Страница 22 из 32
– Не сомневаюсь. – Она пошла вслед за Марной, но тут же обернулась к Клэнси. – А ты разве не пойдешь?
Он покачал головой.
– Я зайду за тобой через час, чтобы проводить на ужин. Мне нужно сделать несколько важных звонков.
Ее лицо потемнело.
– Это касается Мартина?
– У меня куча дел и помимо Болдуина, – заверил ее Клэнси. – Не волнуйся, ему еще слишком рано вновь заявлять о себе. Но даже если он покажется, я сумею тебя защитить.
Но сможет ли он защитить себя? От Мартина исходила такая угроза, когда они встретились тогда на рынке! Лайза решительно отогнала от себя мрачные мысли. Нельзя расстраиваться в такой день. Сегодня она будет счастлива.
– Я знаю, – ответила она, улыбаясь. – И не сомневайся, без тебя я даже не выйду из комнаты. Замок такой огромный, что в нем можно заблудиться. Сколько тут, интересно, комнат?
– Тридцать две, не считая жилья для слуг.
– Ничего себе! Когда ты приглашаешь даму в замок, то делаешь это на высшем уровне, Клэнси. Ну ладно, я лучше пойду, пока моя провожатая не исчезла из виду. – Она помахала Клэнси и поспешила вслед за Марной.
Клэнси постоял, наблюдая, как она поднимается по широким ступеням лестницы. Лайза двигалась быстро, легко и грациозно. На фоне серой каменной стены она выделялась словно весенний цветок. Он испытал уже знакомое желание полностью владеть ею. Ну все, этой ночью она будет принадлежать ему. А если ему повезет, то после сегодняшней ночи будет много и других.
Когда Лайза скрылась из глаз, Клэнси повернулся и пошел в библиотеку. Он сразу же дозвонился до Гэлбрейта, оставшегося в Марасефе.
– Ну что, раскопал что-нибудь?
– Ничего абсолютно! Я звонил Бертолду и велел ему быть настороже – Болдуин может появиться в любой момент. Кроме того, я звонил нашим сотрудникам в США, чтобы предостеречь их. – Гэлбрейт помолчал. – Но ведь ты не думаешь, что он вернется в одно из этих мест?
– Нет. Он скорее поедет в Саид-Абаба и присоединится к своим дружкам-террористам. Он знает, что там будет в безопасности. – Тон Клэнси стал резче. – А с их связями в Седихане он без труда обнаружит, где находится Лайза. От этой возможности он ни за что не откажется.
– Так почему бы тебе не вернуться в Марасеф? Там, в пустыне, ты совсем оторван от мира.
– Зато сразу замечаешь что-то необычное. А в таком многонаселенном городе, как Марасеф, все гораздо сложнее. Я хочу, чтобы ты завтра же послал сюда нескольких наших лучших людей. Предупреди, что им придется изображать из себя слуг. Я не хочу лишний раз тревожить Лайзу.
– Так ты точно решил там остаться?
– Да, пока мы не поймаем Болдуина. – Затем с некоторой иронией Клэнси добавил: – С твоей стороны было бы очень любезно попытаться схватить его до того, как он здесь появится. Если, конечно, это тебя не затруднит.
– Нервничаешь? – весело отозвался Гэлбрейт. – Ну ладно, я сделаю все возможное, кроме разве что перехода границы Саид-Абаба. Идет?
– Идет, и не забывай держать меня в курсе.
Повесив трубку, Клэнси еще минуту рассеянно смотрел в пространство. Он действительно немного нервничал. Гэлбрейт, безусловно, сделает все возможное, чтобы схватить Болдуина, если тот перейдет границу. Но Клэнси не мог не волноваться о Лайзе.
Он посмотрел на часы и быстро пошел к двери. Уже прошло пятнадцать минут, а ему еще надо принять душ и переодеться к ужину. Конечно, элегантный смокинг не превратит его в сказочного рыцаря, достойного принцессы, но надо хотя бы попытаться.
Глава 7
К большому облегчению Лайзы, ужин был подан в маленькой овальной столовой, а не в огромном зале со сводчатым потолком. Стены столовой были увешаны выцветшими от времени гобеленами и освещались свечами в серебряных канделябрах. В центре комнаты стоял овальный дубовый стол, его потемневшая от времени поверхность говорила о древности. Весь замок производил впечатление простоты и сдержанного благородства, напоминавшего о старых временах. Даже современные удобства, вроде водопровода и электричества, не мешали этому впечатлению.
Лайзе и Клэнси прислуживала расторопная и старательная служанка, хотя ее движения казались порой излишне нервными. Подавая им утку с апельсинами, она нечаянно капнула соусом на салфетку Лайзы. Вздрогнув, она бросила испуганный взгляд на внушительную фигуру Марны Дюбак, стоящей у двери. Марна нахмурилась. Девушка ахнула от ужаса и выбежала из комнаты.
– В чем дело? – спросила Лайза.
– Ничего страшного, – сказала Марна, пожав плечами. – Прошу прощения, что девочка была так неловка. Я сейчас пришлю другую. – Она вышла, двигаясь с легкостью, необычной для женщины ее сложения.
Лайза посмотрела на Клэнси и весело улыбнулась.
– А я-то думала, что тот метрдотель в ресторане, где я пела, был страшным! Но куда ему до Марны! Если Монти хмурился, то официанты никогда не убегали из зала в такой панике.
– Но Монти не был цыганом, которому приписывают способности насылать порчу, – сухо пояснил Клэнси. – Единственное, что грозило его подчиненным, – потерять работу.
– Она что, цыганка?
– Самая настоящая, из тех, что гадают на картах, – усмехнулся Клэнси. – В Тамровии есть несколько кочевых племен, и она принадлежит к одному из самых влиятельных.
– Но каким образом цыганка стала няней принцессы?
– Такова традиция. В старые времена верили, что цыгане обладают большими познаниями в магии, и заполучить цыганку в няни к своему ребенку было престижно. В племени Марны стало традицией посылать наиболее достойных девушек каждого поколения служить королевской семье. К несчастью, их величества совершили ошибку, назначив Марну няней Киры.
– Почему ошибку?
– Потому что соединять вольную цыганскую философию Марны с неукротимым темпераментом Киры было все равно что лить масло в огонь. – Клэнси поднес свой стакан к губам. – Получилось нечто взрывоопасное.
– Очаровательно, – пробормотала Лайза.
– Да, если любишь играть с динамитом. – Он улыбнулся. – Лично я предпочитаю, чтобы мои развлечения носили более спокойный характер. Я говорил тебе, как хорошо ты сегодня выглядишь? Мне очень нравится твое платье.
– Мне тоже. – Лайза прикоснулась к персикового цвета парче. Она знала, что этот цвет идет к ее глазам и волосам, а сам материал выглядел роскошно. – Хотя его стиль больше подходит к восточному дворцу, а не к этому замку.
– Ну, не знаю. Думаю, многие рыцари привозили своим дамам подобные роскошные одеяния из своих крестовых походов.
– Вот об этом я не подумала. – Надо сказать, Лайза вообще не могла связно мыслить. Ее ладони стали влажными от волнения. Надо же, она волнуется, как юная девица перед первым свиданием! Да, все-таки следовало соблазнить Клэнси еще в самолете. Там она чувствовала себя раскованно. А теперь, когда Лайза успела осознать, насколько важна будет сегодняшняя ночь, она превратилась просто в комок нервов.
– Ты опять ничего не ешь. – Глаза Клэнси насмешливо сверкнули. – Ты не должна разочаровывать Марну. А вдруг она тебя сглазит?
– Так вот зачем ты меня сюда привез? Чтобы Марна добилась того, чего не удалось вам с Гэлбертом?
Клэнси замер.
– Ты знаешь, для чего я тебя сюда привез, – сказал он уже совсем другим тоном. – И тут придется утолять совсем другой аппетит.
У Лайзы внезапно перехватило дыхание. В глазах Клэнси отражались огоньки свечей, но вряд ли этим можно было объяснить их жаркий блеск. Комната была насыщена напряжением желания. Оно было почти осязаемым. Почему они сидят тут и ведут светскую беседу, когда все, чего им хочется, – это оказаться в объятиях друг друга? Лайза решительно положила вилку.
– Ты и сам не очень-то много ешь. Может, рискнем навлечь на себя гнев Марны и бросим все это?
Клэнси мгновенно бросил салфетку на стол и поднялся.
– Если успеем убежать, пока она не вернулась из кухни. – Обойдя стол, он поднял Лайзу на ноги. – Идем!
Они выбежали из комнаты, как непослушные дети, и тут же столкнулись с Марной. Оба резко остановились.