Интерлюдия

Мои бабушка и дедушка обожали Эндрю. Они просто не хотели, чтобы их единственная внучка выходила за него замуж. Они думали, что нам с ним суждено быть хорошими друзьями, но не более того. Даже после того, как он сделал мне предложение, бабушка отвела меня в сторону и без колебаний высказала своё мнение.

— Я не знаю, выйдешь ли ты за него замуж. Я просто не думаю, что он тот, кто тебе нужен. Он хороший человек, трудолюбивый, но между вами двумя чего-то не хватает. Но если он сделает тебя счастливой, я поддержу твоё решение.

Я вздохнула.

— Джулиан, мне только что исполнилось тридцать. Тридцать. Я её единственная внучка. Единственная семья, которая у неё осталась. И хотя она хочет, чтобы я была независимой женщиной, в то же время она ждёт, чтобы у меня была семья. Она может неправильно понять, если я упомяну о наших отношениях.

Мы оба двигаемся одновременно, оба ложимся на бок, лицом друг к другу.

— А какие именно у нас отношения? — спрашивает он, беря указательным пальцем прядь моих волос и крутя её. Появляется образ того времени, когда мы были моложе. Где он лежит рядом со мной на пляжном одеяле, играя с моими спутанными волосами. Это воспоминание согревает меня.

Лицо Джулиана находится всего в нескольких дюймах от моего, терпеливо ожидая моего ответа.

Не разрывая зрительного контакта, я предлагаю единственный ответ, который могу дать.

— Мы знаем, что это такое. Я просто не хочу обсуждать это с Наной. Хорошо?

Он качает головой.

— Это не то, что я хотел услышать, но пока приму это. Это должно помочь. — Он облизывает свои губы, прежде чем завладеть моими. Потрясающим, сдвигающим горы, заставляющим меня растаять, срывающим мои трусики поцелуем. Эндрю никогда ещё не целовал меня так страстно. Этот страстный поцелуй символизирует мои отношения с Джулианом.

Я.

Принадлежу.

Ему.