Страница 38 из 157
«Для нас, как для коммунистов, ясно, что основой всей нашей работы является работа по укреплению власти рабочих, и после этого только встаёт перед нами другой вопрос, вопрос очень важный, но подчинённый первому, — вопрос национальный…
Следует помнить, что, кроме права народов на самоопределение есть ещё право рабочего класса на укрепление своей власти, и этому последнему праву подчинено право на самоопределение. Бывают случаи, когда право на самоопределение вступает в противоречие с другим, высшим правом, — правом рабочего класса, пришедшего к власти, на укрепление своей власти. В таких случаях, — это нужно сказать прямо, — право на самоопределение не может и не должно служить преградой делу осуществления права рабочего класса на свою диктатуру. Первое должно отступить перед вторым. Так обстояло дело, например, в 1920 году, когда мы вынуждены были, в интересах обороны власти рабочего класса, пойти на Варшаву»[131].
Так обстояло дело в 1939 г., когда тогдашние правители Финляндии — таннеры, маннергеймы и К°, выполняя задание международной империалистической реакции, превратили свою страну в плацдарм для нападения на Советский Союз и спровоцировали нападение Финляндии на СССР, что и вынудило советское правительство в интересах обороны страны пролетарской диктатуры дать урок зарвавшимся реакционерам, отодвинуть границу Финляндии от Ленинграда за Карельский перешеек и тем укрепить безопасность северо-западной границы Советского Союза и славного города Ленина.
Что же касается классовой сущности национального вопроса в советских условиях на первых этапах существования советского строя, то она состояла в определении правильных взаимоотношений между рабочим классом бывшей державной нации, в данном случае русским рабочим классом, и крестьянством бывших угнетённых национальностей, которые тогда не имели или почти не имели национального пролетариата. С точки зрения взаимоотношения классов в сфере национального вопроса в начале нэп речь шла
«об установлении правильных взаимоотношений между пролетариатом бывшей державной нации, представляющим наиболее культурный слой пролетариата всей нашей федерации, и крестьянством, по преимуществу крестьянством ранее угнетённых национальностей. В этом — классовая сущность национального вопроса. Если пролетариату удастся установить с инонациональным крестьянством отношения, могущие подорвать все пережитки недоверия ко всему русскому, которое десятилетиями воспитывалось и внедрялось политикой царизма, если русскому пролетариату удастся, более того, добиться полного взаимного понимания и доверия, установить действительный союз не только между пролетариатом и русским крестьянством, но и между пролетариатом и крестьянством ранее угнетённых национальностей, то задача будет разрешена»[132].
Только авангардная роль рабочего класса, руководимого большевистской партией, опирающегося на социалистическое государство и последовательно осуществляющего ленинско-сталинскую политику в национальном вопросе, обеспечила решение национального вопроса в духе последовательного интернационализма, в духе братства, дружбы и сотрудничества народов Советского Союза.
Разработанная и направляемая Лениным и Сталиным политика большевистской партии и Советского государства в национальном вопросе осуществлялась последовательно и целеустремлённо. Политическое и правовое равенство всех народностей и наций бывшей Российской империи было провозглашено сразу же после победы Октябрьской социалистической революции. Все народы России получили право самостоятельно решать вопрос о своей государственной принадлежности и о своём государственном устройстве, что явилось первым и самым действенным условием подлинного равноправия народов и уничтожения национального гнёта. Ленин и Сталин указывали, что дружба и взаимное доверие народов могут быть осуществлены лишь на основе предоставления права нациям на самоопределение, вплоть до государственного отделения. Ленин накануне Октябрьской социалистической революции говорил:
«Мы хотим свободного соединения и потому мы обязаны признать свободу отделения»[133].
Большевистская партия, Ленин и Сталин исходили из того, что полная ликвидация национального гнёта и предоставление народам права на государственное самоопределение в условиях социалистической революции породят у народов, освободившихся от империалистического гнёта, тягу к объединению на основе равенства и добровольности. Большевистская партия настойчиво разъясняла массам, что объединение усилий трудящихся разных национальностей для укрепления советского строя есть важнейшее условие успеха дела построения социализма и коммунизма. В 1920 г. товарищ Сталин говорил:
«Конечно, окраины России, нации и племена, населяющие эти окраины, как и всякие другие нации, имеют неотъемлемое право на отделение от России, и если бы какая-либо из этих наций решила в своём большинстве отделиться от России, как это было с Финляндией в 1917 году, то России, вероятно, пришлось бы констатировать факт и санкционировать отделение. Но речь идёт здесь не о правах наций, которые неоспоримы, а об интересах народных масс как центра, так и окраин, речь идёт о характере той агитации, который (характер) определяется этими интересами и которую (агитацию) обязана вести наша партия, если она (партия) не хочет отречься от самой себя, если она хочет повлиять на волю трудовых масс национальностей в определённом направлении. Ну, а интересы народных масс говорят, что требование отделения окраин на данной стадии революции глубоко контрреволюционно»[134].
Весь ход социалистической революции и коммунистического строительства в СССР подтверждает глубину и справедливость неоспоримых положений Ленина и Сталина о том, что предоставление права на отделение, будучи непременным условием для ликвидации всяческого национального гнёта, служит при социализме делу объединения наций на началах добровольности, равенства и взаимопомощи.
«Так от распада старого империалистического единства через независимые советские республики народы России приходят к новому добровольному братскому единству»[135],
— указывал товарищ Сталин, характеризуя процесс объединения советских республик.
Право наций на самоопределение вплоть до государственного отделения, провозглашённое Октябрьской социалистической революцией и закреплённое во всех советских конституциях, есть первое из неотъемлемых прав народов СССР. Товарищ Сталин ещё в 1913 г. в работе «Марксизм и национальный вопрос» разъяснял, что
«только сама нация имеет право определить свою судьбу, никто не имеет права насильственно вмешиваться в жизнь нации, разрушать её школы и прочие учреждения, ломать её нравы и обычаи, стеснять её язык, урезывать права»[136].
После Октябрьской социалистической революции, конкретизируя положение о неотъемлемых правах каждой нации и каждой народности, сотрудничающей с другими народами в рамках единого социалистического государства, товарищ Сталин исчерпывающе охарактеризовал задачи, стоящие перед коммунистической партией и Советским государством в деле защиты прав трудящихся разных национальностей, в приобщении их к коммунистическому строительству, в быстрейшем развитии их культуры, национальной по форме, социалистической по содержанию.
«Теперь, когда помещики и буржуазия свергнуты, а Советская власть провозглашена народными массами и в этих странах[137], задача партии состоит в том, чтобы помочь трудовым массам невеликорусских народов догнать ушедшую вперёд центральную Россию, помочь им:
а) развить и укрепить у себя советскую государственность в формах, соответствующих национальному облику этих народов;
б) поставить у себя действующие на родном языке суд, администрацию, органы хозяйства, органы власти, составленные из людей местных, знающих быт и психологию местного населения;
в) развить у себя прессу, школу, театр, клубное дело и вообще культурно-просветительные учреждения на родном языке»[138].
131
И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 264, 265.
132
И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 240.
133
В. И. Ленин, Соч., т. 26, изд. 4, стр. 149.
134
И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 353–354.
135
И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 229.
136
И. В. Сталин, Соч.‚ т. 2, стр. 310.
137
Речь шла о национальных окраинах бывшей Российской империи — Украине, Белоруссии, Грузии, Армении, Азербайджане, Туркестане и т. д. — Д. Ч.
138
И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 24.