Страница 56 из 66
Но всё это мгновенно пронеслось у него в голове, после чего он отбросил эти мысли. Как только он приземлился на землю, то сразу же попытался встать. Но левая рука, куда и угодила пуля, отказывалась его слушаться. В этот момент к нему подбежала охрана, которая быстро заслонила его и начала поднимать.
В этот момент прозвучал очередной выстрел, но Туз удачно наклонился, даже сам того не желая, из-за чего пуля угодила прямо в него. Пирс, несмотря на боль, бросился изо всех сил внутрь здания, спасаясь от снайпера, но заходя внутрь, снова поймал взгляд парня. Однако на этот раз он тоже смотрел на него. И в этот раз, в его глазах был небольшой, но неподдельный интерес, будто перед ним выступала обезьянка, которая сейчас показала ему очень интересный номер.
Это осознание настолько сильно его разозлило, что придало ему сил. Он ворвался внутрь здания, и сразу же принялся раздавать команды:
— Никого не пускать. После того, как я поднимусь наверх, обесточьте лифты. И мне всё равно как, но вы должны грохнуть всех, кто сюда попытается прорваться. ЯСНО?!
— ДА, — прозвучали ему крики.
— Тогда живо за работу! — рявкнул он, после чего, не показывая слабости, побрёл к лифту, на котором сразу поднялся на самый верх.
Вваливаясь с трудом в кабинет, где никого не было, он держался за свою пострадавшую руку. Пуля пробила ему плечо, от чего рука отказывалась двигаться. Целой рукой он взял с полки бутылку коньяка, зубами открыл деревянную пробку и залпом сделал несколько глотков. После этого он кое-как стянул с правой руки перчатку и принялся рукой ковыряться в ране, в попытках достать застрявшую пулю, которую срочно нужно было вытаскивать.
Вся его рука было чёрная, будто обугленная. Причиной же такого детства был его дар. Когда он только прорезался, то Пирс имел неосторожность играться с ним, ничего не рассказывая об этом взрослым. А потому такая рука — была закономерным исходом. Однако она полностью функционировала и была такой же здоровой, как и левая, несмотря на её жалкий вид. Врачи, к которым он обращался, лишь пожимали плечами, говоря, что видимо это один из побочных эффектов неосторожного обращения.
Они же говорили, что с рукой больше точно ничего не должно случиться, и она и дальше будет работать, как и здоровая левая рука. Так что Пирс, когда встал на кривую дорожку, решил сделать из этого свой отличительный знак, который в будущем очень даже окупился. Да и вообще, не будь он одарённым, то не смог бы забраться на ту вершину, на который он сейчас был. Так что он нисколько не переживал из-за своей руки, считая это всего лишь платой за достигнутый успех.
С трудом достав самый большой ошмёток пули из руки, он откинул его прочь. После этого сжав перчатку зубами, он полил алкоголем на рану, а после прижал палец здоровой руки. Он чуть засветился, и спустя пару секунд, в воздухе появился запах жареной плоти, так как он своими собственными руками прижёг себе открытую рану. Всё равно все осколки достать он не мог, да и времени сейчас на то не было. Когда с делами разберётся, то обязательно доедет до нормального врача.
Сев к себе на кресло, он включил свой компьютер. Пока он включался, то налил себе в стакан, который всегда стоял где-то рядом новой порции алкоголя, который должен был помочь заглушить ему его рану. После он принялся смотреть по камерам, где сейчас находился его противник.
Он как раз успел застать тот момент, когда Лирин локомотивом врезался в двери, после чего раскидал всех присутствующих парней магией на раз-два.
— Вот ***** сын, — зло прорычал Элин, швыряя в сторону бокал, из которого только что пил. — Ну, ничего, мы ещё посмотрим кто кого.
Он взял телефон, открыл записную книжку и принялся искать тот самый номер.
— Ало. Да это я. У меня есть к тебе деловое предложение. ДА ПОСЛУШАЙ МЕНЯ! Слушаешь? Отлично. Помнишь, ты хотел долю в предприятии? Я дам тебе 30 %. Сколько? Да ты совсем охренел?!?! 50 % — не больше. Да знаешь что? Я тебя вертел со скоростью света! С такими предложениями ты мне должен будешь жопу лизать. Хорошо, 65 %. Но через 5 минут ты со своими людьми должен быть у меня. Да, бери всех. Там есть проблемные люди, как только с ними разберёшься, сразу отдам тебе твою долю, — Элин нажал на кнопку отбоя и спокойно положил телефон.
Весь его гнев мгновенно пропал. Он был специально наигранным, чтобы его собеседник был уверен, что Пирс в отчаянном положении. Да Элин даже торговался ради приличия. Иначе его собеседник мог подумать, что всё действительно плохо, а потому не захотел бы ввязывать в эту авантюру. В любом случае этот придурок, действительно думал, что сможет получить крупный кусок бизнеса Чёрной руки, при этом ничего не делая. Но теперь у него появилась задачка, над решением которой ему стоит хорошенько попотеть.
А Элин Пирс с радостью посмотрит, как он справится с одарённым. Может «союзник» измотает его, и Пирс с легкостью добьет победителя. Однако он не ждал многого. Тот был просто бандитом, который давно потерял страх. А нежелание Пирса с ним разбираться, принимал за слабость, а не за то, что тот попросту не стоил усилий Чёрной руки. В любом случае, чем бы не закончилась их драка, главное, чтобы в конце неё единственным победителем оказался Элин Пирс, иначе всё, что он делал до этого окажется бесполезным.
……
Сказать, что Элин Пирс жил в благополучной семье, совершенно точно не повернётся язык. Верней, нужно иметь определённую наглость, чтобы так говорить. Впрочем, сам Элин так же не был хорошим примером для подражания, однако, виной тому не самое счастливое детство. Однако, если бы Пирса попросили выделить какой-то эпизод из своей жизни, который повлиял на него самого больше всего, то он несомненно расскажет про тот самый злополучный день….
Элин вновь проснулся от страшных криков. Так как часов в его маленькой коморке никогда не было, да и окон тоже, единственное, как он мог определять время — это по крикам. Что-что, а вот пунктуальности его «родителям» не занимать. Его отец приходил с работы около 5 утра, а мать, в это время только собиралась, потому что уходить ей было нужно в 6. Из-за этого, целый час, пока они оба находились дома и не спали, Элин с трудом мог делать хоть что-то, кроме того, что весь сжавшись, он сидел тихо и не подвижно, боясь даже громко дышать. Уж лучше слышать крики и дрожать в страхе, чем терпеть побои из-за того, что он в очередной раз попал под горячую руку.
Его родители уже приноровились терпеть друг друга. Именно поэтому, отец работал в ночную смену, а мать в дневную. Так, вероятность того, что они пересекутся уменьшалась, а время, которое они оба бодрствовали, сокращалось почти до минимума. И после этого ссоры стали довольно редким явлением. Пока в какой-то момент, его отец вновь не начал пить. Целый месяц, он пил за чужие деньги, а в день зарплаты угощал всех, и при этом всегда сам нажирался как свинья. А потому, зарплата, ради которой он трудился, почти никогда не попадала в семью.
Из-за этого мать и отец сильно и часто ругались. И если сначала, в глазах матери виноватым был только его отец, то через какое-то время, пособником отца стал и его сын, то есть, Элин Пирс. Поэтому, стоило ему только попасться под руки, как он мог получить и от пьяного отца, которого разозлила «тупая женщина», так и от матери, которую разозлил «тупой алкаш». А Элин всегда оказывался, либо неродным сыном для отца, которого его мать нагуляла на стороне. Либо таким же тупым и бесполезным выродком, который таким являлся по словам матери.
В общем, самые лучшие часы жизни для Элина были тогда, когда его родители спали или были на работе. Именно тогда он осмеливался выходить из комнаты, чтобы хотя бы поесть. Впрочем, еду ему не всегда удавалось найти, потому что, отец вечно пил, а мать спускала все деньги на различные обереги, талисманы и, будто этого было мало, на игровые автоматы. Собственно, именно из-за последнего и начал пить отец, потому что, мать вечно туда спускала все свои деньги, а когда долги стали особенно большими, она начала таскать из дома вещи. Параллельно с этим отец начал сильно пить, а потому, деньги перестали доставать матери, которая не могла прожить день без очередной ставки. Элин даже подозревал, что дело всё на самом деле именно в том, что мать стала получать меньше денег, а потому, играть столько же, сколько она могла до этого у неё не получалось.