Страница 62 из 69
Хоть сахар изредка встречается, и то радость, сахар тоже задорого. Не знаю, из чего его варят, скорее всего из сахарного тростника и на том полумифическом юге, где за что ни схватись — всё деликатес или лакомство. Это не я так думаю — это народ так считает. Не тот простой народ, который репу кушает с капустой, а тот народ, которому сахар подают слуги на завтрак. Давно, когда попал сюда, первое время по творогу скучал. Сметана да творог — наше всё. Вырос я на этих чисто русских продуктах. Заменой творогу стал мягкий до состояния рассыпчатости сыр, а сметану заменить не получилось ничем. Сметана… это сметана, и никакой другой молочный продукт на неё не похож. Как груздь холодного соления от моей матушки, после которого никакой другой гриб уже не гриб.
Когда в ранге виконта я пытался объяснить слугам про любимую и ненаглядную, ничего не вышло. Зато теперь я граф, могу себе позволить любой каприз. Пары месяцев мучений хватило особо приближенным крестьянкам, не в плане тела, а доверенным, чтоб научиться её делать. Кто-то спросит: а что там сложного? А там всё непросто и всему своё время нужно. Если хочешь иметь хорошую сметану, то молоко, простоявшее два дня в холоде, внеси в теплое место, но не близко к печи и наблюдай, чтобы не слишком перестояло, ибо тогда сметана будет не хороша. Тут только опытным путём и можно это самое место выбрать. Когда молоко довольно сселось, снять сметану, но сначала снимать спичкой верхнюю пенку, ибо если снимают сметану вместе с нею, то она будет горчить. Снимая сметану, старайся не захватить до кучи и простоквашу — а то кислить будет. Доверенные мои служанки стали прямо экспертами по сметане, а под их руководством и другие селянки научились.
Не скажу, что продукт стал очень популярен в графстве, но кое-кто его зауважал. Как соус Прист, как охлажденное пиво. Расчухали люди, что холодное пиво в жаркую пору вкуснее, да и когда нежарко тоже хорошо, оказалось, что холод маскирует не самый благородный букет напитка. Скажу честно — не самого лучшего напитка, не сложилась тут еще технология изготовления настоящего душевного пива, когда выпил кружку как хлеба покушал. А потом вторую внутрь опрокинул — и опять голодный.
Чего-то мысли мои повело на еду? Видать, проголодался за всеми этими военными забавами. Недоработка — вином командный состав обеспечил, а с закуской у нас не очень. У дружинников в сумках наверняка есть что погрызть, но не будем же мы их объедать. Ну и ладно, обозники уже костры прямо на берегу ладят, будут кулеш варить. По заведенной традиции покушаю с кем-нибудь из бойцов, только подгон надо организовать графский, чтоб не говорили потом: граф своих воинов объедает. Безымянный приток Коши, на котором мы отрабатывали переправу продолжил катить свои воды в большую реку, волны складывают немудрёный мотивчик, вояки гогочут, вместе с командирами поглощая такую же немудрёную пищу — классика!
Хорошо, я не болею рыбалкой, а то еще на денек бы тут остался. Доедим — и маршем в приграничный лагерь. Скоро нам понадобятся все наши умения — и быстро перемещаться по местности, и преодолевать речки, и охватывать противника в клещи. Скорость, маневр, магия и военная хитрость — залог успеха на современной войне. Доблесть? Доблесть хороша как перец к стейку, стейк без перца кушать можно, хоть не так приятно; перец без стейка ни к чему хорошему в гастрономическом плане не приведет.
Через неделю из моего замка прискакал отряд, королевских гонцов сопровождали бойцы из моей дружины. Всё верно Доркин решил, приграничная территория требует особой бдительности. А скорее всего мой начальник стражи догадался — началось! А раз походу быть, то он «легким движением руки превращается»… в элегантного командира батареи. Смешно, конечно, две батареи в войске, одна под командой шевалье Доркина, вторая под началом графа дер Приста, и в каждой всего по два ствола. Зато по смыслу верно — разные калибры решают разные задачи, один будет оперировать своими стволами, другой — второй парой. По моему предложению вся баталия Витора теперь закреплена за пушками. И обслуживание, и поднос боеприпаса, и охрана, и боевое применение — всё на них, всё под ним. Большой роли полста бойцов графства Прист не сыграют, зато я буду спокоен: с пушками ничего не случится.
Письмо от короля оказалось тем самым — с указанием точной даты начала спецоперации по принуждению к торжеству исторической справедливости. Тут еще никому в голову не пришёл один убийственный аргумент, какой тлеет в моей буйной голове. Я вдруг осознал, что раз Мерсалия и Имант говорят на одном языке, и называется он мерсальер, значит оба королевства имеют общую историю, изначально являются единым народом, причём раньше оба королевства были одним — Мерсалией. Ну или Прото-Мерсалией. Наверняка что-то такое произошло в древности, что страна разделилась на две части. И насчет двух частей я не сильно уверен. Кроме нас на мерсальере говорят еще несколько мелких королевств и герцогств. Так что, если сильно нечего будет делать, можно будет поднять тему объединения страны взад по языковому принципу. Взад — слитно, а не адресно туда, куда посылают или всё само катится.
Король наверняка оценил бы масштаб задумки, вот только не знаю, чем наградит, если вслух высказать. Тут не угадаешь, если честно. Стратег местного разлива его величество Якоб Третий уже доказывал не раз, что мыслит глубже и дальше меня, а где-то даже «ширше». А ну как испугается, что объединить захотят не путем присоединения к Мерсалии всего прочего под короной Якоба, а по какому-то другому рецепту и с восшествием на престол некоей отличной от нашего короля персоны. Так что лучше я пока помолчу, и так у нас всё путём идет, не надо нам того лучшего, которое враг хорошего. А то скажут неожиданно и с отеческой улыбкой: «Хороший ты человек, граф, да только мы лучше» И назначат врагом. Знаю, что Якоб не курит трубку и усы не носит, но остерегусь. Пусть кого-нибудь другого репрессируют, меня уже пробовали — мне не понравилось.
Король в полном соответствии с теми планами, в которые я был посвящен, дал отмашку на начало боевых действий двух армий одновременно. Проверить этот факт не могу, всё-таки ни радио, ни телефона нет под рукой. Так что буду просто верить, что в тот момент, когда моё войско тронулось к высокому левому берегу Коши, королевская армия уже идет маршем по левому берегу Девоны, чтоб обрушиться на войска Иманта, стоящие на «нашем» берегу. Стрёмно немного такое — развивать наступление, ориентируясь на такой фактор как вера, но других вариантов нет. Если только кто привезет новости из Луарта, но к тому времени я уже буду в глубине вражеской территории. Впрочем, и это знание мне будет усладой, если всё у основной армии пойдет по плану.
Море во многом определяло не только климат королевства Имант, но и его экономику, хозяйственный уклад, и даже гастрономические пристрастия населения. Если рыба — то морская, и не важно, что для стола селян южных графств она была дороговата. Раз уж считается есть речную рыбу зазорным, то и не нужна она никому! Это вам даже в Долиноле, который вроде как уже и не Имант любой скажет, что речная рыба — фу! Так что рыбаков любого возраста на Коше не встретить. Зато лесорубы и плотогоны — вот они! Стоят на пригорке и дивятся, глядя на реку. И есть на что посмотреть: противоположный высокий берег начал осыпаться, словно от землетрясения.
— Шо деется, землетрясение никак!
— Да не, мы бы ногами учуяли, я как-то в горах попал, тогда реально трясучка под ногами была.
— А чего тогда берег осыпался?
— Так может подмыло?
В это самое время прямо на глазах лесорубов уже осыпавшийся берег начал снова двигаться, в одном месте почва прямо проседала вниз так быстро, словно и впрямь под нею промоина образовалась.