Страница 9 из 18
– Да в чём дело—то? – повышаю голос, от чего женщина морщится.
– Давайте без нервов.
– Простите.
– Как я уже сказала, другого выхода я не вижу. Ко мне поступило огромное количество жалоб на поведение вашей девочки, – протягивает папку, – Вот, взгляните.
Беру в руки, и начинаю читать. Конечно, я знаю что дочка у меня очень шебутная, но… Здесь речь идёт не о том.
– Это писали родители из вашей группы. Сами понимаете, обратись ко мне одна семья или две, я могла бы как—то сгладить ситуацию. Но тут заявления почти от всей группы. И к сожалению, я не могу просто так проигнорировать этот сигнал.
– Послушайте, но вы же понимаете, что это всего лишь ребёнок! – даже не хочу читать всю эту чушь.
«Прошу оградить от пагубного влияния»
«Требуем отстранить от посещения детского сада»
«Настаиваем, на исключении данного ребёнка»
Такое впечатление, что не родители писали, а какие—то не люди.
– Да, ребёнок, – кивает, – Но вы хоть понимаете, что будет, – тыкает пальцем в листки, – Если это пойдёт дальше? Например, в комитет по образованию? Или в опеку?
– Что? – испуганно смотрю на заведующую, – Причём здесь опека?
– А вы как хотели? – удивлённо вскидывает брови, – Вы – мать—одиночка, – произносит так, будто это какое—то клеймо, – Не справляетесь со своим ребёнком. Девочка агрессивна. Не реагирует на слова воспитателя. Ууу, Диана Сергеевна, поверьте мне, такое может начаться, что обычным исключением вы не отделаетесь.
– Это не правда! Мия немного взбалмошная, но ни о какой агрессии даже речи не идёт! Она добрая и милая девочка! – вся растерянность вмиг исчезает. Мне очень не нравится тон, в котором эта женщина говорит о моём ребёнке.
– И Ирина Игоревна не жаловалась! Я ведь разговариваю с воспитателем. Более того, она даже не…, – договорить мне не дают
– Ещё не успела поставить её в известность. И у меня есть куча пострадавших от этой «милой и доброй девочки», – фыркает, – Не знаю, почему воспитатель скрывает эти моменты. С этим тоже нужно разобраться. Так что будьте любезны, заберите спокойно документы, а иначе…
– Иначе что? – прищуриваюсь. Она угрожает мне? Идиотизм какой—то! Непонятные заявление, наговоры. Ну не может Мия быть такой бандиткой! Да и родители. Со мной никто не выходил на связь. Мы в принципе ещё не успели толком познакомиться. Всё—таки новая группа.
– Иначе, я вынуждена буду обратиться в другие инстанции, – строго заканчивает заведующая, поправляя очки, – Если вы не справляетесь с воспитанием дочери, стоило задуматься, есть ли смысл так рано отдавать её в сад.
От возмущения у меня дар речи пропадает. Я не справляюсь??? А Елена Серафимовна продолжает свою поучительную лекцию.
– Хотели скинуть свои обязанности на других? Не выйдет!
Всё. Достаточно.
– Видимо, нормального диалога у нас с вами не получится. Что ж, я найду того, с кем смогу обсудить данный вопрос, – встаю и направляюсь к выходу.
– Смотрите как бы не пожалеть потом, – доносится мне вслед, – У вас три дня.
Я еле сдерживаюсь, чтобы не послать её далеко и надолго. Но нельзя. Сейчас это не сыграет мне на руку, а добавит проблем.
Выхожу из сада, а в голове кавардак. Не могу понять происходящего. И пока не знаю, что делать дальше.
Денис…
Собираясь на деловую встречу, размышлял о необходимости предстоящей сделки, как в кабинет ворвался Стас.
– Отец, вот объясни мне, какого лешего, а? – возмущенно взирает на меня.
– Не понял, – вскинул брови, – Стас, то что ты мой сын не даёт тебе права вот так врываться и…
– Ах теперь я сын, – фыркает, – Уверен?
– Что за претензии? – хмурюсь, – Сядь и спокойно поговорим, – предлагаю, бегло смотря на часы. Немного времени в принципе есть.
Такое поведение не характерно для Стаса. И мне очень хочется узнать, чем оно вызвано. Камилла что ли накрутила его?
– Знаешь, я не буду садиться. Я просто сейчас покину твою фирму и ноги моей здесь больше не будет. Счастливо оставаться! – разворачивается, чтобы уйти. Ну уж нет!
– Стоять! – рявкаю, – А ну прекрати истерику, – парень оборачивается, – Ведёшь себя как мальчишка.
– Неужели? – язвительно улыбается, – Видимо, хороший пример перед глазами.
Так, у меня сейчас голова заболит.
– Ты можешь объяснить, что случилось?
– Диана, – произносит одно слово и мне становится ясно. Побежала жаловаться, решила, что друг, коим она считает моего сына, защитит её. Хитрая зараза.
– Не расскажешь, за что ты её уволил? Насколько мне известно, она старалась. Какую же страшную ошибку допустила, что ты просто вышвырнул её?
– Это она тебе так сказала? – начинаю закипать. Если эта девка всё перевернула с ног на голову, я ей шею сверну.
– Как раз она мне ничего не говорила, – замираю, – Всё очевидно. Её нет на рабочем месте, от предложения подвести она отказалась. На обед тоже не собирается. Или ты её уже куда—нибудь на край света сослал, а?
А вот это уже интересно. Неужели промолчала? И просто ушла, как и сказала? Да быть такого не может.
– Стас, уверен, это какое—то недоразумение, мы сейчас…
– Нет, – перебивает, – Недоразумением было прийти к тебе за помощью. Я не абы за кого попросил. А за хорошую девушку, которая готова работать и главное, хочет этого! Но ты почему—то в упор не хочешь этого замечать!
– Станислав! Не забывайся! – меня бесит то, как сын со мной разговаривает. И бесит, что из—за какой—то девчонки, я вынужден выслушивать эту истерику.
– Знаешь, я думал, что все останутся в выигрыше. Ты получишь трудолюбивого сотрудника, мама успокоится, относительно твоих шур—мур на работе, а я…, – замолкает.
– Продолжай, – сажусь в кресло, и прищурившись смотрю на парня, – Ты будешь поближе к этой девчонке? Стас, на кой чёрт она тебе сдалась? Ну да, мордашка ничего. Но таких ведь тысячи!
– Ты не понимаешь, – качает головой, – Диана – не такая как все. Она настоящая. Она единственная кто не видит во мне денежный мешок.
– Ой ли, – морщусь.
– Да, отец! – настаивает Стас, – Мы знакомы не первый год. Вместе учились. И пока все наши однокурсники тусили, Диана искала подработки, над учебниками корпела, ради этой грёбаной корочки! Да она одна…, – снова резко замолкает. В прочем, дальше продолжать бессмысленно.
– Так, я понял. Девушка особенная и всё в таком духе.
– Сарказм не уместен, – становится серьёзным, – Прошу прощения, за эмоции. Этого больше не повторится. И вас, Денис Родионович, – делает акцент на своём обращении, – Я более не потревожу. Всего доброго!
– Стас, а ну стой! – снова останавливаю парня. Вот вцепился он в эту Диану!
– Что ещё? – хмуро оглядывается.
– Прекрати этот балаган! Такое ощущение, что тебе пять и тебе не купили понравившуюся игрушку. Ты что, жениться на этой девчонке собрался? – спрашиваю прямо. Если так, то даже не знаю, как реагировать.
– А ты не думал про обычную дружбу? Поддержку?
– Я серьёзно, – у меня совершенно нет желания выслушивать подобный бред. В подобные отношения я особо не верю.
– А если серьёзно, то я уже всё сказал, – вздыхает, – Мне хотелось помочь Диане. Ей не просто. Ну а потом видно было бы, – неопределённо пожимает плечами.
Не понимаю, почему если есть какие—то чёткие цели, не сказать об этом? Или думает, что я не одобрю? Да. Это факт. С другой стороны, предотвратить свадьбу в случае чего, не трудно. Было бы желание.
– Хорошо, – вскидываю руки вверх, признавая поражение, – Ты победил. У нас случился небольшой инцидент. Не совсем друг друга поняли. Скорее всего поэтому, она решила уйти с работы, – если девушка смогла промолчать, то я уж точно не собираюсь раскрывать правду. Ни к чему это.
– Так я и знал.
– Дай мне её адрес, я съезжу и всё решу.
– Ты? – переспрашивает, – Сам поедешь?
Знаю, звучит глупо. Но учитывая то, как она сбежала – лучше самому разобраться. Объясню, будто я хотел её проверить. Короче навешаю лапши на уши. Пусть успокаивает свой гонор и возвращается.