Лайк за любовь

Кира сидела ванной в своей тоненькой шелковой пижаме на холодной плитке, прижав к себе ноги, и тихо плакала. Совершенно не понимая, что происходит, он опустился на колени перед девушкой, буквально заставляя поднять на него взгляд.

— Быстро говори, что случилось?

Она всхлипнула, продолжая прятать свои покрасневшие глаза от его разноцветных глаз, но молча раскрыла сжатый кулак перед самым лицом Королева.

Егор сделал шипящий вдох, смотря на первый рисунок чистого листа их новой жизни — на две полоски. Кто же мог знать, что уже тогда в самолете у Киры был один билет на двоих…

— И как нам быть? — голос девушки дрожал, как и она сама, смотря по-детски напуганным взглядом.

— Глупый вопрос, Кир, — в его голове мысли сплетались в один запутанный клубок, но, не выдавая градуса замешательства, он присел рядом с ней на пол и, улыбнувшись, прижал рыдающую девушку к своей груди. — Очень глупый вопрос…

Не ждал. Не готов. Не было в планах. Но так вышло. А про сомнения, страх и непонимание, которые какое-то время постоянно мелькали в его создании, Кире знать было не обязательно.

Шестнадцать недель свиданий с белым «другом», восемь недель поисков подходящего аромата стирального порошка, от которого не тошнило и две недели предложений и уговоров выйти за него замуж.

— Жениться на мне по залету? — хмурилась Кира. — Нет, спасибо. Разрешаю забрать слова обратно, — и гордо уходила, пряча в широкой мужской толстовке свой аккуратный живот.

Очередная неделя таких уверенных отказов, и Егору пришлось подключать связи своего отца. Через пару дней он просто пришёл домой, молча с ходу надел на безымянный палец Киры кольцо и вручил ошарашенной девушке ее паспорт с фамилией «Королёва».

Но самыми долгими оказались не недели, а часы. Двадцать два часа изматывающей беспомощности, проведённых в машине под окнами роддома. Даже влажная духота июльской ночи не душила так, как неизвестность. Звонок в три часа ночи с тихим кряхтением и писком дочери в динамике телефона навсегда разрушил его мир, заново отстроив новый.

Егор просто прорыдал несколько часов, как маленький мальчик, сидя в своей машине, не стесняясь слез. Поглотивший омут эмоций жонглировал его чувствами: любовь, нежность, счастье и страх.

Становится опорой для двух безумно родных и беззащитных сердец оказалось сложнее, чем того хотелось бы. Одна бессонная ночь сменялась другой, одно недопонимание между ним и Кирой дополнялось новым. Оба оказались не готовы слышать и слушать друг друга.

Иногда к Егору предательски подступало желание хлопнуть дверью и послать крик бессилия, рвущийся когтями изнутри, куда-то в глубину вселенной. Но все обиды и ссоры растворялись в этой же глубине, когда он смотрел на спящую жену и дочь — два самых дорогих и любимых человека на свете, у которых, кроме него, никого нет. У Егора не было права на ошибку. И он это знал.

Но помощь пришла совершенно неожиданно. Королев старший слов на ветер не бросал — после рождения Ники он ушёл из бизнеса, продав свою долю партнёру, и вложил деньги в недвижимость, тем самым, обеспечив себе какой-никакой доход.

— Не шибкие миллионы, конечно, но на наследство Егору, Дашке и Нике хватит, — улыбался Александр, трепетно склоняясь над кроваткой внучки.

Он приезжал очень часто и без труда нянчился с ребёнком, пока Кира посещала пары. Его связи в сфере строительства и архитектуры сыграли на руку — девушку без проблем перевели в Питер после выхода из академического отпуска.

Егор тоже получил свой диплом юриста, аккуратно сложил его в папочку и неаккуратно закинул в шкаф до лучших времен. Успехи в работе тренером наталкивали на мысль, что в юриспруденцию он вряд ли вернётся.

Но если счастливый дед был частым гостем, то мать Егора явилась всего один раз, сухо отметив, что Ника копия её сына. После развода с Александром она решила обустраивать свою жизнь заграницей, оставив Дашку с Ангелиной Семеновной и отцом. Но девочка особо и не расстроилась — переходный возраст, первая любовь…

А Кира так и не стала сообщать Миле, что теперь у неё своя полноценная семья.

Семья, которую он и она шаг за шагом пытались сделать крепче. Тяжело, трудно, но пытались.

— Егор, как думаешь, почему мы с тобой до сих пор вместе? Ведь столько недопонимания и взаимных упрёков было за это время, — лёжа на мужской груди, Кира очерчивала подушечками пальцев татуированные контуры колец Сатурна.

— Потому что я тебя люблю, — улыбнулся он, перебирая в пальцах ее светлые локоны, а другой рукой скользил вдоль позвонков вверх-вниз, заставляя обнаженную кожу девушки покрываться волнами мурашек. — Как бы там ни было, мне нужны ты и моя дочь. Я готов трудиться над собой и над своим периодическим хаусом в голове, потому что вижу и чувствую, что ты делаешь то же самое. И знаю, что нужен вам. Вы — Мои.

Кира вжалась в родные объятия, рассматривая глубину разноцветных глаз. От её взгляда сердце Егора летело вниз без какой-либо страховки, не боясь разбиться о безграничное, не поддающееся никаким рамкам чувство.

Да, все пошло не так, как планировалось с самого начала. Пришлось не только привыкать жить по новому сценарию, но и вписывать в него себя же, меняя свои принципы и приоритеты на ходу.

В инстаграм, к сожалению, ему не рассказывали, что семья — это огромный труд, и в первую очередь над самим собой. Поэтому когда Гера задал вопрос о счастье, он знал ответ — счастлив. Счастлив, потому что вовремя это осознал и обрёл возможность не потерять по глупости все то, что даёт сил двигаться дальше…»

— Вот вы где! — женский возглас за мужскими спинами заставил обоих друзей вздрогнуть. Машка влетела белым облаком в беседку. — А то я уже подумала, что наш прибабахнутый ведущий решил поменять правила, и у нас украли жениха, — она с укором посмотрела на Геру, но тут же расплылась в искренней улыбке, распахивая свои объятия Егору. — Не поверишь, Королев, но я по тебе даже соскучилась.

Рассмеявшись, он крепко обнял Машку, чувствуя, как бисер на её платье закололся через ткань его рубашки.

— Поздравляю, Мария-теперь-уже-Вайцеховская, — усмехнулся он, отстраняясь от опасного платья невесты. — Надеюсь, и правда без обид, что я здесь один? Просто отец повёз Дашку в очередной лагерь за границей, а лететь сюда с Никой пока очень тяжело и…

— Ну что ты! — Маша перебила Егора, всплеснув руками, и состроила нахмуренную гримасу. — Я все понимаю. И речи про обиды быть не может.

Королев облегчённо выдохнул и потянулся за ещё одной сигаретой, с улыбкой наблюдая, как Гера чувственно приобнимает Машку, притягивая её к себе.

— Муж, нас там ищут уже, — смущенно хихикнула Мария, уворачиваясь от поцелуя Геры и начиная тянуть его за собой из беседки.

Со стороны ресторана уже действительно стал раздаваться неугомонный шум, перебивая звук звонящего телефона в кармане Егора.

— Это Кира, — он ещё шире улыбнулся и, сделав затяжку, поднял трубку. — Привет, а у нас все хорошо: Машка великолепна, передаёт тебе привет; Гера счастлив, тоже машет рукой; а мне тебя рядом не хватает, — дым вырвался из его лёгких.

— И мне очень хочется составить вам компанию, — тут же грустно защебетал родной голос, но после короткой паузы, сменился на ноты подозрительности. — Ты опять куришь, Королев? Обещал же.

Егор кашлянул, туша сигарету о пепельницу:

— Я? Нет. Не курю, тебе показалось…

Гера хохотнул и подмигнул другу, почти беззвучно протянув губами: