Страница 136 из 154
Том 2 Глава 19
— Мирный, вот объясни мне, почему если в городе что-то происходит, в этом обязательно оказываешься замешан ты? — спросил Серов, устало глядя на меня.
Мы сидели в его кабинете и гоняли кофеек, любезно сваренный Людочкой. Бумаг в помещении с моего последнего визита не уменьшилось. Даже, наверное, наоборот — увеличилось. Такими темпами, к следующему моему визиту вместо кабинета у Антона Васильевича будет архив.
— Я вообще за костюмом ехал, — ответил я, рассматривая опасно накренившуюся башню из канцелярских коробок с папками. — А не за приключениями.
— На отжатом у поляка «Руссо-Балте», — заметил Серов.
— Не отжатом, — поправил я особиста, — а выигранном в честном поединке. Который, кстати, сам поляк и спровоцировал. И это как относится к делу? — приподнял я брови.
— Возможно, что и никак. А может быть, и как-то, — мужчина тоже покосился на накренившуюся башню, и та нехотя прижалась к стене.
— Эти любезные люди что, его родственники? — уточнил я.
— Ну, если только очень дальние, — вздохнул Серов. — Вообще, эти, как ты выразился, «любезные люди» — члены частной наемной структуры Лисовски.
— Бандиты-наемники? — переспросил я, не поверив своим ушам.
— Просто наемники, — поправил Серов. — То, что они бандиты, я пока доказать не могу. Работают так, что комар носа не подточит. Косвенно за теми четырьмя трупами, которыми ты намусорил на Садовом кольце, очень длинный список нелицеприятных вещей от грабежей до изнасилований. Однако по факту предъявить им можно только административный штраф за превышение скорости, и то это не повод к депортации.
Лисовски тут что, местный Аль Капоне? Польский гангстер? Что, блин⁈
— Слов нет, — выдавил из себя, потому как пауза затянулась.
Слов действительно не было, были одни матерные междометия.
— А разве разрешены иностранные вооруженные формирования на территории Российской Империи? — осторожно уточнил я.
— Конечно, нет. Но кто сказал, что это иностранное вооруженное формирование? У них, между прочим, несколько вполне себе официальных контрактов от парочки наших родов есть, — ответил Серов. — Из тех, кто не может себе позволить собственную дружину.
— Хм…
— Понимаю твою растерянность, — кивнул собеседник. — Кровь молодая у тебя, горячая, не подумал, что скучный пшек может оказаться членом не просто сильного рода, а целой криминальной структуры. С первым еще можно было бы как-то урегулировать конфликт, опираясь на имперские законы. Со вторым уже сложнее.
— Что-то сильно много чести за пару сломанных по молодецкой дури рук устраивать стрельбу в центре столицы, — заметил я, покачав головой.
— Какая может быть честь у наемников, Мирный? — возмутился Серов. — Только банковский счет! А заказ наверняка взяли из религиозных соображений: какой-то безродный москаль обидел благородного поляка.
— Убить такого мало, — усмехнулся я.
— Ну, типа того.
Мы помолчали.
Я подумал о том, что городу явно не хватает камер на каждом шагу. Но до всеобщего видеонаблюдения местному техническому прогрессу еще ползти и ползти. А еще подумалось о том, что эти упыри от меня теперь точно не отстанут.
— Так и что делать-то, Антон Васильевич? — спросил я. — Еще пара таких перестрелок на улицах города, и вы ж сами из меня душу вынете.
Серов кинул на меня та-а-акой взгляд, что я сразу понял — сейчас мне сделают предложение, от которого нельзя отказаться.
— Ты, Сашка, парень умный, талантливый, — издалека начал мужчина, отчего я лишь закатил глаза.
— Ой, вот давайте только без этого. Я не девица, чтоб меня обхаживать и комплиментами осыпать.
Серов усмехнулся.
— Вот смотри, Мирный. Наемники Лисовски от тебя теперь точно не отстанут. Думаю, ты и сам это понимаешь.
Я в ответ кисло улыбнулся.
— Прищучить этих выродков формально не за что, — продолжил он. — Можно подергать на допросы, немного помариновать тут, но толку особо не будет, зато они, скорее всего, в результате станут злее и примутся охотиться за тобой с удвоенной силой. Ты, конечно, можешь сказать, что бояться тебе нечего: и двумя стихиями всех положишь, и снайперу в прицел плюнешь, и без парашюта полетаешь, и под водой дышать не будешь, а семьи у тебя нет, чтобы через нее давить, но…
— Да я не… — начал было возражать я, но пришлось захлопнуться.
Особист посмотрел на меня очень внимательно. Таким тяжелым, отеческим взглядом, каким смотрит батя или командир, прежде чем выписать люлей за нарушение субординации.
— Но исходя из моего опыта, в конечном счете, боюсь, мы найдем тебя в какой-нибудь канализационной трубе, — закончил свою мысль Серов. — Чисто статистически удача не на твоей стороне.
— Ну, судя по всему, мне пора подбирать костюм не для свиданий, а на похороны? — раздраженно спросил я.
— Нет, почему же? У меня есть отличное предложение, которое решит сразу все проблемы: и мои, и твои.
Пришлось изобразить живейший интерес, и Серов продолжил:
— Я сейчас оставлю на столе адрес, где наемники Лисовски квартируются. И выйду покурить, — сказал он. — Ты, как и всякий буйный молодой человек, у которого горячая кровь и острая жажда справедливости, туда наведаешься. Посмотришь, что да как, может, по душам побеседуешь с пшеками. Мои ребята, чисто случайно, конечно, тем временем будут курить за углом. И как только ситуация станет неконтролируемой, наши бойцы спасут подающего надежды студента от бесчинства польских наемников. Как тебе? Круто я придумал?
Круто — не то слово. Просто охренеть.
— Я это… — медленно проговорил я, внимательно смотря на собеседника. — Я, может, что-то не так понял… Но пока что выглядит так, словно вы мне предлагаете вашу работу за «спасибо» выполнить.
У Серова от такой наглости дернулся глаз.
Понятное дело, почему. Тут пацану без башни предлагают пойти и погеройствовать, а он решил поторговаться. Где это видано?
— Ладно, — нехотя произнес мужчина. — Чего ты хочешь?
Ну вот, совсем другой разговор.
По адресу, который я «подсмотрел» у Серова на столе, располагалось кафе. Это было отдельно стоящее строение на объездной магистрали города, чем-то напоминающей МКАД, только немного смещенной в пространстве.