Страница 20 из 66
Рандвальд знал, что Морской щит был присоединён всего-то лет триста назад. Или двести… Когда-то тогда. Объединёнными силами Медвежьего, Серебряного и Золотого щитов. Но ничего не изменилось: его жители продолжали пиратствовать потихоньку, просто не нападали на побережье и на корабли самого Элэйсдэйра. Ну и не пускали в порты трёх западных щитов вражеские корабли.
Но всё равно, разве это служба короне⁈
От них всего можно было ожидать, даже удара в спину. И Ларан, казавшийся поначалу приятным, опытным и весёлым чудаком, очевидно, был предателем. Иначе зачем бы спутался и прикрывал рыжеволосую дрянь?
Рандвальд застонал при воспоминании о её гибком теле. Таком страстном… Когда она там, в бассейне, обвила ногами его бёдра и приникла к нему… Юдард возьми! Какая ж она потаскуха! Не красавица, но страсть искупала все изъяны… И губу ему прокусила, тварь. Укусила, а затем швырнула на дно, и он едва не захлебнулся!
Лорд открыл глаза, приподнялся на локте, тяжело дыша. И увидел Ларана, сидящего на стуле, закинув щиколотку одной ноги на колено другой. Герцог был трезв, на его лице не отразилось никаких последствий ночной пьянки. Голубые глаза смотрели высокомерно и холодно.
— Доброе утро, лорд Рандвальд, — герцог кивнул, увидев, что его заметили. — Пришёл сказать вам, что у вас два варианта на выбор: вы просите прощения у княжны Джии, клянётесь ей, что подобного не повторится, и, главное, получаете её прощение. Мне плевать как вы этого добьётесь.
Ларан медленно встал, отдёрнул шёлковую изумрудную гардину и глянул в окно.
— У твоей шлюхи? — взревел Рандвальд, вскочив. — Ты забыл, кто я?
— Ясно. Значит, второй вариант.
Хранитель Морского щита обернулся, смерил будущего свояка брезгливым взглядом:
— Я мог бы тебя прибить прямо тут, Вальд. Прихлопнуть, как насекомое. Но Ювина дорога мне. Ты — её брат. И я не хочу расстраивать мою невесту…
— После всего, что я видел вчера, она больше не твоя…
Ларан поднял руку.
— Заткнись, Вальд. Дай договорить. Я — потомок пиратов. Ты знаешь, что я сам хожу в море во всех смыслах этого слова. Но, даже я никогда не насиловал женщин, мальчик. Понимаю, страстная юная кровь, юношеская глупость, дурное воспитание… — Рандвальд зарычал и стал поспешно натягивать штаны. Герцог снова отвернулся в окно. — Но ты пытался сделать это в моём доме, Вальди. С девушкой, которая находится под моей защитой…
— Знаешь, как вчера эта твоя девушка льнула ко мне? — зло рассмеялся лорд. — Портовые шлюхи не ведут себя так, как…
— А ты много знал портовых шлюх? — ухмыльнулся герцог. — У тебя десять минут. Собраться, написать записку Ювине. Мне плевать, как ты объяснишь поспешность своего исчезновения. Неотложные дела, срочный вызов деда, неожиданная любовь, или сломанный оловянный солдатик. Но я предупреждаю: записку я сначала прочту. Если попробуешь бросить тень на меня, или на Джию, то я буду вынужден защищать свою репутацию. Спалю к юдарду записку и расскажу Ю свою версию от начала до конца…
Рандвальд побледнел.
— Бесчестный человек…
— Да-да, — кивнул Ларан. — Ты это уже говорил. Придумай что-нибудь новое. Трёхпалая собака, например. Парша под лошадиным хвостом, шхуна под розовыми парусами, ну или ещё что-нибудь яркое, образное. Неужели не хватает фантазии?
— Я вызываю тебя на поединок! — прохрипел Рандвальд.
Он уже успел одеться и взять в руки саблю.
— Десяти минут тебе не хватит на всё: записку, поединок… Семь. Семь минут, Вальд. Я не сказал, что время пошло? Извини. Так что ты выбираешь?
Рандвальд скривился:
— Я уйду, Ларан. Но ты об этом очень пожалеешь!
— Да-да. Завтра с утречка и начну жалеть… Хотя нет, завтра у меня очень загруженных день. Ну, тогда послезавтра. Записка?
Рандвальд, морщась от отвращения, чиркнул несколько строк на первом попавшемся листе. Ларан вскинул руку и воздух в комнате задрожал, разрываясь пополам.
— Привет дедушке от меня.
— Я всё расскажу герцогу Эйдэрду…
— О-у. Вперёд, малыш, пожалуйся страшному дядьке на обидчика. Дядя разберётся. Можешь ещё Чёрной королеве поплакать. В чёрную юбку. Она точно меня накажет. Я в предвкушении.
Лорд шагнул в образовавшуюся пустоту, обернулся. Бледное лицо его подёргивалось от гнева.
— Ты можешь оскорблять меня, высмеивать… Но я вернусь, заберу сестру и…
— И отомщу тебе жестоко, — завершил Ларан. — Ходили, знаем. Давай, — он подмигнул. — Всё, что ты можешь мне сказать, я знаю заранее. Не трать ни моё, ни своё время.
Рандвальд метнул на бывшего товарища яростный взгляд и исчез в портале. Герцог закрыл проход, затем взял записку и пробежал глазами написанное.
«Извини, Ювина. Я был вынужден спешно покинуть замок. Не задерживайся в гостях, ведь теперь твоё пребывание с женихом наносит вред твоей репутации. Жду дома. Р.».
Хмыкнул. Теперь нужно будет ждать вызов от Эйда. Медведь непременно пожелает разобраться в ситуации, а Рандвальд, конечно, не упустит пожаловаться. Но с Медведем Ларан, конечно, разберётся. Всегда понимали друг друга, поймут и сейчас. Или почти всегда. Хуже, если маленький засранец действительно обратится к королеве. Ларан всегда плохо переносил объяснения с женщинами. Эти сердитые, расстроенные, усталые глаза…
«Щиты — опора королевства, они должны быть спаяны воедино, как пальцы на руке, сжатой в кулак», — вспомнилось ему. Он ещё что-то пошутил тогда про семипалую руку.
— Ларан, герцог и хранитель Морского щита, — словно в ответ на его мысли разнёсся низкий, чуть хрипловатый голос друга.
Да ладно? Уже?
Потомок пиратов вздохнул, вытащил из кармана куртки овальный серо-белый камень.
— Эйдэрд, герцог и хранитель Медвежьего щита, приветствую тебя.
Полированная поверхность дёргалась рябью.
Медведь не любил тратить лишних слов. Здоровался, прощался в крайних случаях, когда промолчать уж совсем было нельзя.
— Лорд Рандвальд далеко от тебя?
— Дальше смерти, надо полагать, — рассмеялся Ларан. — Зачем тебе наследник Южного щита?
Значит, Эйд ещё не в курсе, раз спрашивает.
— Уже нет. Этой ночью Диармэд умер. От старости, думаю, но мои люди проверяют. У нас грядёт новый герцог.
Вот этого ещё не хватало!
— Так где опора и надежда Южного щита? — устало повторил Медведь.
— В Южном щите, где ж ему быть? Кстати, ты не хотел бы присоединить южан к медведям? Я бы помог… Правда, щит не имеет выхода к морю, но… Если, например, прихватить Золотой… Ладно, понял. Не хмурься, а то мне страшно.
Миниатюрный Эйд, появившийся на поверхности медвежьего камня, потёр лоб.
— Её светлость Ювина с ним?
— Со мной.
Эйдэрд прищурился. Он не стал задавать вопросов: «Почему?», «Что случилось?», «Как возможно, чтобы сестра без брата осталась в замке жениха?». Эти вопросы и так висели в воздухе.
— Нужно ускорить твою свадьбу, Лар. И да, совет щитов будет сегодня, в семь. Не думаю, что это надолго.
Ларан кивнул. Эйдэрд отключился.
Вхождение нового герцога в должность подразумевало подтверждение от тайного совета щитов. Пустая формальность. Магический ритуал, после которого хранитель обретал возможность выстраивать порталы и связь с другими щитами и королём… королевой… Вот только сегодняшний совет обещает быть жарким, или Ларан плохо знает Рандвальда.
Ну что ж, поиграем.
Предстояло самое неприятное: сообщить Ю о смерти горячо любимого дедушки и отъезде братца. В отличие от многих мужчин, Ларан терпимо относился к женским слезам. Когда их проливали ему в плечо. И особенно, если он мог решить эти женские проблемы и скорби. Он был щедр и мягок с любовницами, и некоторые романтичные особы даже видели в герцоге благородного рыцаря.
Но не Ювина. Невеста слишком хорошо знала его.
Ему вдруг вспомнилось, как он однажды утром залез в сад Южного герцога, прельстившись ароматом спелых персиков, как упал прямо под ноги прехорошенькой девочке с синими, как грозовое небо, глазами. Потом он залезал к ней в спальню каждый вечер, когда служанки ложились спать, и они долго болтали, придумывая разные приключения, засыпали в обнимку, а на рассвете он уходил. Так же, как приходил — через окно. Это было очень рискованно, ведь его подружка была внучкой герцога, а в щите свирепствовала чума. Вряд ли бы его светлость обрадовался маленькому разносчику заразы в своём саду.