Страница 38 из 41
Зачем Джахид перед мне фото с мамой? На всякий случай? Чтобы я знала, что у меня была поддержка? В таком случае он мог бы меня навестить вместе с папой. За целый месяц он ни разу не появлялся в моем доме, кроме того обеда с Хайей.
Или это адрес на случай нашего развода с Каримом? Ведь к этому все и шло. Он хотел развестись, и я хотела избавиться от проблемы под названием «брак». Но какая опасность меня преследовала? Интересно, а кто этот мальчик? Я заметила его только на следующей фотографии, где мы вчетвером. Я, Джахид, счастливая мама и светлоглазый мальчик, похожий на… на меня.
— А ты чего здесь стоишь? Пошли танцевать.
Ко мне подбежала запыхавшаяся Хайя в красивом красном платке.
— Извини, нет настроения. Тем более после слов Хайи и разговора с Хусейном у меня совершенно пропало настроение и никакое весельем не поднимет. Я хотела уйти в свою комнату, но слова Хайи заставили меня остановиться:
— Ты не поздороваешься с папой и Джахидом? Они тоже пришли.
Они тут? Но почему они не позвали меня? Не захотели увидеть? Почему не сказали, что придут? Или… Карим постарался, чтобы мы не пересеклись.
— Как?
— Папа хотел поговорить ствоиммужем о чем-то.
— О чем?
— Откуда я знаю? Он твой муж, а не мой. А я в мужские дела не лезу, между прочим! Я идеальная женщина и жена, а эти ваши игры с любовником ничем хорошим не…
Я бы снова ударила сестру и расспросила все о Шахире, но внезапно я услышала крики из столовой, где ужинали мужчины.
— Ты обманул меня! — раздался грозный крик папы.
Он все-таки здесь… и пошел в первую очередь к Кариму, а не к родной дочери.
— Аллах! Они схватили папу и Джахида! — завизжала Хайя. — Надо им помочь.
Сестра пошла в сторону столовой, но я вовремя перехватила ее и закрыла рот рукой, внимательно вслушиваясь в крики отца и претензии дяди Карима.
Какая месть? Какой долг? Ничего не поняла? Почему папин бизнес теперь принадлежал моему мужу? С чем остался отец?
— Ави… — позвала меня сестра сквозь мою плотно сжатую ладонь.
— Замолчи.
Хайя пыталась вырваться, но я крепко схватила ее. Сейчас мне было важно узнать, что произошло с моей семьей. Я отошла от сестры, только когда увидела, как уводили отца, и как Джахид шел чуть ли не под конвоем к выходу. И мы вышли на улицу следом за ними.
— Папочка! — Хайя побежала к папе и крепко обняла его. Он тоже крепко обнял свою дочь, но, стоило ему увидеть меня, ласка моментально рассеялась в карих глазах.
— До сих пор расплачиваюсь за харам твоей матери.
После этих слов папа развернулся и ушел в машину. Джахид не последовал за ним, как Хайя, а остался со мной.
— Джахид, что происходит?
— Поехали, — он подошел к своему майбаху и сел за руль.
— Но у нас гости. Карим будет искать меня.
— Те мужчины увидят, что ты уехала с братом, — он показал на охранников, которые выводили их с папой из дома. — Запрета на наше общение нет.
— Но…
— Это важно, Амина.
Я села в машину к брату, и он тут же рванул с места, набирая непростительно высокую скорость. Мы молча ехали в неизвестном направлении, в то время как напряжение внутри меня нарастало все больше и больше.
— Джахид…
— Ещё немного дальше отъедем. Подожди.
И я молча ждала, но теперь вместо напряжение появился страх. Джахид вел себя странно, да и та сцена в столовой навеяла ужас.
— Слушай меня внимательно, Амина, тебе нужно развестись с шейхом Каримом.
— Слушай меня внимательно, Амина, тебе нужно развестись с шейхом Каримом.
— Почему?
— Твой шейх опасный тип. Он не просто племянник эмира, он преступник! Твой брак не совпадение. Ему выбрали невесту из нашей семьи непросто так! Это не решение Аллаха, это месть.
— Месть? Но за кого?
— От королевской семьи. За своего брата и за нашу мать. Фотографии с собой?
— Да.
Удивительно, как они не вывалились из рук, когда я услышала голос папы и пыталась заткнуть Хайю. Джахид остановился на обочине трассы, где не было видно камер, и показал на фотографию, где мы были с мамой. Я, он, мама и светлый мальчик рядом с нам. Та сама фотография, которая меня смутила.
— Это наш старший брат. Единоутробный. Его звали Махмуд.
— Это не сын нашего отца?
— Нет.
— Тогда чей?
— До свадьбы родителей, у нашей мамы был роман с мужчиной из королевской семьи. Но их не устроила кандидатура мамы в качестве невестой и будущей жены. Шейха женили на другой женщине, а маму выдали замуж на нашего отца. Он ничего не знал о романе с шейхом и не знал о ее… беременности.
— Мама скрыла беременность, когда выходила замуж?
— Да. Королевская семья обещала крупную сумму молодоженам, наш папа повелся на это и открыл базар. Однако он узнал о беременности, когда мама преждевременно родила светлоглазого мальчика.
— Но я тоже светлоглазая! Выходит…
— Нет. Вы оба пошли в маму, но он был также похож на своего родного отца. На того шейха. Отец хотел развестись, но мама поклялась, что она этой связи конец, и она родит еще детей. Родных. Отец принял ее, ждал, когда родимся мы с тобой, но он не смог простить маме первого ребенка. Относился к нему, как к чужому.
— А причем тут семья Карима?
— Отец нашего брата — покойный брат эмира Ибрахима Аль-Дин-Абдула.
— То есть…
— Это отец Карима!
Аллах! В голове все перепуталось. Запуталось. Меня накрыл не просто страх, а шок, от которого я не могла отойти. Не могла принять.
— Когда нам было по пять, а нашему брату восемь, отец застал нашу маму с тем шейхом. Он узнал о сыне и хотел увидеть его. Отец узнал об этом и потребовал развод и выслал маму подальше от города, от нас. Я больше никогда не видел маму, а она нас.
— Но, если это наш брат, то где он?
— Он погиб во время депортации из эмиратов. Вместе с мамой…
— Я все равно не понимаю, причем тут Карим? Мы с ним не родственники, нас выкармливала не одна и та же кормилица.
— Свадьба с девушкой из нашей семьи — месть от эмира Ибрахима Аль-Дин-Абдула. Наш отец не только выгнал мать с сыном. Он подстроил аварию, и шейх, брат эмира, погиб. Погиб вместе с беременной женой.
Аллах! У них должен был быть пятый ребенок! А их не стало! Из-за грехов моих родителей. Аллах! А за эти грехи должны были отвечать мы. Точнее я. Но как?
— Но причем тут я и месть от королевской семьи?
— Читай.
Он протянул планшет, на котором я читала интервью незнакомой девушки с испанским акцентом и европейского журналиста. Интервью не из статьи в интернете, не из сайта. Оно скачено на устройство и открыто в текстово документе. Та девушка рассказывала о семейной жизни с дубайским шейхом Каримом Аль Дин Абдулом, рассказывала о его жестокости, о непреклонности и отсутствии уважения к женщине.
— Ее зовут Дебора Гарсия Сантьяго. Это первая жена Хусейна.
— Он… женат?
— Был женат! Развелся после скандала с женой и обвинением в изнасиловании пять лет назад. Вернулся сразу в Эмираты под крыло эмира.
— Но у нас за это сажают в тюрьму!
— У нас об этом никто не знает. Ты видела статью? Ее скачал Шахир, когда покинул Эмираты. У нас эти статьи заблокированы. Он изнасиловал ту девушку, чтобы она родила ему ребенка. Она сотни интервью дала, но свидетелей не нашлось, дело не завели. Все друзья вступились за Карима.
— Все равно не понимаю, причем тут я…
Джахид изумленно взглянул на меня, словно на глупую маленькую девочку. А я всего лишь не хотела признаваться самой себе, в какую передрягу попала и за кого меня выдали замуж.
Я хотела всего лишь помочь своей семье, своей сестре, но эта жертва казалась мне невыносимой ношей.
— С тобой будет то же самое! Ты идешь наперекор мужу, он злится, скоро из него вылезет зверь, который тебя попросту убьет! Он не разрешит тебе учиться, Амина, даже намека на это не будет!
— Он не идеален, но Карим обращался со мной нормально в… в этом плане.
— У вас уже была брачная ночь?