Страница 9 из 70
С боку кто—то кашлянул, привлекая внимание.
— Хочу познакомить тебя с местным домовым.
В поле зрения Валентины появился небольшой старичок. Росточком он бы не более пятидесяти сантиметров, имел пышную темную бороду и густую шевелюру. Мужичек выглядел каким—то слишком простоватым, если бы не глаза… внимательные, серьезные и мудрые что ли. Незатейливая льняная рубаха, подпоясанная простой бечевкой, холщевые штаны и босые ноги — вот и весь домовой.
— Эквелт. — представился домовой. — Рад, что в этом доме вновь появился хозяин.
— Валентина. Валя. — кивнула девушка и домовой неожиданно сморщился. — Что—то не так? –девушка с опаской посмотрела на домового и перевела взгляд на тишника.
— Наверное, Эквелта смутило твое имя. — пожал плечами Тихон. — Здесь сразу поймут, что ты не местная.
— Да в общем—то этого и не скрываю. — растерялась ведьмочка. — Но можете мне что—нибудь предложить, я подумаю. — добавила она, видя серьезные физиономии парочки.
— Так, тебе нужно придумать что—то, похожее на твое имя, чтобы ты не путалась. — сразу взял инициативу в свои руки тишник. — Может быть, Вилетина?
— Э… И что, переставили одну букву и изменили имя? — нахмурилась Валя. — К тому же, что получается при сокращении, Виля? Нет уж, благодарю покорно!
— Почему Виля? — удивился домовой. — Вилья или Виль.
— Ну, если так…
— Ладно, имя мы тебе выбрали. — свернул тему Тихон. — Теперь, по настоянию Эквелта, я должен сообщить еще кое—что.
— Конечно, должен! — влез домовой. — Не хочется лишиться хозяина по глупости! Домовой в пустом доме — это анахронизм!
— Он о чем? — вскинула брови Валя.
— Тебе обязательно нужно примерно за год выйти замуж. Только тогда ты сможешь остаться в этом мире. — выпалил Тихон.
— Что? — привстала Вилентина. — В чем соль?
— Соль в том, что ты была рождена в другом мире. Несмотря на то, что твоя Сила и кровь принадлежат этому миру, остаться здесь сможешь, только зацепившись здесь. Самое простое — выйти замуж.
— Я тащусь! Я что, совсем горем убилась выскакивать замуж? Я еще молодая совсем, чтобы обрекать себя на семейный быт. Еще скажите — ребенка родить! Ага…
— Иначе тебя просто вышибет обратно. — вздохнул Тихон.
— Ну и что. — не растерялась ведьмочка. — Ты меня обратно заберешь.
— Не смогу. — тишник как бы извиняясь развел лапами. — Мой лимит ходьбы между мирами исчерпан.
Виль—Валя замолчала. Молчали и ее необычные друзья.
— Ладно. — через несколько минут выдохнула девушка. — Надо, так надо. Немного здесь освоюсь и сразу начну искать мужа. Возвращаться я точно не хочу.
— Вот и прекрасно! — обрадовался домовой. — Тогда давайте спать. Завтра обсудим все остальное.
— Агаааа. — вяло проговорила Валя, чувствуя, что больше нет сил бороться со сном. — Всем спок ночь.
Когда лес уже совсем погрузился во тьму, у двух серых хищников, днем нападавших на людей, перестало звенеть в ушах и то, что их придавливало к небольшому овражку, неожиданно растворилось во тьме. Волки выпрямились, разминая затекшие спины, и уставились друг на друга. С минуту они тупо взирали на свои морды, а потом на их тела наползли тени. А спустя еще пару мгновений вместо волков стояли два крепких мужика.
— Откуда здесь взялась ведьма? — недоуменно спросил первый.
— Мне бы тоже хотелось это знать! Похоже, наши охотничьи угодья теперь станут несколько меньше.
— Угодья? Да ты видел ее силу? Еще одна подобная встреча и наши шкуры будут украшать ее камин! Если шкуры конечно останутся…
— Нужно рассказать о ней барону. Да Судью какого найти.
— Конечно! И чем быстрее, тем больше вероятности, что мы будем жить.
Судья
Когда тебе будут доказывать
закон сохранения видов, то ты,
как вид, можешь не сохраниться.
Стоило солнцу начать свой восход на небосклон, Виль выбежала на улицу и, удобно устроившись на лавочке возле дома, стала вживаться в новую жизнь. Для начала она внимательно посмотрела на людей, появляющихся на улице и спешащих по своим делам. Так, понятно, почему Тихон вчера говорил о том, что ее могут не понять. К какому веку можно причислить жизнь в этом мире? Семнадцатый век, восемнадцатый? Или древнее? Хотя очень сложно судить об этом по деревне. Но… электричества здесь нет, машин — нет, про водопровод и канализацию говорить вообще не приходится. С другой стороны, тут есть колдовство и магия, с помощью которых, взяв за основу ее знания, можно будет всё это организовать!
Рядом на лавке появился Тихон.
— Чем занимаешься? — спросил он, видя ее сияющие глаза.
— Строю планы на будущее. Буду модернизировать этот мир, или хотя бы эту деревню. А ты чего такой хмурый?
— Да вот пообщались ночью с Эквелтом. Меня же здесь не было некоторое время… В общем хороших новостей нет. Всё хуже, чем я мог предполагать. — Виль замерла в ожидании. — И самое плохое то, что миром теперь практически правит колдун, который возненавидел ведьм. Если коротко, то ведьмы теперь почти вне закона.
— Вот дерьмо! Что они не поделили—то? И чем вообще отличается колдун от ведьмы? В сказках вроде это одно и тоже.
— Ведьма, как и еще некоторые существа этого мира — природники. В их силах повелевать природой: животные, растения, погода… Помнишь вчера ты смогла поговорить с дикой кошкой? — Вилентина кивнула. — Это твоя прерогатива. Колдун же имеет власть над всем остальным. В основном над материальными субстанциями. Две разные полярности. Раньше они хорошо уживались вместе.
— А что произошло?
— Ну…
— Госпожа ведьма!
У покосившейся калитки появился запыхавшийся Арник.
— Госпожа ведьма, мне сейчас соседский паренек сказал, что к нам в деревню идет судья! — мужик сделал два глубоких вздоха. — Вы уж не серчайте — не мы это. Еще даже и в деревне—то не все знают, что вы к нам поселились.
— Я не понимаю — мотнула головой Виль. — Судья? И что?
— Пойду домового крикну. — сказал невидимый для селянина тишник и отошел к двери избы.
— Так это. — продолжил мужик. — Судья наверняка за вами идет! Мы его задержим, как сможем, а вы бегите. Уж извините, что так вышло.
— Да ничего страшного! — попыталась заверить его Вилентина. — Я с ним разберусь.
Мужик в отчаянии покачал головой.
— Мы его задержим. — повторил он. — А вы бегите. — Арник побежал обратно к деревне.
Из дома появился домовой.
— Что за судьи? — встрепенулся тишник, сразу переходя к делу.
— Судьи? — удивился домовой. — Вот же принесла нелегкая! — в сердцах сплюнул он.
— Да кто это? — повторила вопрос уже Валя.
— Существа такие, приблизительно двухметрового роста, наводящие на всех ужас — их прозвали судьи. — быстро пояснил домовой, явно недовольный таким поворотом событий. — Ходят по двое в темно—серых широких плащах, закрывая лица капюшонами. Снимают их только тогда, когда кого—то карают.
— Карают? — удивилась девушка.
— Ну да, они же судьи. Ну вот… А капюшон этот у них снимается сам — очень медленно обнажая что—то противное, зеленое, состоящее из костей и мяса, потом оно преобразуется в обычный скелет, а затем в существо, состоящего из сплошных сухожилий, обтянутых зелеными мышцами.
— Гадость какая! — не вытерпела ведьмочка. — А что они из себя представляют? Как выглядят?
— Выглядят? Обычно видят только голову. А голова существа немного шире человеческой, зато сильно вытянута вверх за счет высокого лба, плавно переходящего в два отростка, напоминающего рога. Я конечно не знаю, как у них там дело обстоит на самом деле, но говорят, что эти судьи — это колдуны, которые получили право судействовать.
— Так тогда может попытаться накинуть на него «ярмо»? — вслух задумался Тишка.
— А что такое «ярмо»? — тут же заинтересовалась ведьмочка.
— Заговор один. Формирует своего рода сеть из природных источников. Простого колдуна в один момент повяжет. Сильного часа на два задержит…