Страница 49 из 51
— Сдохни, человек! — крикнула она и ринулась на него.
Он собирался и этот удар парировать, однако принцесса злорадно ухмыльнулась и резко двинулась в другую сторону, вонзила сай ему в бок. Асахи взвыл, кровь потекла по его туловищу и ноге, капли оказались в углублениях и стремительно понеслись к корням.
— Да, да! — радостно кричала принцесса Хачими, выдернув сай и заметив, как плоды округлились и покраснели. — Больше крови.
Асахи нахмурился, схватился рукой за раненый бок — одежда вмиг окрасилась в красный. Нечем перевязать, да и времени не было, второй рукой он посильнее сжал рукоять кинжала и с криком ринулся на кои. Принцесса причмокнула губами, хихикнула и с лёгкостью увернулась.
Сай вошёл в спину Асахи. Вопль боли разнёсся по комнате, Хару вздрогнул и попытался вырваться из-под купола, чтобы помочь другу, но барьер не пустил.
— Акико, мы должны помочь! — взвыл он от отчаяния и беспомощности.
— Нет, Хару, — она свела брови, продолжая сжимать широкое перо госпожи Фуку в руках.
— Пусти меня, Акико!
Принцесса Хачими вновь нанесла удар. Асахи со стоном упал на пол, помещение сотряслось от грохота, кровь стремительно неслась к корням и насыщала куст бессмертия.
С горящими от предвкушения глазами кои подошла к деревцу, ухватилась руками за один из плодов. Не в силах и дальше терпеть, она сорвала один и надкусила. Розовые глаза загорелись, в следующий миг она проглотила целый плод и обернулась к Асахи:
— Скажи, сын даймё, я стала бессмертной? Или одного плода мало?
Хотя лицо Асахи и искажалось от боли, которая ему даже сесть не давала, он всё равно ухмыльнулся:
— Хочешь, пырну тебя кинжалом, принцесса? Тогда и проверишь.
Он попытался засмеяться, но в итоге закашлялся, покрепче сжал один из боков. Кровь хлестала их всех ран, Асахи бледнел и терял силы.
— Акико, выпусти меня! — завыл Хару, не в силах даже перья выпустить, чтобы прорваться через защитный купол и хоть как-то помочь.
Жрица с грустью посмотрела сначала на него, затем на Асахи и принцессу Хачими, с болью свела брови и отвернулась.
— Прости, но не могу.
Хару впился пальцами в её плечи и встряхнул:
— Мы должны помочь!
— Мы ничего не должны! — вспылила Акико. — Он чуть не убил нас!
Вдруг перед глазами принцессы Хачими всё пошатнулось, она чуть не упала, но успела ухватиться за хлипкий тонкий ствол и устояла на ногах.
— Что это? — сердито вопрошала она. — Так происходит превращение?
Она хмурилась и качалась, ноги подкашивались. Лицо Асахи вновь растеклось в самодовольной улыбке, но долго тот так не продержался, закашлялся и застонал, однако злорадно выпалил:
— Принцесса думала, что крови какого-то человека будет достаточно?
Большие розовые глаза пылали от гнева, она со злостью смотрела на полупрозрачный фиолетовый купол и размышляла, чем бы пробить его. Едва держась на ногах, взглядом прошлась по комнате, пока не заметила лежавшего у подножия купола Ёске.
Глаза расширились ещё больше, загорелись, а уголки губ дёрнулись в странном подобии улыбки. Стискивая сай в руках, принцесса Хачими всё-таки добралась до рыжего кои, подняла оружие и вновь пронзила его спину. Ёске от ужаса и боли закричал, юноша ещё был жив, однако его крики не остановили обезумевшую принцессу. Кровь хлынула из новой раны, вмиг добралась до корней, плоды ещё больше окрасились в алый. Принцесса Хачими замахнулась ещё раз и опять пронзила тело несчастного Ёске, тот кричал, но не смел обороняться против своей госпожи, а она уже бросила сай в сторону и ринулась к кусту бессмертия, сорвала плод и проглотила его. Ноги подкашивались, но она сорвала ещё один и с ним опустилась на пол, жадно заглотив.
— Я теперь бессмертная, да? — безумно бормотала она себе под нос, как вдруг стон сорвался с её губ. — Что со мной происходит?
Дрожь сотрясла её тело, капельки пота выступили на лбу, жар прилил сначала к лицу, а затем распространился по всему организму.
Хару беспомощно стучал по стенам купола, а Асахи рассмеялся и закашлялся.
— Что ты сделал, тварь?! — прикрикнула на него покрасневшая кои, а он выдавил из себя болезненную улыбку.
— С чего ты решила, что нашей семье вообще удалось вырастить куст бессмертия?
— Но… — её глаза наполнял ужас, она непонимающе смотрела на человека. — Тогда что это?
— Ты ещё помнишь Нобору? — вдруг хрипящим голосом поинтересовался Асахи и скривился. — Моего младшего брата.
— Нобору, опять ты сбежал с тренировки, — Асахи смирил младшего брата сердитым взглядом.
— Аники, я сегодня такую девушку встретил! — карие глаза юноши мечтательно посмотрели в ночное небо. — Можешь наказать меня, но это того стоило.
— Аники, как думаешь, а отец позволит жениться на девушке, которую я полюбил? — однажды поинтересовался Нобору, когда они проходили через сад цветущих персиков.
— Боюсь, он давно распланировал нашу жизнь, — невозмутимо ответил Асахи, уже смирившись и ничуть не расстраиваясь. — Почему ты так внезапно спросил?
Нобору невинно рассмеялся и почесал затылок. Из и без того взъерошенного хвоста торчали пряди волос и мягко опадали на широкие плечи юноши, который задумчиво рассматривал нежно-розовые кусты.
— У неё прекрасные глаза цвета персиков, — наконец, мечтательно произнёс он.
— Ты снова виделся с ней? — возмущённо переспросил Асахи, собираясь пожурить младшего брата. — Любовь пройдёт.
— Я не хочу, чтобы она проходила.
— Аники, а человек и ёкай могут любить друг друга?
После тяжёлой тренировки в горах Асахи и Нобору отдалились от учителя и остальных братьев, прохаживались по вершине, наслаждаясь прохладным осенним воздухом. Учитель заставил их накинуть тёплые верхние одежды, чтобы вспотевшие тела не разболелись от ночного ветра. Асахи поглядывал на мерцающие звёзды на небе, как вдруг обо что-то споткнулся. Под ногами росли цветы ямабуки, он сорвал несколько и задумчиво произнёс:
— Показать Хару и Хотару, что ли? — а затем, вспомнив про вопрос младшего брата, обратился к тому: — Кто знает. С тэнгу уже заключили союз и налаживаем сотрудничество, может, дружба со временем перерастёт и в любовь.
— Было бы неплохо…
— Аники, только не ругайся, — как-то начал разговор Нобору и смущённо прикрыл глаза.
— Ты опять с ней виделся? — догадался Асахи и сделал выпад, звон металла разнёсся по комнате, братья скрестили катаны в тренировочном поединке.
— Аники, мне кажется, я ей нравлюсь… — мечтательно произнёс младший брат, как Асахи выбил катану из его рук.
— Отвлекаешься.
Нобору усмехнулся, наклонился за катаной и сам сделал решительный рывок.
— Как же её зовут? — в кои-то веки Асахи первым заговорил о возлюбленной младшего брата. Глаза последнего наполнились теплой и любовью, мягкая улыбка появилась на лице.
— Хачими, — смакуя каждый слог, произнёс он с наслаждением.
***
— Какая разница? — сердито прокричала принцесса Хачими и попыталась подняться, но только застонала. — Что ты со мной сделал?!
Пот стекал по её лицу.
Асахи злорадно то ли кашлял, то ли смеялся — тело его подрагивало; бледный, он едва держал голову приподнятой, но всё равно торжествующе смотрел на кои.
— Для начала ответь мне, что ты испытывала к моему брату.
— Он бросил меня! — всё тело принцессы Хачими покраснело, а на глаза выступили слёзы. — Нравился он мне, что с того? Потом бросил, теперь я его ненавижу.
— Аники, что происходит? — испуганно позвал Хару и поймал на себе переполненный эмоциями взгляд Асахи. Сын даймё закашлялся и ответил:
— Бросил, говоришь? Бросил? — на последнем слове он повысил голос. — А ничего, что ты убила нашу мать?
Красная, словно бобы адзуки, принцесса Хачими надула свои пухлые губы и беззаботно ответила:
— Все когда-то умирают, а эта женщина была против нашего союза.
— То есть ты поэтому убила её? — лицо Асахи исказилось от боли. Хару тоже вздрогнул, машинально нащупал руку Акико и крепко сжал её. — И решила, что Нобору бросил тебя?