Страница 6 из 95
С Алви действительно все прошло гладко. Когда разум силён, полностью и единолично владеет телом, без внутренних конфликтов и осложнений, то рисков потерять «душу» почти нет. Она словно жёсткой ниткой пришита. Урка же, будучи на положении гостя, покинул тело Алви почти без препятствий. Тем более, что он того сам хотел. Проблемы были как раз с подселением в тело живности. Главный парадокс заключался в том, что разум свежего зараженного, как ни странно в первые часы обращений хоть и слаб, но является полноценным хозяином оболочки. Его оттуда не прогнать и не вытащить. Паразит над этой частью собственного эволюционного пути знатно поработал. Со временем скрепы слабеют, но сам разум набирает свою силу. Потому переселить Урку в тело зараженного любой стадии не вышло бы. Сам собой напрашивался вариант с человеческим ребёнком. Но и тут парадокс. Хоть разум ребёнка после рождения и чист, однако мозг в этом случае словно пустой диск. И как бы это ни было парадоксально, первую запись на плёнке жизни, паразит также не способен произвести. Ему зацепится не за что. Когда он обращает животное или человека, он включает первичный набор рефлексов и инстинктов. У взрослого они есть, голод, добыча, охота… Но ни тело ребёнка, ни его мозг не приспособлены к таким задачам. Из всех доступных рефлексов лишь сосательный… А ведь высосать из мамы молоко и терпение, не тоже самое, что жизнь из любой твари…
Потому остаются только относительно мелкие, на грани перехода по весу животные. Пограничный вес пятнадцать килограмм. Оптимально, заселить Урку в животное максимально приближенное к этому весу, но в то же время, не преодолевшее этот незримый порог.
После чего, Урка будет обильно питаться, и вобрав в себя достаточное количество паразита его тело начнет меняться. Но при этом его разум повторно уже не будет изменён. Тут как с девственностью. Порвать оболочку души можно лишь один раз. Потому Урка, если выживет, будет расти как зараженный, но при этом Оставаться собой. Главное порвать оболочку до паразита, но при этом, чтобы процесс изменений не был слишком оттянут. Без помощи Улья Урка не выживет…
— Это ббыло сложно. Оччень сложно. Дальше ддело за животиной…— устало пробурчал Ширяй. — Нно очень интересно. Ты меня ккак всегда удивил.
— Я и сам, знаешь, себя порой удивляю. — Всматриваясь в крохотный Огонек внутри тела зверюшки произнес Знахарь. — Вот ведь! Выжил стервец! Ведь выжил!