Страница 6 из 7
— Когда вы собственными глазами увидите, как делятся на две непримиримые партии экипажи 6-го и 4-го флотов, после того, как они узнают о моем манифесте и крестовом походе на Сенат, то перестанете удивляться чему-либо, — усмехнулся адмирал Дрейк. — И на будущее постарайтесь не называть космоморяков и космопехотинцев, находящихся в нашей эскадре — «янки»…
— Это я уже понял…
— Что ж, вернемся к делу, — Дрейк ударил себя по коленям. — И если вы уж в очередной раз удивили меня своим флотоводческим провидением, то не соблаговолите ли поведать мне ваш план захвата тремя кораблями перехода и таможенной станции?
— Не будем терять время на детали, — я уже итак посматривал на таймер часов, полагая, что сильно задержался на крейсере адмирала Дрейка. — Просто, доверьтесь мне, сэр…
— В который раз, в который раз… — засмеялся старик, по-отечески похлопав меня по плечу.
— В данную минуту у меня в голове четыре различных варианта действий, — почему-то я решил похвастаться перед стариком. — По мере приближения к переходу таковых вариантов будет на порядок больше…
— Тогда в путь, мой друг… Удачи, вам!
— До скорой встречи, адмирал, — кивнул я на прощание Дрейку, выходя из его каюты. — Через шесть, максимум семь часов ожидайте от меня фотонного послания о взятии под контроль «врат» на «Мадьярский Пояс»…
— Мне бы твою уверенность, сынок, — тихо сказал старый адмирал, когда я уже вышел в коридор.
Между тем я, получив сообщение от Аристарха Петровича, что на «Афине» все готово, поспешил сесть на челнок и буквально спустя десять минут уже был на своем флагмане, а еще через пять с помощью лифтовой капсулы, стоял на капитанском мостике линкора.
— Свяжитесь с командирами эсминца «Чонси» и фрегата «Рорк», — приказал я своему оператору.
Еще через минуту большой экран командного отсека зажегся, и я увидел перед собой лица капитанов, с которыми мне предстояло совершить дерзкий рейд против османов. Какое же мое было удивление, что в одном из них, а именно — в лице командира эсминца «Чонси» я увидел до боли знакомые черты.
— Лейтенант-коммандер Макграт, — выдавил я, придя через некоторое время в себя, — что, черт возьми, вы делаете на борту данного корабля?
— Временно исполняю обязанности командира «Чонси», — улыбнулась Холли, при этом подмигнув мне.
Я еще больше растерялся тому, не видели ли присутствующие на мостике мои офицеры игривое настроение лейтенанта. К счастью, как мне показалось, никто не обратил внимания на поведение девушки, или это только у меня паранойя?
— Каким же образом вы оказались на столь высокой должности? — спросил я, стараясь сдерживать свои эмоции.
— Прежний командир немного приболел, — загадочно хмыкнула девушка и пожала плечами, делая вид, что вроде как она не при делах.
— Приболел⁈ — удивился я, хотя по хитрому прищуру Холли сразу понял, что дело тут не чисто. — Только не говорите, что он перебрал виски после вчерашнего торжества на «Омахе»?
— К сожалению, именно так, — грустно вздохнула Холли, опустив глаза. — Никто не мог предположить, что лейтенант Виснич окажется таким слабым в борьбе с трехлетним шотландским виски…
— Да, не уж то⁈
— Именно, так. Представляете, господин контр-адмирал, у старины Виснича отравление этиловым спиртом, — как ни в чем не бывало, продолжала комедию лейтенант Макграт. — Он не в состоянии командовать не только эсминцем, даже своими конечностями и языком. Сейчас валяется в регенерирующей капсуле на «Саут Дакоте» и поет матерные песни…
— Допустим, — я даже не стал продолжать. — Но каким образом вы оказались на месте Виснича?
— Связи, адмирал, без них никуда, — ответила девушка. — Командующий Дрейк очень ценил моего отца, и в память о нем, позволил его дочери на время, пока мой «Капподано» проходит капитальный ремонт, перейти на малыша «Чонси»…
— Мы собрались не на прогулку, лейтенант, — предупредил я девушку. — Вы это понимаете?
— На это и рассчитываю, сэр, — кивнула та, ничуть не смутившись и не обидевшись…
Отогнав невеселые мысли в сторону, я повернулся к своему старпому:
— Аристарх Петрович, заводи мотор… Цель — межзвездный переход «Бессарабия — Мадьярский Пояс»…
Глава 5
— Я, конечно, сильно извиняюсь, но как вы собираетесь захватить переход с одним линкором в наличии? — теперь уже Аристарх Петрович начала меня допытывать, переняв эстафету у адмирала Дрейка. — Нет, я не спорю, «Афина» — лучший дредноут во всем Черноморском космофлоте, но просмотрев данные по вероятному количеству кораблей противника, стоящих вблизи «врат» на «Мадьярский Пояс» даже я бы не рискнул туда соваться…
Кавторанг Жила ткнул пальцем в колонку изображений сбоку монитора, горящего прямо передо мной. Несмотря на то, что мы несколько раз уже били эскадру, почившего адмирала-паши Озкана, а после гоняли ее корабли по всей системе «Бессарабия» целую неделю, тем не менее, в этом подразделении оставалось огромное число вымпелов и очень, надо сказать, хороших вымпелов…
Я посмотрел на цифры. Действительно османская эскадра, корабли которой поддержали вторжение авангарда 6-го «ударного» космофлота все еще была сильна, несмотря на то, что в ее составе не было двух самых мощных кораблей. Поэтому озабоченность Аристарха Петровича мне была очень даже понятна.
Итак, с кем нам, вероятнее всего, предстояло столкнуться у перехода, к которому сейчас на полном ходу шла моя маленькая храбрая эскадра из четырех кораблей. Точные цифры количества османских вымпелов, готовых встретить нас, я не знал, как не знал и их на данный момент боевые характеристики. Но, с помощью собственных подсчетов я смог определить примерное их количество и качество, исходя из потерь в прошлых боях.
На начало кампании против Российской Империи 1-я «линейная» дивизия Османского флота Вторжения, под началом адмирала-паши Озкана, имела по нашим разведанным — 19 вымпелов. Как вы уже знаете, лучшие корабли этой эскадры нам удалось, либо уничтожить, либо, скажем так, нейтрализовать и вывести из игры. Я, прежде всего, имею ввиду: флагманский крейсер «Седель-Бахр», на котором покинул этот мир адмирал Озкан, и, конечно же, славный линкор «Абдул Кадир», захваченный мной и хунхузами в первые дни войны. Без этих двух дредноутов дивизия османов теряла не менее трети своей совокупной огневой и оборонительной мощи.
Помимо этого в нескольких сражениях за «Бессарабию» османы умудрились потерять уничтоженными: один легкий крейсер и одну галеру, и захваченными в качестве военных трофеев еще две галеры, которые благополучно служат сейчас в рядах Черноморского космического флота, одна под названием «Бешеная мама Люда», а название второй не помню. Кажется, когда я еще был у «своих» Пападакис и ребята все спорили о том, как переименовать захваченную галеру, но так и не сошлись во мнениях…
Я на минуту отвлекся, вспомнив моих старых друзей: Айка, его гоп-команду, Дорохова, Наэму, Алексу и Тасю… Почувствовав, что сейчас могу не сдержать эмоций, я силой заставил себя вернуться к реальности…
— Так, что там дальше? Девятнадцать минус шесть мною упомянутых равно тринадцать вымпелов. Пять из этих тринадцати, та эскадра, которая попыталась атаковать нас с адмиралом Дрейком и которую отогнал своим появлением Го Фэнь и его бандиты, ушла не в сторону перехода, к которому мы сейчас двигались, а совершенно в противоположную. Поэтому от общего числа отнимаем еще пять единиц. И того — как максимум нас будут ожидать восемь вымпелов, и это если все они в момент нашего прибытия будут находиться на месте…
Что по качеству этих кораблей? Как я помню, еще один дредноут данной дивизии получил в недавнем прошлом серьезные повреждения. Я имею в виду тяжелый крейсер «Геке». Сумели ли восстановить его мощности технические службы османов? Не думаю, на ТС, где стоял сейчас «Геке», у турок не было передвижных верфей, а своими силами вновь поставить в строй и полноценно восстановить корабль они физически не могли. Однако помимо крейсера «Геке», который, кстати, не казался сейчас таким уж беззащитным, в рядах противника оставался как минимум еще один тяжелый крейсер и два легких, остальные вымпелы были галерами.