Страница 47 из 89
Висеть вниз головой, с двумя корзинами в руках и держась за ветку только ногами, оказалось не слишком удобно, причем большей частью именно из-за корзин, но лазить туда-сюда вряд ли лучше, поэтому я решила дождаться плавсредства ученых так, пообещав себе в следующий раз не спешить.
Мимо меня медленно проплывали плоты, пассажиры которых не упускали возможности посмотреть на бесплатное представление, некоторые даже зазывали к себе. Наконец показалось знакомое плавсредство и… проплыло мимо на расстоянии добрых тридцати метров, прямо по центру реки. Не заметили они меня, что ли? Как вообще можно не заметить, я тут как флаг вишу, всеобщее внимание привлекаю! От возмущения я потеряла дар речи.
– Эй, девушка, давай ко мне, – предложил Ясон, отклонив свой плот от прямого курса и приближающийся так, чтобы оказаться прямо подо мной. Недолго думая я воспользовалась приглашением, передав корзины золотоволосому, после чего соскочила сама.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я.
– Не за что. У меня золотое сердце, – отмахнулся Ясон и я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. Все-таки такие хвалебные оды самому себе, в устах любого мужчины звучат, как минимум, забавно.
– Угощайтесь, – открыла одну из корзин.
Кивнув, меднокожая женщина достала несколько фруктов.
– Я Аня, – она выжидательно посмотрела на меня. После того, как я представилась, продолжила. – Пообедаешь с нами?
– Угу, – сразу же согласилась я. – Не знаете, что с ними? – кивнула в сторону плота ученых.
– Я их крики сегодня слышала. Ссорились, на всю реку орали, – заулыбалась Аня, быстро накрывая на стол. У меня аж слюнки потекли, несмотря на то, что совсем недавно поела. Обед состоял из рыбы, запеченной с папоротниковыми клубнями и зеленью. А к чаю из ароматных трав предложили фруктовую пастилу и полупрозрачные розоватые кристаллы в бамбуковой баночке. Увидев, с каким удовольствием Ясон с женой ими лакомятся, я решилась попробовать, разумеется, сначала проанализировав на ядовитость. Сахар! С небольшим привкусом "пьяных фруктов", как люди назвали упавшие с деревьев подбродившие перезрелые плоды, навроде тех, которые я встретила на второй день жизни в этом мире.
– Очень вкусно, – одобрила я успехи пары.
– У меня золотая жена, – похвастался Ясон. – И руки у нее золотые!
Я кивнула, но "золотой мальчик" продолжал расписывать какое у него все "золотое".
Вскоре я перестала его слушать. Понятно теперь, откуда у него такое прозвище.
Потом попыталась перевести разговор на ученых, но из рассуждений золотоволосого вынесла совсем немного информации. Ясно одно: они опять пытались решить, кто возьмет управление. И, скорее всего, опять не пришли к согласию.
– А как тебе Дет? – попыталась разузнать о потенциальном лидере я.
– Дедок – ничего мужчина. Не золотой, но неплохой. Паук. Всегда поймает в свои сети то, что хочет поймать. Будет вашим, – категорично добавил Ясон.
– То есть без вариантов? – с сомнением потянула я.
– Если змею не потревожит, всего добьется, – уверенно кивнул золотоволосый, чем усилил мое недоумение.
– Какую змею?
– Посвященную, – снисходительно пояснил Ясон. Выходит, "змеей" кличут одного из ученых. Но кого?
– А по имени можно?
– Это Игорь, – улыбнулась Аня, и я чуть не рассмеялась. Как добытчик Ясон, может, и великолепен, но рассуждать не умеет. На мой взгляд, для Дета гораздо большую угрозу представляют Росс с Севой. А уж змеей математика называть – вообще глупость! Даже обидно за него.
Наконец, золотоволосый успокоился и, пообещав скоро пересадить меня к ученым, перелез на другую сторону постройки, где располагались гребли.
– Ну дает, Игорь и вдруг змея, – тихо пробурчала я себе под нос, но меня услышали.
– Ясон считает, что змея очень умная и за счет ума победит любого врага, кроме дракона, – вполголоса пояснила Аня. – Ясончик вообще больше всего змеями и драконами восхищается. Так что это – похвала. И, знаешь, я понимаю, что с первого взгляда мой муж может показаться не слишком умным. Но не стоит его недооценивать. Поверь, он знает, что говорит.
Я понимающе кивнула, но не поверила. Для любой влюбленной женщины ее мужчина самый умный. Но со стороны виднее.
Вскоре мы достаточно приблизились, чтобы стало возможно передать корзины Севе, не уронив их в воду. Еще раз поблагодарив Ясона за помощь, а Аню – за вкусное угощение, я перебралась сама. Ссора уже стихла, но люди еще не успокоились. Нет, все-таки однозначно: Росс, и, особенно, Сева гораздо опасней. А на одном из берегов наш караван провожал заинтересованным взглядом очередной тролль. 97 День 1 Года. Река у селения – Люди! Впереди люди! – новость быстро охватила весь караван, и теперь мы, взволнованные предстоящей встречей, пытались разглядеть селение ниже по течению.
Пока ничего такого не наблюдалось, скорее всего, потому что за эти дни наш караван растянулся на несколько километров, а наш плот плыл ближе к его концу.
Встречу в том или ином виде ожидали уже достаточно давно, предполагая, что вместе с теми, кто превратился в троллей, поселили и нормальных людей. Вокруг места, времени и прочих атрибутов "первого контакта" ходили жаркие споры, и даже заключались пари.
– А я говорил, что они выжили! – радостно воскликнул Сева, продолжая старый разговор.
– Вопрос не в том, выжили или нет, а в том, насколько при этом остались разумными существами, – воодушевленно возразил химик.
– Думаешь, морально опустились? Спорим, что они потеряли человеческое лицо сильнее, чем мы? – тут же предложил пари Маркус.
– Я не о "человеческом лице" говорю, а о разуме, – снисходительно пояснил Илья, и я чуть не рассмеялась, как и каждый раз, когда низкорослый химик одарял остальных взглядом умудренного опытом учителя.
– Ну тогда спорим, что они достигли меньшего, чем мы? – азартно попытался подстроиться под мысль собеседника физик.
– Разум – это не просто достижения, а часто даже и вовсе не они.
– А я спорю, – хлопнул по руке Маркуса зеленокожий.
– Не думаю, что у нас достижений меньше, – возмущенно отрезал Сева.