Страница 4 из 12
С этими словами аккуратно прикоснулась к его пуговице, но только сейчас поняла, что пальцы занемели от холода. Будучи в такси я расстегнула свое пальто и это не прошло бесследно. Я вся дрожала и толком не могла распутать цепочку.
В какой-то момент незнакомец видно, устав ждать, пока я закончу возиться, сжал ладонь на моей шее сзади и притянул к себе, так, что я лбом прислонилась к его пальто.
– Мне больно, – зашипела.
Парень ничего не сказал, но уже теперь, благодаря тому, что цепочка не была натянута, распутал ее, после чего отпустил меня и, я, пошатнувшись, сделала шаг назад. Быстро проверила украшение на целостность и, заметив, что оно было в порядке, негромко сказала:
– Спасибо. Но я не понимаю, почему ты решил, что можешь трогать меня. Больше так не делай.
После этого я развернулась и пошла дальше, на ходу застегивая пуговицы, своего пальто. Так было хоть немного, но все же теплее.
– Что мне еще не делать? – я услышала позади себя ироничный вопрос незнакомца.
– Почему ты идешь за мной? – я сдвинула брови на переносице. Остановившись около уличного островка с горячими напитками, я достала кошелек и купила себе чай, но лишь для того, чтобы хоть немного согреться.
– Замуж собралась? – парень проигнорировал вопрос и посмотрел на мои ладони, которыми я держала стакан из плотного картона. Остановил взгляд на обручальном кольце.
Я еще сильнее нахмурилась. Странный у нас разговор получался. И от меня и от него он был односторонним, хотя, по сути, нам вообще не о чем было разговаривать. Мы незнакомы. Только что встретились и уже скоро забудем про существование друг друга. Тем более, этот парень мне не нравился. По этой причине я сказала, что мне следует идти, после чего развернулась и поплелась дальше.
Примерно через квартал я увидела мост. Кажется, мост Александра Третьего. Если честно, не особо помнила, как он назывался, но сейчас поплелась прямо к нему. Пока шла, на тротуаре подбирала камушки и складывала их в карман пальто, а потом, остановившись посередине моста, поставила стакан с чаем на перегородку рядом с черной статуей и достала первый камушек. Сделала несколько шагов назад, замахнулась и изо всех сил бросила его в Сену.
– Зачем тебе выходить замуж?
Из-за этого вопроса я вздрогнула. Обернулась и посмотрела на того незнакомца. Сейчас он стоял позади меня и все еще смотрел на мое кольцо.
– Ты меня преследуешь?
– Ответь.
Я приподняла бровь, а потом отвернулась и достала из кармана еще один камушек. Сжала его в ладони и бросила в Сену.
– Потому, что люблю того, кто надел мне на палец это кольцо.
На некоторое время повисла тишина, в которой я доставала камушки и бросала их в реку. Так продолжалось до тех пор, пока я не ощутила, себя как-то странно. Будто кожу сковало льдом и в этот момент я в морозном декабрьском воздухе уловила запах терпкого мужского одеколона.
Резко обернулась и увидела, что теперь парень стоял слишком близко. Буквально за моей спиной, при этом я совершенно не услышала звука его шагов и не ощутила приближения.
– И чем же тебя привлек Моно? – спросил он, скользнув взглядом по моему лицу. По губам, скулам и бровям, после чего посмотрел в глаза.
– Ты знаешь Доминика?
– Слышал про него.
– Тогда я не понимаю, почему ты задаешь мне настолько личные вопросы. Каким боком тебя все это касается? Ты вообще какой-то странный. Я думала, что, может, ты дружишь с Домиником, но, нет, ты чужой человек. Зато подходишь к его девушке и задаешь такие вопросы.
– Может, я заинтересован в тебе.
Я чуть не поперхнулась воздухом, но все же закашлялась, ощутив, что ледяной воздух царапнул горло.
– Шутишь? – я улыбнулась, будто парень сказал какую-то глупость.
– Похоже?
– Нет, – призналась честно. Лицо незнакомца было полностью серьезным, но и его слова я за правду не приняла. Вспомнила о том, что он общался с Обеном и, возможно, тоже враждовал с Моно, из-за чего решил насолить Доминику через его девушку.
Я достала из кармана оставшиеся камушки и высыпала их в реку. Пока делала это, парень подошел к перегородке и, облокотился о нее спиной. Посмотрел на меня, взглядом медленно и цепко скользя по чертам лица.
– И чем же я тебя заинтересовала? – решила спросить.
– Не знаю. Ты как заноза. Хочется, чтобы тебя не было, но ты уже проникла под кожу, – слова будто сказанные невзначай. Лишь, как мысли вслух, на которые парень сейчас не обращал внимания. Его акцентировал на моем лице, бесконечно долго рассматривая черты. А у меня сейчас возникло странное ощущение – будто я уже ранее улавливала на себе этот взгляд.
– Ладно, – хмуро и задумчиво протянула, высыпая в Сену оставшиеся камни. – Мне, правда, нужно идти.
Я развернулась и на этот раз более быстрым шагом пошла прочь. С каждым мгновением я все более странно себя чувствовала и хотела поскорее отдалиться от этого незнакомца. Вот только, внезапно он сжал ладонь на моем запястье и дернул на себя, не давая толком отстраниться. От этого сердце обожгло электрическим разрядом и стало как-то не по себе.
– Кто и когда подарил тебе эту цепочку?
– Какую?.. – я растерялась, но почти сразу пришла в себя и сказала: – Очень дорогой для меня человек… – запнулась, не понимая, почему вообще отвечала на этот вопрос. Выдернула руку и, больше не оборачиваясь, пошла прочь. А сердце все так же стучало прерывисто и мысли будто бы взбило, из-за чего они спутались.
***
В двух кварталах от моста я поймала такси, но проехала совсем немного, так как толком не знала, куда ехать и к тому же мне сейчас больше хотелось пройтись. В данное время Париж и правда казался сказочным. Украшенный к рождеству, он сиял тысячами огней, и был наполнен тематическими ярмарками. Я ходила, смотрела на все это и пила чай.
Наверное, лишь после обеда пришла в себя и собралась вызвать такси, но заметила, что телефон был выключен. Судя по всему, разрядился, при чем, возможно, давно. Из-за этого мне пришлось потратить немало времени, чтобы поймать такси, но, когда я все же сделала это, села в машину и назвала адрес квартиры мамы.
Примерно через сорок минут приехала к нужному дому и поднялась в квартиру. Мама к этому времени сидела в гостиной и смотрела какой-то сериал. Настолько сильно увлеклась им, что на мое приветствие лишь кивнула и даже не спросила, почему я вернулась без продуктов. А я, пригладив волосы пальцами, поплелась к себе.
Зайдя в комнату, сразу поставила телефон на зарядку и, пока он включался, начала расстегивать блузку, собираясь переодеться. Вешая ее в шкаф, я услышала множество оповещений и, посмотрев на экран, поняла, что они сообщали о пропущенных от Доминика. Еще от него было крайне немало сообщений и, собираясь прочитать их, я закрыла дверцу шкафа, но именно в этот момент чуть не закричала, увидев позади себя, в отражении зеркала Моно.
– Как ты это делаешь? Как попадаешь сюда? – спросила нервно и взвинчено, все еще не в состоянии выровнять дыхание, после резкого испуга.
Доминик странно одет. В простые штаны и в легкую ветровку, наброшенную на голое тело. На ногах шлепки и волосы растрепанны. Такое впечатление, что тогда утром он не стал тратить время на то, чтобы одеться и вышел на улицу только предварительно накинув на себя ветровку.
И глаза у парня сейчас жуткие, но, в тот же момент, в них виднелось то, от чего сердце сжималось – раздирающая изнутри боль.
– Хочешь побыть порознь? – Моно пошел в мою сторону. От него исходило нечто звериное. То, что будто бы намекало – беги. Но я осталась стоять на месте и, когда Доминик подошел ближе, я положила ладонь на его обнаженный торс. Кожа ледяная. Сегодня на улице была минусовая температура.
– Ты замерз… – прошептала, но Доминик не дал мне договорить. Убрал ладонь от себя и сжал ее в своей.
– Ты хочешь меня бросить? – Моно сделал еще один шаг вперед. Зажал меня между его мощным телом и шкафом, после чего, наклонившись к уху, рыкнул: – Я уже говорил, что не отпущу.