Страница 71 из 98
После всех разборок мы вернулись к аномалии, где оставшиеся члены группы продолжали планомерную работу по обеспечению нашего финансового благополучия. Правда старшая из Гууставо поинтересовалась, как часто у нас такие приключения. Мы попытались сказать, что не часто и вообще это случайность и переживать нечего. На это нам ответили, что она без претензий. Просто за участие в таких «мероприятиях» нам полагается процент от стоимости трофеев и ей хочется знать — на какую долю они могут претендовать. По вытянувшимся лицам она поняла нашу полную неподкованность в этом вопросе. Тяжело вздохнув и пробурчав что-то про любителей, она попросила предоставить временный статус казначея группы (а мы и не знали о такой должности) и пообещала, что за пятьдесят процентов доли она готова выбить для группы двадцать процентов от стоимости трофеев. Тут уж я быстро сориентировался и согласился с ней (Фолия только покосилась, но подтвердила мое решение), но попросил предварительно связаться с семьей Чуссо. Только настоятельно рекомендовал не уступать им за консультацию и посредничество не более десяти процентов, а начинать вообще с двух. Она даже с уважением посмотрела на меня. Ха! Просто Анаста еще не знакома, к каким демонам я ее отправил.
Через пару дней после завершения эпопеи со сбитием бронелета вечером, сидя совместно за костром, старшая Гууставо отчиталась о вопросе по нашей доли. Сначала она меня пожурила, что не предупредил о монстрах, к которым я ее отправил. Я даже не пытался извиниться или как-то смущаться — пусть сразу знает, с кем ей предстоит в будущем иметь дело. Просто мы, посовещавшись, решили утвердить ее в должности казначея группы. В итоге, она с моей сестричкой сошлись на восьми процентах, и то это было благодаря тому, что мы (ну в смысле группа) являемся постоянными хорошими клиентами, а так старшая сестра просила вообще пятнадцать процентов. Она там вообще оборзела! В итоге, мы нашему казначею передали все финансовые дела по нашему партнерству с семьей Чуссо в вопросе риффов. Отдельно напутствовал ее не сдерживаться и отстаивать наши интересы, забыв о том, что она ведет дело с моей родной сестрой. Анаста на это только кхекнула и пообещала, что постарается выжить максимум возможного — ее семье и Дому на новом месте требуется много чего. На это мы все с серьезным лицом покивали и заодно посочувствовали нашему казначею — просто еще не забыли, что за звери семья Чуссо когда речь идет о грошиках.
Еще пять дней мы активно ползали по аномалии, пока полностью не забили грузовые отсеки различным полезным. При этом нам удалось самое дешевое и габаритное спихнуть семье Ош, предварительно Анаста сделала подробную опись передаваемого груза, которую отправила нашим партнерам в лице Чуссо и семье Чиол в анклаве — тут вопрос не в недоверии. Скорее преимущественное право нашего Дома на выкуп наиболее интересного или того, что может пригодиться. Просто семья Чиол официально занималась переработкой органического и минерального сырья для изготовления различных лечебных и стимулирующих препаратов для владеющих. Поэтому мы забивали свои корры самым ценным именно для последующей переработки. Все же готовый товар всегда дороже исходного сырья. На порядки.
Назад мы возвращались прямым рейсом на специальном грузовом бронелете, курсирующем между центральной базой Службы Поиска и новым лагерем. Обратный маршрут занял чуть более суток. По прибытию мы сразу перегрузили все добытое в другой транспортный бронелет, следующий в Северный анклав, где груз встретит представитель Дома. По итогам похода, даже без стоимости полученного в аномалии, мы оказались в приличном плюсе. Захваченная, хоть и поврежденная техника, плюс «стоимость» пленников полностью окупили наши затраты. За захваченный бронелет, а ребятам с специфической группы удалось взять его на абордаж и пригнать на одну из баз вне территории Союза, нам тоже перепала очень весьма приятная сумма. Посовещавшись, отдали две трети чистой выручки семье Гууставо — им необходимо обживаться в новом месте, а не жить как бедные родственники. За это решение они даже расплакались. Потом уже поняли всю подоплеку. Просто в Монтепатии они из-за родства с местными считались чуть ли не разумными второго сорта и не могли рассчитывать на такие солиды — с их группы требовали в виде налога чуть ли не половину зарабатываемого. При этом, по единому эдикту для всех государств, поисковики и поисковые группы освобождались от налогов. Они косвенно выплачивали их по размерам контрактных коэффициентов и необходимостью на особых условиях выполнять задания в интересах государства. А у «горняков» такое было только у групп, где все члены могли подтвердить свое происхождение от колонистов. Остальные группы вынуждены были оплачивать «дозволение» на право проживать на территории Монтепатрии и работать как ее жители.
Поэтому они подспудно были готовы отдать половину от их заработка нам, как старшим группы, или Дому. Пришлось объяснять, что дом зарабатывает на имуществе, переданном в совместное пользование. Что касаемо группы 1331 — мы безвозмездно передаем все добытое для последующей переработки или реализации. За это нам причитается десять процентов от чистой прибыли реализованного, плюс каждый член дома получает пятьдесят процентов от финансового итога использования имущества, материальных и нематериальных средств, принадлежащего своей семье и переданного в совместное управление и пользование. Все, что они зарабатывают самостоятельно, а доход о реализации трофеев и информации по результату поиска является личным доходом поисковика, принадлежит только членам группы и распределяется в долях в зависимости от должности и профессиональных навыков. И налогом не облагается и не может быть изъято в пользу другого. То есть, заработали в походе, за вычетом затрат на сам поход, один солид — пропорционально делится. Заработали сто — тоже делится. При этом все страховые взносы группы включены в затраты. Хоть они про все это знали, но из-за укоренившегося образа жизни ожидали, что все будет не так радужно. Для них было шоком стандарт В30, когда у «себя» имели все лишь С. И то нам пришлось извиняться за столь невысокий стартовый статус — все же они были новыми гражданами. Они не понимали, за что мы извиняемся, а мы не понимали — чему они радуются. Даже сейчас у них жизнь была лучше, чем раньше. Да и такой работой они занимались не из-за любви — другую, относительно свободную и независимую с приемлемым риском и оплатой в Монтепатрии, им никто не предоставит.
Пару дней после возвращения мы все активно писали отчеты и тягались на опросы дознавателей. Как в шутку сказал один из работников оперативного отдела — нас уже опасаются куда-либо отправлять. Мы или вляпаемся в какой-либо бой с неожиданными последствиями или найдем такое, от чего у многих начинает болеть голова. Видимо двойная цифра тринадцать в номере группы (по верованиям с прародины тринадцать привлекает несчастья) несет мистический негатив. Интересная шутка, над которой мы уже сами начинаем смеяться. Единственное, в эту концепцию не вписывается наша необычная выживаемость и способность всегда выходить с плюсом для себя.
После этого у нас была декада «каникул» до следующего этапа обучения. Как раз на это время выпадало день рождения Наи. Было решено устроить большой праздник в нашем новом доме в анклаве. Туда заранее и втайне от дочки были приглашены ее друзья с родителями и вся семья Амастекуло. Под это нами было согласована реконструкция строений на участке, где будет располагаться центральная усадьба РПДА. Все, что не связано с производством Чиол и не имеет для них ценности, уже было снесено и по утвержденному проекту начато строительство необычного для нашего времени комплекса строений. Все здания будут разделены по функционалу, но связаны в единый комплекс, в том числе для защиты и обороны, с сохранением гармонии и завершенной красоты. Так, там будут жилые высококомфортные блоки для всех семей, входящих в Дом. Административный, хозяйственный, производственный и гостевой блоки. Отдельно мы договорились с семьей Тифо, что они там создадут такой же уютный гостиничный комплекс и будут им заведовать. В случае успешности выполнения задачи будут приняты в состав Дома в виде младшей семьи с сохранением своих прав как представители риффов. Такого еще никто не делал, но мы и так необычные, так что выделятся нужно еще больше. И это не прихоть, а осознанная стратегия — углубление взаимодействия с местными не через прямое родство, а через более крепкие экономические общие связи.