Страница 125 из 240
Но даже и в том случае, если бы голосов хватило, президент вполне мог не подчиниться решению Съезда, – прежде всего ссылаясь на то самое, уже известное нам обстоятельство: заключение Конституционного Суда, к которому апеллировал Съезд, было вынесено на основании телеобращения Ельцина, а не на основании его указа, который существенно отличался от телеобращения.
Тактические просчеты Ельцина
(Из записной книжки)
Для чего, для чего это надо было делать? Сначала выступить по телевидению с грозными словами о введении “особого порядка управления”, сообщить, что соответствующий указ уже подписан, а потом словно бы забыть о своих грозных словах, – опубликовать указ, где об этом самом “особом порядке” нет ни слова?
У сторонников президента всякий раз в таких случаях опускаются руки. Они не испытывают ничего, кроме недоумения.
Что касается противников Ельцина, для них эти его импульсивные действия, эти непросчитанные ходы – настоящий подарок. Такие просчеты говорят о растерянности, нетвердости президента и, соответственно, вдохновляют оппозиционеров на новые атаки.
Более того, импульсивность ельцинского характера позволяет его недругам соответствующим образом выстраивать свою тактику: они без устали провоцируют его и ждут, – ждут, когда, поддавшись на провокацию, он допустит очередную ошибку.
Не думаю, чтобы в ельцинском окружении не знали об этой нехитрой тактике. Тем не менее довольно часто – хотя и не всякий раз – она успешно срабатывает.
Такое ощущение, что рядом с Ельциным нет человека с холодной головой, который в нужный момент остановил бы его, предостерег от необдуманных действий.
Либо же здесь другое: президент не прислушивается к дельным советам. Он их “принимает к сведению”, но в конце концов поступает по-своему.
В голову лезут тревожные мысли: рано или поздно это может плохо кончиться. И для самого Ельцина, и для России.
Эта запись была сделана в марте 1993-го, незадолго перед IX съездом. Тревоги, одолевавшие в тот момент не только меня, легко понять, особенно если вспомнить: на съезде оппозиция собиралась отрешить Ельцина от власти…
Возникает естественный вопрос: а известный сентябрьский Указ № 1400, которым Ельцин приостановил деятельность Верховного Совета и Съезда, – не был ли и он результатом такого же импульсивного решения и, соответственно, очередной тактической ошибкой президента? Не думаю, что это так. К этому указу Ельцин пришел не под влиянием каких-то сиюминутных впечатлений. Он шел к нему долгие месяцы, на протяжении которых происходила изнурительная борьба с непримиримой оппозицией. По большому счету, вся тактика президента в этой борьбе сводилась к тому, чтобы как раз избежать этого указа, найти компромисс, который позволил бы достичь приемлемого мира. И только когда стало ясно, что компромисс невозможен, что противная сторона ни при каких условиях на него не пойдет, президент принял решение…
Впрочем, некоторые считают, что с этим указом он опоздал по крайней мере на пять месяцев, что приостановить деятельность парламента следовало сразу же после референдума – тогда для этого была гораздо более благоприятная ситуация. Но это уже другая тема…