Прелюдия

– Лина, я не хотел обидеть тебя. Но я ожидал, не знаю… Гораздо большего. Честно говоря, тебе нужно что-то сделать с этим состоянием вечного несчастья, – он нетерпеливо вздыхает и изучает комнату. А затем, сердитым тоном спрашивает: – И где, чёрт возьми, твоё пианино?

Я не собираюсь отвечать на этот вопрос. Ему не нужно знать, что Эндрю не любит, когда в доме играет музыка, за исключением рождественских песен.

– Тебя не было в моей жизни в течение четырнадцати лет, и теперь ты думаешь, что можешь прийти сюда, в мой дом, и судить меня? Спрашивать, про чёртово пианино? Сомневаться в моей жизни? – я останавливаюсь, и когда Джулиан собирается ответить, поднимаю указательный палец, а после делаю глубокий вздох. – Джулиан, это то, чего я всегда хотела. Я. Счастлива. Ты бросил меня. Где ты был? Позволь мне повторить ещё раз. Эндрю никогда не покидал меня. Всё это время он был со мной. Он поддерживал меня, когда больше никого не было рядом. Он выслушивал меня, когда никого не было рядом со мной. Он переживал вместе со мной, когда умер мой дедушка. Он – тот, кто мне всегда будет нужен, – я чувству, как горят мои щёки. Моё сердце бешено колотится, но на самом деле, я не знаю, говорю ли я правду.

Может ли быть то, что я произношу, на самом деле правдой, если я постоянно фантазирую о мужчине, который стоит передо мной?

Я сканирую свою гостиную и понимаю, что мне никогда не хотелось этого. Находится в постоянном в одиночестве, пока мой вечный жених скрывается в своём домашнем офисе. И хотя Эндрю через многое прошел вместе со мной, мы остановились в наших отношениях. Как я могу скрывать от Джулиана что, несмотря на его длительное отсутствие в моей жизни, он по-прежнему знает меня лучше, чем кто-либо ещё? Как я могу притворяться, что он неправ? Джулиан молчит, очевидно, смущенный моей тирадой. Его серо-голубые глаза устремлены на меня, и мне интересно... Просто интересно, что бы произошло, если бы я была честна с собой и с ним.

Пока его красивые глаза смотрят на мои подрагивающие руки, я фокусируюсь на мужчине, которого желала на прошлой неделе. Мальчик, бросивший меня в прошлом, превратился в мужчину, к которому я испытываю влечение в настоящем. Мужчину, с которым я могу представить своё будущее. И хотя человек, которого я люблю с подросткового возраста, находится в соседней комнате, мне требуется вся сила воли, чтобы не поцеловать мужчину, стоящего передо мной. Мне так хочется рассказать Джулиану, что я мечтала о нём каждую ночь с тех пор, как мы снова встретились. Что он причинил мне столько боли. Что боль в моём сердце стала невыносимой, потому что я люблю своего жениха, но не могу перестать желать другого мужчину. Не могу перестать думать о нём... Гадать о его днях... Воображать нас вместе.

Думай об Эндрю, напоминаю я себе.

Ты справишься. Он – твоё прошлое, настоящее и будущее.

Обхватывая мои дрожащие руки, Джулиан произносит:

– Лина, я задам тебе несколько очень личных вопросов.

– Давай. Мне нечего скрывать, – говорю я, смотря в пол.

Только не спрашивай о моих фантазиях с твоим участием.

– Мне всё равно что твой жених находится рядом. Мне просто нужно знать... Ты действительно счастлива с ним? – я не была счастлива долгое время. Прежде чем я успеваю ответить, он продолжает задавать вопросы. – Чувствуешь ли ты себя любимой рядом с ним? Он говорит тебе каждый день, что ты... Самая красивая женщина, которую он когда-либо видел? Что ты делаешь его таким ненасытным, что он не может насытиться тобой? Что ты – всё, чего он когда-либо желал? Заставляет ли он тебя верить, что ты, и только ты, приносишь ему истинное счастье? И когда он трахает тебя, я имею в виду действительно трахает тебя..., – Джулиан останавливает себя, внезапно понимая, что он, возможно, превысил границы этим шквалом вопросов.

Я слегка наклоняю голову. Мои глаза увеличиваются по мере того, как мой рот образует букву «O», и я не могу ответить. Не могу поверить, что его вопросы настолько правильные. Было бы больно ответить на них. Я остаюсь немой, и несколько минут между нами становятся неловкими. В моём сознании нет сомнений, что Эндрю любит меня, но я теряюсь в словах. Я не могу ответить на вопросы Джулиана. Эндрю не страстный мужчина. Время от времени я замечаю заботу в любимом человеке, но мне трудно игнорировать, что мужчина, за которого я обещала выйти замуж, по сути, больше года пренебрегал мной.

Джулиан знает о том печальном состоянии моих отношений с женихом. Что это? Вечная помолвка? Быть может, заброшенные отношения? Как постоянно говорит мне Роджер, я всегда встревожена, потому что меня нормально не трахают. В любом случае, я смущена и зла одновременно.

– Лина, извини, если я обидел тебя. Я не хотел тебя расстраивать. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Твоё счастье значит для меня всё. Знай, что не прошло и дня, чтобы я не думал о тебе, – в его голосе слышна нерешительность, а затем его сапфировые глаза ловят мои. – Через пару дней я возвращаюсь в Нью-Йорк. Я остановился в «Шутерс». Мне бы хотелось провести с тобой как можно больше времени. Только с тобой. Я хочу снова оказаться на том этапе наших отношений, когда ты можешь мне доверять, – выражение его лица неуверенное; очевидно, он понимает, как сильно я расстроена. Пожалуйста, не заставляй меня плакать. Я опускаю голову, устремляя взгляд на пол. Я вздрагиваю, когда большой палец Джулиана касается моей щеки. Когда я смотрю вверх, загипнотизированная его ледяными глазами, он шепчет: – Боже, ты такая красивая. Я мог бы составить бесконечный список вещей, которые восхищают меня в тебе.

Я приподнимаю бровь.

Он поглаживает мою щеку пальцем, а его глаза не покидают мои. Джулиан признаётся.

– Например, мне нравится, как ты иногда фыркаешь, когда смеешься.

– Не правда, – отвечаю я.

– О, ну прям. Вы с Магпи могли бы устроить соревнование, и честно говоря, я не знаю, кто бы победил, – он слегка посмеивается. – А ещё, когда ты нервничаешь, у тебя пропадает фильтр. Ты вываливаешь всё, что у тебя на уме, осознавая это только после того, как произнесёшь, – смеётся друг, прежде чем продолжить. – Я хочу вернуть свет в твои прекрасные изумрудные глаза. Ты будешь смеяться и фыркать. И так громко, что ты не сможешь этого скрыть. Так что ты удивишь даже Магпи, – он делает паузу. – Ты так много значишь для меня, поэтому я хочу, чтобы ты была счастлива.

Гнев стихает, и я чувствую поражение. Джулиан уничтожил всю мою броню. Не в состоянии ответить ему, я смотрю, как он уходит. Прежде чем закрыть за собой дверь, он делает замечание, которое задевает за живое.

– Этот дом не твой не из-за декора. Он не твой, потому что здесь нет пианино.