Страница 48 из 85
– Не думаю, что ему нужно больше власти, чем он уже имеет. Но всему происходящему могут быть и другие объяснения.
– Какие же?
– Вот это я и хотел бы узнать от тебя.
– Узнать о том, чего может и не быть вовсе? – Стантин с удивле-нием взглянул на Влада. – А если ты ошибаешься и это вовсе не игра, направленная против тебя?
– Что ж, попробуй разубедить меня. Но не словами, а фактами… Пока же я уверен в обратном.
– Сол любит сложные расклады, – осторожно начал Стантин. Весе-лость слетела с его лица, словно была лишь маской, за которой скрывалась настороженность. – Хотя обычно старается действовать не-затейливо и прямолинейно. Думаю, он предпочел бы просто отравить тебя.
– Спасибо за предупреждение, – мрачно буркнул проповедник. – Я буду иметь в виду…
Это все, чем ты можешь возразить? Тогда пос-лушай меня. Я очень ясно представляю себе ситуацию: пресвитер скоропостижно умирает. Собирается конклав. И если расклад не в пользу Сола, он обвиняет своего конкурента…меня в убийстве. Я более чем уверен, что ему без труда удастся убедить остальных в своей правоте, когда у него будет достаточно времени, чтобы все подготовить наилучшим образом, – на лицо Влада набежала тень. Он все более и более убеждался в своей правоте.
– Но при чем здесь пресвитер?
– А ты уверен, что эти разговоры об его болезни распус-кает не Сол, что старик вообще в курсе?
– Да. Черные боги, Влад, ведь это никакие не разговоры! Я собственными глазами видел, как вчера, придя к Солу, пресвитер нес всякую ахинею, то плакал, то смеялся, а когда секретарь попытался увести его подальше от посторонних глаз вообще обезумел и, выр-вавшись из его рук, стал бегать по залу, крича: "Я нашел!
Нашел!" -И что же ему удалось обнаружить? – проповедник насторожился. То, что монах принял за помешательство, слишком напоминало озаре-ние. И если это так, необходимо узнать, что же открыл Бог пресви-теру.
– Не знаю. Сол увел его слишком поспешно. После этого и пошли разговоры о том, что пресвитер болен.
– Уж не стал ли ты первым звеном в цепи этих слухов?
– Я говорю о том, что видел. И говорю только тебе.
– Если так… – проповедник нахмурился. Все это было слиш-ком странным, чтобы просто пропустить мимо ушей и забыть. Но, в то же время, известного было явно недостаточно, чтобы делать хоть какие-нибудь выводы. – Давай пока оставим это, – наконец, принял он решение. – Моя просьба все хорошенько разузнать остается в силе. И имей в виду: я не поскуплюсь. Мне нужно знать как можно больше.
– Я понял, – монах уже хотел выбраться из кресла, но Влад остановил его:
– Подожди. Что еще говорят во дворце конклавов?
– Да в основном все крутится вокруг и около вероотступников. Не знаю, известно ли тебе, но у монахов возникли с ними некоторые проблемы.
– И в чем же дело?
– Какой-то умник подбросил мирянам мысль, что помощь, ока-занная будущим новообращенным, не является преступлением против веры и бога, а как раз наоборот…
– Да уж, – Влад, довольный, хмыкнул. Собственно, именно предво-дитель проповедников должен был возглавить борьбу с вероотсупни-ками. "Выходит, старина, ты тоже ошибаешься, – его губы скривились в усмешке. – Что, думал, с помощью принявших покаяние тебе будет легко разобраться с этой задачкой, и потому перетасовал колоду, взвалив всю грязную работу на меня, а себе взяв то, что почище да попроще? И перехитрил сам себя". – В интересном же он сейчас поло-жении: знает всех вероотступников, кое-кого уже заточил в подземелья, а сделать с ними ничего не может, – он рассмеялся. "Какой же Сол все-таки чистюля! Меня подобные рассуждения никогда бы не ос-тановили. В конце концов, если ему так нужно оправдание, сказал бы, что эти грешники помогали и тем колдунам, которые выступили против нас. Кто бы стал разбираться?" -Ты не дал мне договорить, – монах недовольно поморщился. – Ра-зумеется, он собирался их казнить. Но ему намекнули, что ничего хорошего из этого не выйдет.
Очень возможно, что несчастных соч-тут мучениками и тогда…
– Ясно. После великодушия, проявленного конклавом по отноше-нию к колдунам, люди ждут того же и для себя, – ему не терпелось поскорее добраться до сути и потому он перебил очередной раз впавшего в рассуждения Стантина. – И что же он придумал?
Что он решил предпринять?
Монах нахмурился, но, никак иначе не показывая своего недо-вольства, ответил:
– Ничего.
– Ничего? – удивленный, Влад взглянул на Стантина. – Я не понимая тебя.
– Он думает, что, в сложившейся ситуации, наилучшим было бы простить их, наложить мягкую епитимью и вернуть в лоно матери-церкви. Представляешь, насколько прощенные будут благодарны ему?
– Но ведь это подорвет устои…
– Вовсе нет, – поспешил возразить Стантин. – Прощение не может быть опасным, когда, в отсутствие колдунов, более никто не сможет повторить этот грех. Зато сколько это принесет пользы, показав ми-лость конклава! Воистину, в глазах мирян это ста-нет свидетельством конца черных времен противостояния и начала эпохи мира и благоденствия.
– Может быть, задумка и не лишена смысла – для вероотступников нет оков прочнее благодарности…
– Однако есть маленькая проблема: все это осуществимо только в том случае, если с колдунами будет покончено раз и навсегда.
– Что ж, во всяком случае, теперь я хотя бы понимаю, что здесь было нужно Солу.
Он хотел убедиться, что я всерьез возьмусь за борьбу с колдунами. В этом деле мы союзники и я не собираюсь давать детям черных богов поблажки только для того, чтобы сор-вать планы Сола.
– Ты ведь понимаешь, что в сложившихся условиях тебе менее всего выгодна эта победа?
– Я могу потерять куда больше, чем приобрести. Но это ничего не меняет: колдуны – извечные враги церкви. Без победы над ними не будет будущего. Я не стану использовать их для дости-жения своей цели… Даже осознавая, что потом очень пожалею об этом.
– Странно, – монах взглянул на него с удивлением. – Если чест-но, я менее всего ожидал услышать от тебя нечто подобное.
– Вместе с тем, – продолжал проповедник, – у меня совсем нет уве-ренности, что я добьюсь победы. Воины, конечно, дураки и безбожни-ки, но уж в своем ремесле они понимают побольше меня. Будь это деревня вероотступников, я смог бы их вернуть на путь истин-ный. Мне бы ничего не стоило убедил их в чем угодно, даже заставить подпа-лить собственные дома. С колдунами же все иначе. Тут мое слово бессильно.