Страница 12 из 15
Калест поворачивал голову слишком медленно. Настолько медленно, что и без слов стало ясно: ругани не миновать. Только я не хотела, чтобы эти двое в принципе пересекались без особого повода. Вспыльчивый характер парня уже прекрасно был мною изучен вдоль и поперек, так что я решила задушить этот разговор на стадии зачатия.
– Вы что-то хотели, директор?
– Каждый студент должен за оставшееся время внести свой вклад в ледяной город. Может быть, вы соизволите присоединиться к своим друзьям?
– Прямо сейчас и пойдем, – все-таки ответил Калест, не успела я рта раскрыть.
Я с удовольствием вложила свои пальцы в его ладонь. Даже не оборачивалась, чтобы посмотреть на дракона. И без того знала, что к его лицу прилипло это выражение омерзения. Оно всегда возникало, когда мужчина видел нас вместе с третьекурсником.
– И все-таки зачем вы поделились подробностями со студентами?
– Так и знал, что ты не выдержишь, – коротко усмехнулся парень, а я облегченно выдохнула. На перемены в его настроении у меня давно выработалась аллергия. – Затем, чтобы преступник думал, что его не ищут.
Ну да, что-то такое я и предполагала.
Нам выпала честь украшать вход в наш ледяной городок. Джэйлиб и Айрата уже продлили арку, делая своеобразный ледяной навес. Бальши же присматривался к дорожке, что-то расчерчивая на снегу.
Озвученное близнецом предложение меня не удивило, а скорее повергло в шок. Парень, которого повсеместно называли не иначе как “Драчун”, вдруг стал романтиком. Я даже ненароком усомнилась в том, что это он, а не Джэйлиб.
Прозрачный мост с витыми фонарями? Озеро со светящимися ледяными рыбками под ним? Снежные лиственные деревья, создающие аллею? А впрочем…
– Если кто-нибудь случайно упадет в это озеро, рыбы его съедят. А еще можно скидывать туда трупы конкурентов, – совершенно серьезно произнес Бальши, подтверждая свою кровожадность и избавляя меня от лишних сомнений.
Вот теперь я точно знала, что это он. А ведь всего на секунду я подумала, что чувства к Багире изменили парня. Наверное, такие, как он, просто не меняются.
– А это кто? – обратила я внимание на мужчин и женщин, шествующих от соседнего лагеря к нашему.
Другой лагерь находился слишком далеко, чтобы можно было рассмотреть его, но маги двигались, и чем ближе они подходили, тем лучше были видны их серые одежды. Они словно бы и не отличались друг от друга. Смотришь, видишь женщин и мужчин, но лиц совершенно не запоминаешь.
– Это королевская гвардия. Они следят за порядком здесь и будут следить на отборе, – пояснил Калест.
– За порядком? – переспросила я, засомневавшись.
Как-то слишком мелко для личной королевской гвардии – просто следить за порядком.
Парень взглядом показал мне, что в своих догадках я права. Эти ребята появились здесь из-за нашего преступника, у которого одновременно и расширились возможности, и сузились, так как яд Таркхаликса ему теперь придется добывать каким-то другим путем. Если он вообще ему нужен.
– Мы подготовились максимально хорошо, Мел. Настолько, насколько это вообще возможно в нашей ситуации.
– Хотелось бы верить, – вздохнула я. – Хотелось бы верить.
Некоторое время мы еще наблюдали за тем, как Джэйлиб в шутку пытается столкнуть Бальши в замороженное озеро. Снежные рыбы, плавающие подо льдом, наверняка были в шоке от такого произвола. Впрочем, как и дракон, появившийся прямо из воздуха перед нашим ледовым творением.
Оценив дело магии нашей, он буркнул что-то вроде: “Могло быть и лучше, но увы” – и вернулся обратно на площадь, но уже пешком. Правда, не добрался даже до центра, когда в него со всего размаха врезалась сова Калеста.
– Простите! – с улыбкой крикнул парень, обнимая меня со спины. – Она могла бы летать и лучше, но увы.
Озлобленный взгляд мейстера Карстара надо было видеть. Дернув Калеста за руку, я обернулась и заставила его посмотреть мне в глаза.
– Зачем ты нарочно злишь его? Не поддавайся на провокации. Уверена, он спит и видит, как выдворяет нас из академии.
– Не сможет, – самоуверенно ответил парень.
– Тебя – нет, а меня да. Сейчас он терпит нас, терпит так же, как терпим его мы, но стоит перейти границу, и все закончится. Не нарывайся. Я прошу тебя.
– Я постараюсь быть сдержаннее.
Видела, что третьекурсник говорит серьезно. Очень сильно надеялась на его сознательность. Понимала, прекрасно понимала, как это трудно – удержать эмоции при себе, когда они обжигают грудь, желая вырваться. Но ведь это именно Калест научил меня контролировать себя. Значит, он умеет владеть собой. Просто не считает нужным. Не осознает, насколько это важно для меня.
Если парней уберут из академии, я останусь фактически одна. И кто знает, как поступит мейстер, когда мой отец появится в стенах учебного заведения повторно. Сейчас у него нет резона меня защищать.
– Твою ж! Она что, мертвая?! – заорала Айрата, отвлекая нас от любования друг другом. – Калест, убери от меня свою мертвятину!
– Рыжик, она безобидная, – пытался успокоить мою подругу Джэйлиб.
– Уберите ее от меня! Я не перевариваю мертвяков!
– Так никто и не предлагает тебе ее есть, – прокричал Калест, и не думая бежать вслед за девушкой.
Нет, вслед за ней, нисколько не отставая, летела крупная серая сова. А вот уже за птицей несся Джэйлиб, уговаривая остановиться их обеих. У меня даже в глазах затроилось, столько кругов они намотали вокруг нас. Бальши от всей этой ситуации ухохатывался.
– Твоя сова действительно мертвая? – поинтересовалась я у Калеста, теснее прижимаясь к нему.
Исключительно потому, что в этой обители бескрайних снегов было холодно и становилось все холоднее. Только по этой причине!
– Да, – прозвучало у меня над макушкой. – Это редко кто замечает. Обычно выдают глаза: у Савы они мертвые.
– И как у тебя появилась мертвая сова?
Вот такого я еще точно не слышала, чтобы личное магическое существо служило кому-то после смерти. Это однозначно нонсенс. Такой же нонсенс, как быть ведьмовским фамильяром и личным магическим существом одновременно.
– Мне было пять, когда я встретил Саву. К нам в сад часто прилетали птицы, но совы – ночные существа, а потому днем не показывались. Обычно их было слышно ночью. – Даже не глядя на Калеста, я по интонациям его голоса понимала, что парень сейчас улыбается, будто ему приятно вспоминать о том времени. – Я любил выходить на балкон и слушать их уханье. Позже начал подкармливать, и понемногу мы привыкали друг к другу. Только Сава всегда отличался от остальных. Он был наглее, раскрепощеннее и охотно не только забирался ко мне на руки, но и залетал в мою спальню. Иногда оставался спать днем, иногда улетал на всю ночь охотиться и возвращался утром, притаскивая мне в кровать дохлых мышей.
– То есть он был живым, когда вы познакомились?
Картина растерзанных мышек в кровати меня впечатлила до судорог. Приняв передергивание плечами за намек на погодные условия, парень на мгновение разжал объятия. Еще через миг я была по самый нос завернута в чужой плащ, поверх которого меня снова обнимали.
– Конечно, живым. Он умер, когда мне было десять, – нотки грусти проскочили в его голосе, но я успела их расслышать. Сочувствовала Калесту, а потому положила ладони поверх его рук, чтобы немного поддержать. – Его подстрелили в лесу, и он из последних сил прилетел ко мне. К сожалению, исцелить Саву уже было нельзя, а у меня неожиданно открылся дар некроманта. Слабенький, но его хватило, чтобы поднять друга. И хватает сейчас, чтобы подпитывать его.
– Подожди. То есть у тебя есть дар некроманта, стихийная магия огня, воздуха и земли, дар иллюзий и целительский дар. Я ничего не забыла?
– Забыла. Ментальную магию. Я могу на расстоянии общаться с теми, кто связан со мной ритуалом. Вот почему я говорил, что мысли моей тройки для меня открыты. Не всегда, но все же.
– Как такое возможно? – ошарашенно выдала я, только сейчас по-настоящему осознавая, насколько парни разносторонние маги.