Страница 3 из 11
Так и хочется взвыть от негодования. У меня грудной ребенок заболел! А она… Какой ужас!
За задержки допоздна, за форс-мажоры, за выход в офис в законные выходные премии не дают. А как вычесть за единственный пропуск, так пожалуйста?! Что за бред?!
Мне и так платят не много, я едва концы с концами свожу! Если заберут часть от зарплаты, то будет ужасно… Слезы отчаяния наворачиваются на глаза.
–Елена Константиновна, – хочу ей возразить. У меня уважительная причина! Ребенок с температурой. Куда же я дену больную дочь?!
–Я все сказала! – отвечает строго. – Презентация должна пройти без помарок иначе будешь новую работу искать! – шипит недовольно. – Разговор окончен!
Тараканова завершает вызов, я слушаю короткие гудки. От безысходности опускаются руки.
Но убиваться отчаянием долго не могу. Малышка проснулась.
–Олечка, мама тебя разбудила? – кидаюсь к хныкающей малышке, беру на руки, покрываю девочку поцелуями. – Прости меня, пожалуйста! Мамочка не специально! – улыбаюсь малышке, пытаюсь ее пощекотать. Она смеется. Бальзам на сердце.
Все у нас будет хорошо! Я справлюсь! Ради Олечки горы сверну!
Сажаю девочку к себе на кровать, беру в руки телефон. Прежде чем заниматься ребенком, нужно сделать неотложное дело. Решить кто выступит на презентации вместо меня.
–Маленькая моя, потерпи немного, – прошу дочку. – Мамочке нужно позвонить.
Набираю на сотовом номер единственного человека, кто в курсе нюансов проекта. Тихо молюсь, чтобы он хоть сегодня на работу не опоздал.
–Федя, возьми трубку! Федя, возьми трубку! – шепчу практически беззвучно, пытаюсь через расстояние достучаться до своего коллеги.
Гудок, другой, у меня сдают нервы. Если он не поднимет, то все пропало.
Шесть, семь… Считаю гудки. Расхаживаю вокруг детской кроватки, перекладываю Олечку туда. Девочка хочет постоять, а на взрослой кровати не выйдет.
Через силу улыбаюсь своей малышке, чтобы она не плакала включаю ей детский мобиль.
Олечка садится, хватает ручками крутящиеся по кругу игрушки. Каждую из них без разбора пытается затащить к себе в рот.
–Анька, ты куда запропастилась? – вместо приветствия произносит Егор.
– Оленька заболела, – отвечаю быстро. – Константиновна там уже до тебя добралась?
–Да капец! Это просто какая-то жопа! – начинает возмущаться молодой человек.
Мой коллега, мой хороший товарищ. Егор Илларионович Федоров, прозвище Федя. Он добрый, весёлый и практически безотказный. Но вредный до такой степени, что просто пипец!
У меня есть один шанс сохранить работу. И лишь Федоров сможет мне в этом помочь.
–Федя, умоляю! Пожалуйста! Проведи вместо меня презентацию! – заклинаю его со слезами в голосе. Вкладываю все свое отчаяние в эти слова. – Грымза уволить меня грозится! А я не могу эту работу потерять!
Хнычу. Мне крайне тревожно. Эмоции сейчас сильнее меня.
–Ань, – тяжко вздыхает. – Константиновна меня нагрузила по самое "не хочу". Нужно срочно закончить проект, я не могу оторваться.
–Федя, ну пожалуйста! – была бы рядом, состроила рожицу как кота из Шрека, но я далеко. – Кроме тебя никто не поможет! Не справится! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – шепчу спешно. – Тараканова уволит меня!
Хвастаюсь рукой за край детской кроватки, смотрю на играющую в ней дочь. Вымученно улыбаюсь. Малышка не должна знать в каком отчаянии находится ее мать.
–Блин, Ань! – Федоров начинает сдаваться. Робкая надежда рождается в душе. Хватаюсь за нее, как за спасительный плот.
–Буду должна! – давлю на больное. – Что хочешь проси! Я согласна на все!
–Вот прям так на все? – ухмыляется Федя. Я даже через расстояние вижу загадочный прищур его зелёных глаз.
–На все! – заявляю упрямо. – Хочешь бутылку коллекционного вискаря? Или новую компьютерную игру? Могу торт испечь! Твой любимый! – продолжаю нести всякий бред. – О! А давай я оплачу прибамбасы, которые ты хотел для танка купить?
–Да ну его в баню! – фыркает парень. – Как Олечка поправится на свидание со мной пойдешь! – заявляет вальяжно.
Тааак. А вот об этом мы не договаривались!
Вовремя успеваю прикусить свой язык, чтобы не озвучить вслух свои мысли.
Это не честно, Федоров! Нельзя добиваться шантажом свидания с девушкой!
Но отвечаю ему совершенно другое. Свои истинные мысли оставляю при себе.
–Я согласна! – произношу твердо. Если Федя упрется, то мне конец. – Но только с одним условием!
–С каким же? – он не скрывает довольной усмешки. – Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы условия мне выставлять?
–Неа! Не кажется! – давлю на свое. Егор уже слишком давно зовёт меня на свидание, а я отказываюсь. Он не упустит свой шанс! Тем более, для него выступить на совещании с моей презентацией не тяжело.
–Ладно, – отмахивается. – Какое? Я подумаю.
–Мы с тобой пойдем на каток! – пытаюсь добавить энтузиазма в голос. Представляю его на коньках, хихикаю в трубку. Двухметровый худющий мужик!
–Куда? – не может скрыть своего шока. – Я не умею кататься!
–А я научу! – меня захватывает азарт. Подбить Егора на что-то, чего он не умеет – святое.
–Ань, нет! – возмущается. По тону понимаю, что он не согласится на мою провокацию. Настаивать на своем и рисковать работой не стану, я еще найду способ вытащить его туда, куда сама захочу.
–Ладно. Разберемся потом, – отмахиваюсь. – Так ты согласен? – не скрываю надежды.
–Да согласен! Согласен! – заверяет с ухмылкой. – Разве можно тебе отказать?
Провести презентацию, сбить температуру ребенку, сварить кашу, развлечь малышку и при этом не сойти с ума.
До сегодняшнего дня я думала, что это все нереально. Однако поняла, что могу и не такое…
Мать-героиня, блин! Других слов просто нет. Как нет и эмоций, устала капец. Времени половина первого, а я выжата как лимон. Ни рукой, ни ногой пошевелить не получается. Поспать бы… Ну хоть немного…
Дочка спит. Посуда помыта. Стирка запущена. Приготовила покушать. Но самое главное среди всего вышеперечисленного, так это то, что у Олечку подействовало жаропонижающее!
Температура у девочки пришла в норму, она чувствует себя хорошо. Играет, смеется, ползает по квартире. У меня теперь есть чуть меньше восьми часов относительного спокойствия.
Счастье познается в мелочах!
Наливаю в белоснежную тарелку с розовыми пони ароматный супчик, грею его. Ловлю убегающую малышку, сажаю ее в специальный детский стул и начинаю кормить.
–Открой ротик, давай скушаем ложечку. Смотри, какая вкуснятина! – прошу малышку, подношу тыквенный суп-пюре к ее лицу.
Оленька открывает рот и с удовольствием кушает. Я с облегчением выдыхаю. Настраивалась уже чуть ли не через силу ее кормить. Как же хорошо, когда она ест сама!
Малышка наелась, даю ей печенье, а сама принимаюсь торопливо доедать за дочкой обед. Ну не выкидывать же то, что она не доела! И назад в кастрюлю не положить, скиснет.
Проглатываю приготовленную еду одним махом. Благо передо мной суп-пюре и его не нужно жевать. Мою пустую тарелку, убираю со стола.
–Ну что? Давай пойдем поспим? – обращаюсь к своей сладкой девочке. Олечка начинает лепетать мне в ответ.
Беру разомлевшую малышку на руки, отношу ее в кроватку, укладываю спать. Электронным термометром меряю температуру. С бешено колотящимся от тревоги сердцем вытаскиваю пикающий предмет из подмышки, смотрю на цифры. Все трепещет в груди.
Температура нормальная! Выдыхаю. Неужели все самое страшное позади?!
Голова раскалывается, таблетка обезболивающего не помогает. Ложусь на кровать, пытаюсь уснуть. Несколько минут отдыха мне просто необходимы! Иначе до вечера не дотяну.
Только проваливаюсь в сон, как на всю квартиру раздается звонок сотового. Энергичная мелодия отскакивает от стен. Подскакиваю с кровати как ужаленная! Паника! Паника! Я не выключила звук!
Несусь на кухню, в полнейшем раздрае нажимаю на боковые кнопки, тыкаю пальцами в экран. Сердце подскакивает к горлу, стучит с бешеной силой, перед глазами все расплывается, шумит в ушах.