долго. И в то мгновение, когда сирена протянула ему кружку с горячим травяным настоем, тарелку с блинами и чуть слышно прошептала: «Прости, пожалуйста», капитан был практически спокоен.
– И ты меня прости, – ответил он, нарушая затянувшуюся паузу после слов Зеленовласки.
Девушка кивнула и поспешила отвернуться, чтобы Ролло не увидел скатившуюся по щеке слезу. Но капитан успел заметить мокрые глаза сирены, и не оценил попытку закрыться от него.
– Сирена, что случилось?
Зеленовласка всхлипнула и помотала головой. Ролло сжал указательными пальцами виски. Бесит! Как же бесит эта ее манера держать все в себе, молча «забиваться в норку» и страдать!
– Что случилось? – повторил он вопрос, поднимая взгляд к потолку. Вновь ссориться ему не хотелось, а потому…
«Морской бог, Древо, кто там еще? Дайте мне сил и терпения!»
– Анабель пропала, – прошептала девушка.
Ну хоть одна хорошая новость за чертов день! Морской бог, видать, решил его побаловать приятным событием. Так тебе и надо, наглый крыс! Или крыса, или хомяк? Какая разница? Грызуны – они и в море грызуны-вредители. Ролло чуть не хлопнул в ладоши от радости, но вовремя спохватился.
– Она обязательно вернется, – сказал он, а про себя подумал: «Жрать захочет – прибежит. Главное, чтобы она не начала есть наши запасы!»
Девушка кивнула. Еще одна слеза пробежала до подбородка и капнула ей на грудь. Ролло невольно проследил за скольжением водяной жемчужины по белой коже.
«Очень красиво», – подумал он, непроизвольно сглатывая ком, образовавшийся в горле.
А еще сирена выглядела такой расстроенной, огорченной, что Ролло, цокнув языком, не выдержал и обнял ее. И как бы его не радовала возможность избавиться от грызуна, мужчина решил проверить все охранки и, может, чуть-чуть подкорректировать магию, чтобы с чертовой крысой ничего не случилось.
«Чтобы они не уничтожали, а запирали», – с досадой подумал капитан. Интуиция подсказывала Ролло, что если пресловутая Анабель пострадает от одной из ловушек – сирена его не простит, даже если он вдруг принесет ей упавшую звезду. Ролло отмахнулся от неожиданно пробудившихся воспоминаний.
Он настоял на том, чтобы девушка отдохнула в каюте и устроилась не на тахте, а на кровати. На недоуменный взгляд Зеленовласки Ролло просто махнул рукой, проводил ее в комнату, и, дождавшись, когда она ляжет, укрыл сирену одеялами, а сам устроился рядом и читал до полудня, пока окончательно не убедился, что девушка спит.
К закату он перепроверил все охранки и обыскал все помещения, надеясь найти крошечного хомячка, но Анабель словно в море сгинула. А может, так и было. И Ролло этот вариант почему-то не понравился.
С наступлением темноты «Свобода» подошла к прибрежному городку, что располагался в маленькой бухточке у подножия двух одинаковых скал, напоминавших клыки гигантского земляного змея, распахнувшего свою пасть. Складывалось ощущение, что чудовище смогло протиснуть на поверхность только зубы, а все его тело по-прежнему оставалось под землей. Местные говорили, что монстр ворочается, пытается вырваться наружу, оттого и побережье временами трясет.
Когда корабль зашел в бухту, огромный полумесяц завис между каменными «клыками». Багровый свет мерцал на гладкой слюдяной поверхности, так что Ролло показалось, будто скалы объяты пламенем или залиты кровью. Капитан невольно поежился, вспомнив фрагмент из дневника Рыжего Эрика, где по каменным пирамидам текли красные реки.
«Интересно, – подумал он, – сумел ли мальчишка добраться до других земель, если они, конечно, существуют?»
Ролло не любил этот городок, старался появляться здесь как можно реже, предпочитая ему поселок, расположенный южнее. Если бы капитану был нужен только лекарственный порошок для сирены, он, не задумываясь, отправился бы туда, где добропорядочные граждане продавали на берегу устриц и крабов, исправно платя за это налоги, но сегодня ему было необходимо прикупить нечто, что имелось только в Пасти Змея.
К тому моменту, как луна поднялась над скалистыми «клыками», все приличные люди – пожилой мэр, предпочитавший притворяться «слепым и глухим» по отношению к делам, творящимся в городке, замужние женщины и малолетние дети, – спали тревожным сном. Темные улицы же наполнили те, кто на самом деле управлял и побережьем, и морскими путями, расположенными в районе маяков.
Эти пути считались самыми прибыльными, поэтому за ними пристально следили – как официальные власти, так и охотники за наживой. Ведь именно по ним шли редчайшие товары из гильдии Сина: шелк высочайшего качества, чай, без которого не мыслился ни один светский ужин, и самое главное – редчайший дурман, благодаря которому можно было не только вылечить застарелую боль, но и создать заклинание забвения. Также его использовали для иллюзий высочайшего качества. Далеко не каждый королевский маг мог отличить реальность от искусной подделки. Такая магия была крайне полезна для боевых действий или грабежа.