Страница 9 из 14
Что ж, отблагодарю его, пожалуй, «с барского плеча». Сотрудничество может быть выгодно нам обоим. Я попросила господина Робрана продолжить разбираться с солью, чтобы поговорить с пацаном по душам. Мужчина согласился и сказал, что пока мне точно хватит мешка, а если его дочка потом, когда он придет домой и уточнит у нее детали, скажет, что этого мало на треть кабана, он завтра добавит.
Парнишка посмотрел вслед уходящему мужчине, потом перевел на меня пытливый взгляд, но за все это время так и не произнес ни звука. Даже не кричал, когда я его сшибла. Или так неаккуратно получилось, что вышибла у него весь воздух из легких? Хе-х.
Я опустилась рядом с ним на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне, и заговорила:
– Предлагаю тебе сделку.
Его брови поползли вверх. Я осторожно разжала руку, удерживающую мальца от бегства, и довольно хмыкнула – он не рванул прочь, значит заинтересован.
– У тебя настоящий талант. Я восхищена твоим мастерством карманника. Что скажешь насчет того, чтобы применить его во благо?
Парнишка недоверчиво сузил глаза и смешно сморщил нос.
– Так не бывает, – выдал он, и я, наконец, услышала его голос. Тихий, но уверенный. Смягчает звонкие, у него получилось близкое к «тах не пыфает«. Забавный акцент, а на лицо вполне обычный местный, хотя кто его знает, что там кроется под слоями грязи.
– Если я предлагаю, значит бывает. Понимаешь… Моя таверна – у меня, кстати, своя таверна, прикинь? – стоит в центре квартала воров. Но я стараюсь жить честно, поэтому сейчас на грани разорения, – я грустно вздохнула. – Но это я такая, а клиенты мои… Ну, ты понял… бесчестные господа. Я по доброте душевной наливаю многим в долг, знаю, как тяжело живется друзьям по несчастью. Но эти гады уже на шею сели! Ты понимаешь? – я всплеснула руками в негодовании, отчего плюхнулась на попу прямо на землю. Но меня это не смутило, я продолжила вещать в запале, пока мелкий внимательно слушает. Мне еще золото вернуть надо бы, между прочим. Не рыскаться же по задворкам амбаров самой? – Даже когда обзаводятся деньгами, не расплачиваются, вешают лапшу мне на уши, что мол, никак нету ни копейки, как только, так сразу, а пока налей-ка еще, добрая наша душенька Лорин. Тьфу! Уже и не знаю, как иначе с ними бороться, кроме как их же средствами, – я в сердцах чуть всхлипнула, но сделала вид, что волю слезам не дала, держусь. Хе-х, актриса во мне умирает вместе с пианистом в этом карманнике.
– Ты хочешь, чтобы я крал у них деньги? – прямо спросил паренек.
– Ровно столько, сколько они должны мне за выпивку, – кивнула я. Признаюсь, не рассчитываю промышлять этим постоянно – рано или поздно клиенты догадаются, что происходит. Мелкий же на расстоянии не может воровать, надо подойти, а значит, могут как поймать, так и запомнить. Но пару раз проучить совсем зарвавшихся наглецов очень хочется. А дальше я пацаненка приобщу к общественно полезному труду, сам еще рад будет. – Ну, что скажешь? С тебя применение таланта на ворах и разбойниках, а с меня кров и еда. Даже комнату личную тебе выделю, будешь там один жить, сможешь на замок ее запирать, никто чужой не зайдет, – давила я на то, что считала важным для ребенка, выросшего… а вот так, как вырос этот.
– А ты точно не обманешь? – подозрительно спросил он.
– Хе-х, ты правда думаешь, что на такой вопрос кто-то ответит отрицательно? – хохотнула я, вставая на ноги и отряхиваясь. – Мне не выгодно тебя обманывать, мелкий.
– Я не мелкий! Я… – И нет, не назвал имя, фыркнул и отвернулся. Ну, вернемся к этому позже. – Ладно, я согласен. Но!.. – он решительно поднял палец вверх. – Я смогу уйти, когда захочу, ты меня не будешь держать.
– Уверена, тебе у нас понравится. Но я не против такого условия. Минус один голодный рот, как-никак, – пожала я плечами. – Везде есть плюсы, мелкий, – поддела его немножко. – Значит, договорились? Отлично, пойдем.
И я зашагала в сторону склада с солью. Мальчишка шел рядом, держась чуть позади. Мордашка мечтательно-сосредоточенная. Небось уже воображает, какой будет его персональная комната и как сытно сегодня вечером он поест. Хе-х. Пора разыгрывать последнюю партию.
– Ой, точно, – вдруг затормозила я, – кошелек же забрать надо, а то мне за соль нечем расплатиться, там как раз нужное число медяков…
Но мелкий моего блефа уже не слушал, с довольным: «Сейчас принесу! » – он ринулся между амбаров. «Только бы не заглянул внутрь…» – молилась я. Пока бежал после воровства, точно не успел бы, просто скинул куда-то, спрятал, но сейчас время есть.
Однако все прошло хорошо. Прибежав обратно, совсем не запыхавшись при этом, парнишка просто протянул мне, старательно пытаясь сохранить лицо и не выказать самодовольства, родной увесистый кошель. Вот так я обвела тебя, мелкий паразит, вокруг своего мозолистого девичьего пальца. Тебе у старших еще учиться и учиться…
Глава 7
– Значит так, барин и барыня, – уткнув руки в боки, напирала я на пару арендаторов, с которых хотела стрясти себе комнату для проживания. Почему я так их назвала? А жирновато живут! – Времена настали тяжелые, таверна скоро загнется, я вынуждена принимать решительные меры, а вы двое, хоть и муж с женой, но почему-то занимаете аж две комнаты, да еще и не смежные. Это как понимать вообще?
Женщина потупилась, скрывая смущение. Мужчина бросил на нее быстрый взгляд и снова уставился прямо на меня.
– Молчите? Понятно. Значит, я приму решение сама. С сегодняшнего дня платите на треть меньше, но живете в одной комнате.
– Я не стану!.. – взвилась было возмущенно барыня, но я прервала ее на тон выше:
– Еще как станешь! Ишь, чего удумали! Даже в договорных браках бывают дети, а у вас хоть консумация случилась? М?
– Консу… что? – нахмурился супруг, с виду типичный житель нашего бедового квартала.
Вместо ответа я показала классический жест… ну… когда указательный палец входит-выходит в кольцо из двух пальцев другой руки. Сосиска в дырку, другими словами. Женщина – взрослая на вид, меня, в смысле Лорин, явно старше лет на пять – не поняла демонстрации, а потом догадалась и мигом вся вспыхнула. Барин недовольно скривился. От оно че…
– Так тем более! – всплеснула я руками. – Уже почти месяц прошел, горемычные мои. Все-все, никаких отговорок, в одну комнату, но так уж и быть, барыня, не истери, две кровати вам поставим. Нет, ничего не хочу слышать. Мартын! Ходь сюды!
Пока наш местный силач перетаскивал кровать из одной комнаты в другую, я подозвала Висту и деликатненько ей намекнула, что, мол, молодоженам, особенно пугливой дамочке, нужны моральная помощь и постельный совет. Виста у нас женщина опытная, в браке побывавшая, даже сына родившая, она точно знает, как лучше поговорить.
– Ой, Лориночка, – развеселилась Виста, – ты хоть знаешь, чего эти двое тут живут-то? У мужа дом на окраине квартала, да женка боится с ним оставаться одна. И как дальше жить с ним будет? Думала, попривыкнет, да не видно что-то. В разное время с работы возвращаются, даже не разговаривают почти что.
– Вот, – наставительно подняла я палец, – тем более надо помочь ребяткам. Ты ж не откажешь? А мне комната нужна, хоть человеком себя почувствую. В каморку на крышу нашего новенького беспризорника поселим. Как там, кстати, вода? Нагрелась?
Мелкий в это время тихонечко сидел у заднего выхода с кухни и точил гренки с чаем. Ужин уже умял, хоть и очень опасливо, подозревал, может, что его травануть хотят. Но мы с остальными домочадцами так спокойно обсуждали дела насущные – особенно про кабана и его временную упаковку в подвалы много разговоров было, – что он успокоился. А от теплой сытной пищи так и вообще размяк. Но слушал все равно внимательно, даже разговоры ни о чем.
И встрепенулся лишь тогда, когда я заговорила о мытье.
– Не люблю щелок, он жжется, – буркнул засранец и насупился, давая понять, что своей точки зрения не изменит.
– Само собой! Жуткая штука! – тут же живо согласилась я, чем выбила у него почву из-под ног. – Никакого щелока, я тебя таким пыткам не стану подвергать, – не стесняясь, преувеличивала я. – Тут у одного умного монаха удалось узнать рецепт очень классного средства. Мыло называется. Попробуй руки вымыть, вдруг понравится? Вон на раковине стоит бутыль. Не жадничай, в ладошку набери, вот так. И потри ручки, с водичкой, ага. Ну, что скажешь? Приятно, правда?